Чтение онлайн

Голос звонившего, казалось, звучал совсем рядом:

– Прошу позвать к телефону мою мать. Она уже должна вернуться с мессы...

– Кто это говорит?

– Граф де Сен-Фиакр... Впрочем, это не ваше дело... Позовите мою мать...

– Минутку... Не скажете ли вы, откуда звоните?..

– Из Мулена! Но, черт побери, я же вам сказал, что...

– Приезжайте-ка сами сюда! Так будет лучше!
– четко проговорил Мегрэ и положил трубку.

Выйдя в коридор, он вынужден был прижаться к стене, чтобы пропустить слуг, несущих покойницу.

Глава II

Молитвенник

– Входите, - сказал доктор, когда покойную положили на кровать.
– Но мне вообще-то нужен кто-нибудь, кто бы помог её раздеть...

– Сейчас найдем горничную!
– отозвался Мегрэ.

Жан тут же поднялся этажом выше и, спустя некоторое время, вернулся в сопровождении женщины лет тридцати, бросавший вокруг испуганные взгляды.

– А вы убирайтесь!
– бросил комиссар слугам, которым этого только и надо было.

Потом он ухватил Жана за рукав, осмотрел с головы до ног и повлек к одной из оконных ниш.

– Какое отношение вы имеете к сыну графини?

– Но... Я...

Молодой человек был худ, а пижама сомнительной чистоты никак не способствовала уважительному отношению к нему со стороны комиссара. Он избегал смотреть в глаза Мегрэ, и ему явно хотелось вырваться из цепко держащих его пальцев.

– Не спешите, - заговорил комиссар.
– Давайте-ка поговорим начистоту, чтобы не терять времени.

Было слышно, как за тяжелой дубовой дверью спальни кто-то ходит туда-сюда, скрипят пружины матраса, а доктор Бушардон дает вполголоса указания горничной. Раздевали мертвую!

– И каково же ваше положение в замке? Сколько времени вы тут находитесь?

– Уже четыре года...

– Вы что, были раньше знакомы с графиней де Сен-Фиакр?

– Я... то есть я был ей представлен нашими общими друзьями... Мои родители как раз тогда разорились из-за того, что лопнул небольшой банк в Лионе... Я попал сюда, как доверенное лицо, чтобы заниматься личными делами графини...

– Кстати. А чем вы до этого занимались?

– Ну... Я путешествовал... Писал критические статьи об искусстве...

Мегрэ даже не улыбнулся. Впрочем, окружающая обстановка вообще не располагала к иронии.

Замок был велик и обширен. Внешнего вида он ещё не потерял, но внутри выглядел невзрачно, как пижама того молодого человека. Повсюду пыль, старая, потерявшая прежний лоск обстановка, куча всяких бесполезных вещей. Краска кое-где облупилась и поблекла.

На стенах явно были заметны более светлые пятна, свидетельствующие о том, что там когда-то стояла мебель, которую потом убрали. Причем, конечно, самую красивую! Ту, что была более ценной!

– Вы стали любовником графини...

– Каждый свободен любить, кого...

– Идиот!
– буркнул Мегрэ и повернулся спиной к секретарю.

Как будто и так все ни было ясно само по себе! Достаточно только взглянуть на этого Жана! Или просто несколько минут подышать воздухом замка! Обратить внимание на взгляды, которые бросает прислуга!

– Вы знали, что её сын должен был приехать?

– Нет... Да и что мне до того?

На комиссара он старался не смотреть, да и вообще взгляд был какой-то бегающий. Правой рукой он теребил рукав левой.

– Я хотел бы одеться... Мне холодно... Но... но почему здесь полиция...?

– Отправляйтесь одеваться!

Мегрэ толкнул дверь спальни, избегая смотреть на кровать, где лежала совершенно обнаженная покойница.

Это помещение напоминало остальные в замке. Оно было просторным, очень холодным и забитым всякими никчемными, разрозненными вещами. Желая облокотиться на каминную мраморную полку, Мегрэ заметил, что та сильно треснула.

– Ну, обнаружили что-нибудь?
– спросил комиссар у Бушардона. Подождите минуточку... Мадемуазель, не могли бы вы выйти?

Закрыв дверь за горничной, он подошел к окну и, упершись лбом в холодное стекло, скользнул взглядом по парку, покрытому слоем замерзших сухих листьев.

– Могу только повторить то, что говорил вам раньше. Смерть произошла из-за резкой остановки сердца...

– И чем это вызвано?

Доктор небрежным жестом набросил покрывало на труп, потом, подойдя к стоящему к окна Мегрэ, раскурил трубку.

– Может быть эмоциями... А может быть холодом... Холодно было в церкви?

– Напротив!.. И вы, конечно, не нашли никаких следов ранений?

– Абсолютно никаких!

– Даже следов укола?

– Я тоже думал об этом... Ничего!.. И к тому же, могу утверждать, что графиня не приняла яда... Так что считать, что графиню...

Мегрэ, наморщив лоб, вглядывался в крышу домика управляющего, в котором родился.

– Расскажите мне в двух словах, как протекала жизнь в замке? негромко спросил он.

– Вы знаете столько же, сколько и я... Графиня была одной из тех женщин, которые служат образцом добропорядочности до сорока - сорока пяти лет... И тут как раз умер граф, а сын уехал в Париж на учебу...

– А что же здесь?

– Появились всякие секретари, которые оставались более-менее подолгу... Последнего вы сами видели...

– А как состояние?

– Замок заложен, три фермы из четырех проданы... время от времени приходит антиквар, чтобы порыскать в поисках остатков ценного...

– Ну, а сын?

– Я плохо его знаю! Говорят, что это тоже та ещё штучка...

– Ладно. Спасибо!

Мегрэ собрался уходить. Бушардон за ним.

– Между прочим..., любопытно узнать, что за случай занес вас сегодня утром в нашу церковь?...

– Да. Действительно, выглядит странно...

– У меня такое ощущение, что я вас уже где-то видел...

– Что ж, вполне возможно...

И Мегрэ, проходя по коридору, ускорил шаг. В голове у него было пусто, поскольку он плохо выспался. А может быть потому, что простыл в трактире Мари Татен. Он увидел спускающегося по лестнице Жана, одетого в серый костюм, но все ещё в домашних туфлях. И в этот момент во двор замка въехал автомобиль.

Небольшое гоночное авто, окрашенное в желтый цвет, длинное, узкое и неудобное. Через несколько мгновение в холл ворвался мужчина в кожаном пальто, сорвал с головы каскетку и крикнул: