Чтение онлайн

— Да, конечно, — ответил судья Осборн. — Таковы отрицательные стороны доказательств основанных на опознании. Свидетель увидел высокого мужчину в светлокоричневом плаще и серой шляпе. Он не видел вблизи его лица. Много мужчин могут соответствовать такому описанию. Опознание женщины более убедительно, благодаря описанию ее оригинальной одежды, но высоких мужчин в светлокоричневых плащах и серых шляпах было в городе в то время, когда Гоушен видел тех людей возле гаража, вероятно, несколько тысяч.

— Но, только один Перри Мейсон мог оставить отпечаток пальца на внутренней стороне револьвера принадлежащего его клиентке, — ответил Бергер.

— Вы еще не доказали, что револьвер принадлежал его клиентке, — сказал Осборн.

— Признаю, Высокий Суд, что дело немного осложнилось, — ответил Бергер, — но, если Высокий Суд позволит мне действовать, то думаю, что он сможет вполне оценить тот трюк, благодаря которому свидетеля ввели в заблуждение.

Судья Осборн усмехнулся:

— Суд позволит вам действовать, если вы будете представлять доказательства, мистер Бергер.

— Очень хорошо. Прошу вызвать Сэди Милфорд.

Сэди Милфорд, ухоженная женщина около сорока лет, была администратором дома, в котором жила Люсиль Бартон. Она показала, что гаражи принадлежали квартирам и закрывались. Квартира номер двести восемь так же имела гараж и Люсиль Бартон получила запасные ключи и к квартире и к гаражу, когда въехала.

— Кто имел эти ключи?

— Люсиль Бартон.

— У вас есть подтверждение получения?

— Да.

— На нем есть подпись Люсиль Бартон?

— Да.

— Она подписала в вашем присутствии?

— Да.

— Я хочу присоединить это к доказательствам, — сказал Гамильтон Бергер.

— Не возражаю, — сказал Мейсон.

— Вы хотите задавать вопросы, господин защитник?

— Да.

Мейсон взял в руки подтверждение и спросил:

— Это вы дали Люсиль Бартон четыре ключа, два от квартиры и два от гаража?

— Да.

— Благодарю, — сказал Мейсон. — Это все.

Следующим свидетелем Бергера был работник заправочной станции, который показал, что пятого числа этого месяца, около шести часов вечера, Люсиль Бартон подъехала к станции на шевроле со светло-коричневым кузовом. Работник обнаружил, что двигатель был так разрегулирован, что машина непрерывно подпрыгивала и выхлопная труба стреляла. Он отрегулировал все, что мог, но у него не было достаточно времени и соответствующих инструментов и он исправил только так, чтобы машина не грохотала во время езды.

— В котором часу обвиняемая приехала? — спросил Гамильтон Бергер.

— Это было каких-то пятнадцать или двадцать минут седьмого.

— Кто вел машину?

— Люсиль Бартон.

— Вы знали ее до этого?

— Да. Она всегда покупает бензин у нас.

— Люсиль Бартон и обвиняемая, сидящая возле мистера Мейсона это одно и то же лицо?

— Да.

— Это все, — сказал Бергер.

— Это все, — повторил Мейсон улыбаясь. — У меня нет вопросов к свидетелю.

— Вызвать Стефана Арджила, — распорядился Бергер.

Арджил занял место свидетеля и сказал, что живет на Вест Казино Буливар, девятьсот тридцать девять, ему пятьдесят пять лет. Он подтвердил, что Хартвелл Л. Питкин работал у него в качестве шофера и что Питкин работал у него до своей смерти.

— Когда вы видели Питкина в последний раз? — Спросил Бергер.

— Сразу же после пяти часов вечера пятого числа.

— Где он тогда был?

— Перед зданием, в котором размещен офис мистера Мейсона. Я ждал Мейсона и вдруг вспомнил, что у Хартвелла свободный вечер. Я спустился вниз и, хотя был на него зол, сказал ему чтобы он забрал машину и ехал домой.

— Вы знаете, что случилось потом?

— Знаю только, что машина была на месте, когда я вернулся из больницы домой.

— Когда это было?

— Это могло быть… это было после возвращения из больницы, где я посещал пострадавшего и оговорил с ним условия возмещения и…

— Не говорите о том деле, — перебил его Гамильтон Бергер. — Успокойтесь и скажите нам, что вы знаете об этом деле?

— Я вернулся домой около девяти часов тридцати минут, может быть, было десять и машина была на своем месте.

— Можете задавать вопросы, — сказал Бергер Мейсону.

— Откуда вы знаете, что машина была на месте? — спросил Мейсон.

— Ну, потому что… должна была там быть. Двери гаража были закрыты.

— Но вы не проверили после возвращения домой, действительно ли стоит машина там?

— Нет.

— А как вы вернулись домой?

— Меня привез работник страховой компании.

— В котором часу он вас привез?

— Между половиной десятого и десятью.

— И вы пошли сразу спать?

— Нет, я лег одиннадцати.

— Когда вы заглянули в гараж, чтобы проверить, стоит ли там машина?

— Около двух часов ночи. Мне позвонили из полиции и сообщили, что случилось с моим шофером. Мне задали несколько вопросов и сказали, что сейчас приедут, поэтому я оделся и, собственно, спустился в гараж, когда подъехала полиция.

— Ваша машина стояла в гараже?

— Да.

— Мне кажется, что вы на меня обижены, мистер Арджил, — сказал Мейсон.

— Лично я считаю, что вы достойны презрения, — ответил Арджил.

— Почему?

— Вы знали о том, что у меня имелись причины предполагать, что у моего шофера было дорожное происшествие и вынудили меня возместить ущерб по необоснованным требованиям. Предупреждаю вас, мистер Мейсон, что подам на вас в Суд за обман и…

— Так вы думали, что это ваш шофер вел машину?

— Конечно. Я-то уж точно не сидел за рулем. Однако я отвечал за действия моего работника.

— Это имеет какую-нибудь связь с делом? — спросил судья Осборн.

— Я считаю, что это объясняет мотивы и враждебную позицию свидетеля, — ответил Мейсон.

— Ну, конечно, выясним это обстоятельство, если защитник желает, — сказал Бергер, с удовлетворением потирая руки. — Я хотел бы прояснить все факты.

— И вы обо всем узнаете, — отпарировал Мейсон. — Мистер Арджил, вы можете рассказать нам свою версию происшествий?

— Пятого, около трех часов дня мистер Мейсон пришел ко мне домой. Питкин присутствовал при разговоре. Мистер Мейсон объявил мне, что имеет неопровержимые доказательства того, что моя машина вызвала несчастный случай и уехала с места происшествия. В этом несчастном случае его клиент серьезно пострадал. Он обратил мое внимание на следы столкновения на корпусе машины и… ну, что же, я подумал, что он прав.