Чтение онлайн

– В том числе и о них, хоть в целом Иных пострадало немало. Представители ИГР в последний век стали больше доверять банковской системе.

– Когда демон и дракон арендовали ячейки?

– Давно, несколько лет назад, я сразу проверила всех крупных клиентов, как только мы с вами выявили неожиданный всплеск в аренде ячеек перед грабежами, – с разочарованием заверила демоница.

– В материалах дела фигурировали описи украденных вещей. Раз вы недавно просматривали договоры страхования, не припомните, чего лишились драконы Атланты?

– Большого бриллиантового гарнитура и ещё нескольких наборов ювелирных украшений попроще. Самое ужасное, в сейфе хранились бумаги, имеющие для них огромную историческую и семейную ценность: мемуары альф и видных деятелей стаи, архивные фотографии и документы. Полагаю, вы собираетесь спросить о демоне. Из его ячейки исчезли ценные бумаги на предъявителя и ритуальные артефакты. В частности символы власти, что передаются из поколения в поколение при смене главы демонического сообщества их территории.

– Ничего себе, – ахнула Вэл. – А глава клана вампиров чего лишился?

– В ограбленных банках – ничего, он не был их клиентом, да и услугами моей страховой компании никогда не пользовался. Неужели вы всерьёз думаете, что серию ограблений провели, чтобы выбить меня из гонки за пост главы Магического Контроля?

– Нет, Габриэла, я просто думаю, в принципе, обо всех возможных вариантах.

Поблагодарив клиентку и распрощавшись с ней, Вэл подумала, в принципе, что семейные архивы могут дать массу поводов для шантажа. Как и ритуальные артефакты, которые согласятся вернуть, через подставных лиц, при выполнении ряда определённых условий...

– Шеф, а мы сегодня вообще по домам не разойдёмся? – заглянул в кабинет Тони и посерьёзнел при виде выражения на лице начальства. – Какие беды свалились на наши головы?

– Тони, что самое сложное в деле раскрытия запутанного преступления, представляющего собой комбинацию с множеством наперёд просчитанных ходов? – вопросом на вопрос ответила Вэл.

– Определить злодея?

– Не угадал! Сложнее всего – доказать, что он злодей! В случае, когда преступление совершает исключительно умный, хладнокровный, очень сильный и опытный монстр, это практически невозможно сделать.

Всё-таки странные эльфы живут в её городе! Вначале отправляют несусветный счёт за оказанные детективным агентством услуги, а потом удивляются молчаливой оплате и начинают названивать, осторожно прощупывая почву на предмет, не перегнули ли они палку и не внесли ли в чёрный список номер их телефона.

– Дон, не морочь мне голову завершённым делом скупого алиментщика! Твои ребята помогли прижать к ногтю редкостного гада, за что им и тебе поклон и уважение, – говорила Вэл на ходу, пробегая к машине под дождём, заливающим парковку бизнес-центра. Она помахала рукой Тони, уже домчавшимся до своей машины, и юрко скользнула на водительское сиденье. – А, тебя волнует подслушанный твоими шпионами размер моего адвокатского гонорара? Нет, про двадцать долларов – не шутка, но тебе что за печаль? Ой, какая совесть у твоей-то расы, не смеши мои чешуйки! Дон, сунь свою совесть обратно в дальний, пыльный, заржавевший ящик, у меня к тебе ещё одно дело, но предупреждаю сразу: если объект наблюдения заметит хоть тень твоих длинный ушей, он тебе их срежет вместе с головой. Все подробности при личной встрече, а то мне боязно озвучивать их через сотовую связь – как-то не хочется обнаружить магическую бомбу под полом собственной гостиной, а наступить на неё не хочется тем более. Нет, в неприятности пока не влипла, но уверенно двигаюсь в этом направлении и собираю попутчиков. Сколько набрала? Ты первый. Дон, завтра увидимся и поговорим, у меня сейчас плохая видимость и пробка на дороге.

В автомобильном заторе есть минимум один несомненный плюс – он даёт время на размышления. То время, которое совершенно невозможно потратить на что-то ещё: на перекус, книги, фильмы, уборку дома и так далее. У запертого в машине человека есть лишь одна альтернатива музыке и просматриванию ленты новостей – размышления, воспоминания и упорядочивание собственных мыслей в логической последовательности. Постукивая пальчиками по рулю, Вэл обобщала и раскладывала по полочкам всё, что успела узнать по делам ограблений. На большинство первоначальных вопросов ответы уже нашлись, но оставался тот, который она когда-то озвучила Тони: куда делись похищенные деньги и ценности? Допустим, драгоценности припрятали, особенно такие заметные, как раритетные артефакты родов Иных, но наличность куда исчезла? Глупо держать многомиллионные средства в мешках, их надо реализовывать, но всплесков на рынке недвижимости и капиталовложений как не было, так и нет. В статистике страховых договоров резкое колебание показателей отыскать удалось, а вот в финансовой сфере преступники никак себя не обнаруживали... Конечно, они могли спрятать наворованное до более спокойных времён, а потом потихоньку пускать его в дело, но этот сценарий действий был слишком опасливым и неазартным для Иных. Особенно для богатых Иных, у которых собственных денег столько про запас хранится, что на три поколения долгоживущих потомков хватит.

– Нет, тихо сидеть на мешках с долларами никто из старших Иных не стал бы, – вступила в диспут с самой собой Вэл. – Схема ограблений, начатая за счёт денег, полученных за ложный артефакт верности инкуба, выглядит как стратегическая игра зарвавшегося Иного, утратившего ощущение тяжёлой длани Закона на плече. Он должен был заранее рассчитать, куда направить деньги так, чтобы и следа их не нашлось, и чтобы соперникам своим крепко насолить с помощью этих нигде не учтённых миллионов. Хранить их при себе – безумие, любой обыск тут же докажет твою причастность к преступлениям. Он их точно использует где-то, но где?! Всплесков притока наличности нигде не замечено, а приток полумиллиарда долларов проморгать трудновато...

Машины перед ней мигали фарами, раздражённо сигналили, пытались проскочить затор по обочине. Привычные картины конца рабочего дня – никого не удивляет, что в утренние и вечерние часы резко возрастает число пробок в городе, ни один аналитик не выделит такое событие в разряд экстраординарных...

Напряжённо выпрямившись, Вэл свела брови и зашептала:

– Где легче всего спрятать иголку? В охапке сена! А единичный всплеск волны? В вечно плещущемся море! Точно: как раз в отсутствии регистрируемых всплесков и кроется разгадка! В тихом омуте любая рябь заметна, но в океанском прибое одна волна неотличима от другой, девятый вал накатывает постоянно и ровным счётом никого не удивляет. Как замечательно, что в этом «океане» у меня есть надёжный и опытный капитан корабля, к которому можно обратиться! Надо срочно ему позвонить! На грядущей «рыбалке» нам придётся отыскать и выловить самую крупную рыбу всех моих уловов.

Да здравствуют автомобильные пробки! То, что они продлевают путь до дома с получаса до двух полноценных часов – в сущности, такая мелочь!

.

В тени забора у дома темнел крупный силуэт сидящего на обочине дороги мужчины. Ударив по тормозам, Вэл постаралась разглядеть позднего и нежданного гостя. Опыт попадания в неприятности говорил ей, что враги редко поджидают у порога – они имеют обыкновение нападать из-за угла. Однако разумная осторожность всегда заключается в том, чтобы регулярно пользоваться серым веществом в своей голове и признавать неоспоримый факт, что события могут развиваться по-разному и далеко не всегда в твою пользу. Эту премудрость ей долго втолковывал муж, и в итоге приучил недоверчиво относиться ко всем непредвиденным встречам и обстоятельствам. Не хотелось, чтоб её похоронили с эпитафией: «Адвокат полагала, враг атакует только из засады... Заблуждение стало роковым!»

Объект её внимания поднялся и вышел в свет фар автомобиля. Это был Питер Мирт, обожаемый супруг её подруги Кэтрин. И никогда в жизни Вэл не видела его в таком ужасном состоянии! Что должно было произойти, чтобы сильнейший некромант округа, бессменный командир кладбищенского патруля, выглядел, как несчастный полусумасшедший бездомный?! Чтобы он сидел на улице в вывернутой наизнанку футболке, в разных ботинках, а в его взгляде сквозила пустота отчаяния?

Вылетев из машины, Вэл ухватила мужчину за грудки и хорошенько встряхнула, испуганно выкрикнув:

– Что стряслось?! Нападение зомби, восстание полтергейстов? Что с Кэтрин?! Она жива?!!

Питер кивнул и вцепился в неё, как потерявшийся ребёнок в случайно встреченного знакомого взрослого. На попытки Вэл конкретизировать ответ, он еле слышно прошептал:

– Я изменил жене. Она узнала и ушла. Не могу отыскать её. Подумал, Кэт могла запереться в твоём доме.

Пальцы Вэл разжались, она ошеломлённо затрясла головой, не в силах поверить в услышанное. Сколько времени супруги вместе? Они недавно всей компанией праздновали пятидесятилетие их старшего сына. Чем дольше держится союз Иных, тем больше пара «врастает» друг в друга, тем меньше вероятность распада брака и связей на стороне – так утверждают знающие психологи и статистика разводов. Да супруги Мирт вообще не замечали лиц противоположного пола, относились к ним, как к существам среднего рода! Сколько раз Питеру приходилось видеть на работе обнажённых оборотниц специального отдела полиции, да и саму Вэл несколько раз – и никогда в нём не замечалось ни малейшего интереса! Нос Вэл сообщил бы ей, будь то иначе – запах сексуального влечения не слабее запаха смертельного страха. Сейчас Питер смотрел на неё потерянным взглядом, покорно ожидая, что его гневно прогонят прочь. Потерев занывшие виски, Вэл подхватила его под руку и потащила к дому.