Чтение онлайн

– Зачем?

– Будешь вспоминать обо мне, - она вытерла глаза рукавом шелкового платья.

Я уставилась на рассветную деву. Вечно она вызывала во мне дикое раздражение. Казалось, все в ней вычурно и слишком гладко. Получается, никогда я Тайлу толком и не видела. Взяв кулон, обняла ее и прошептала:

– Спасибо, сестра. Я вернусь.

На этих словах подхватила сумки и выскользнула из дома. В сердце поселилась глубокая тоска. Не люблю прощаться. Мне было очень страшно, впервые за долгое время. Я не знала, какие жреческие способности остались после изгнания. Я не знала, чего ждать от мирангов. И тем более не знала, чего хочет от меня богиня. Чего она добивается? Чтобы я оценила прелести жизни закатной жрицы на контрасте с жизнью обычной женщины? Это и так ясно. Закатная дева была уважаема, неприкосновенна и сильна. А теперь придется учиться давать отпор в самых простых ситуациях. Ну, да и ладно, как-нибудь справлюсь. Тот, кто умер до начала битвы, повторно умереть не может.

Я бросила последний взгляд на любимый бассейн у дома и отправилась туда, где уже толпились миранги. Мое появление вызвало смуту в их стройных рядах. Возмущению не было предела. Толпа хищных, высоких нелюдей была в бешенстве. Может, сам факт присутствия женщины в отряде вызывал у них панику. Может, им не нравилась лично я. Наконец, один из них, уже знакомый мне, более мелкий миранг заметил:

– Арден, это подарок соратникам? Или твое личное приобретение?

В толпе раздался шепот удивления. Одно дело – проявлять неудовольствие. Совсем другое – оскорбить в лицо. Посол не успел ответить. А я не поняла, что произошло. Гнев вспыхнул во мне с такой силой, что глаза заволокло туманом. Я почувствовала, как дрожат пальцы, как сквозь тело пробегает легкий болезненный импульс. Я сделала резкий прыжок, незаметный обычному глазу. Когда наглый миранг опомнился, я стояла рядом. Он даже дернуться не успел, я выбросила руку вперед, схватила его за горло и сказала:

– Повтори, не расслышала.

Он захрипел, выкатил глаза и посмотрел на меня как на великий кошмар. Остальные отшатнулись. Когда миранги опомнились, зазвенел металл. Они вытащили мечи. Наконец, раздался голос Ардена:

– Кхиара, оставь его. Он слишком молод и плохо воспитан.

Я зло рассмеялась.

– О нет. Он озвучил общее мнение, не так ли? – я оглянулась, все еще удерживая несчастного миранга за шею. – Слушайте сюда. Я – закатная дева. Я не служу никому, кроме богини. Ни человеку, ни мирангу. Будь он хоть трижды королем. И если кто-то из вас хоть на мгновение возомнит себя выше и достойнее закатной служительницы богини, тотчас расстанется с жизнью. Это понятно?

Миранги затихли. Они переглядывались. Наконец, вопросительно уставились на Ардена. Тот был невозмутим. Стоял, прислонившись к колонне, сложил руки на груди, да посмеивался. Наконец, хрип удавленного соратника ему надоел.

– Кхиара права. Никто не смеет ей указывать. И никто не смеет ее трогать. Не хочется терять вас из-за вашей гордыни и глупости. А чужая культура может сильно отличаться от привычного, помните об этом, чтобы не допускать печальных ошибок.

Миранги снова переглянулись, но кивнули. Мечи были убраны в ножны. А я разжала пальцы, и мелкий парень грохнулся на землю, хрипя и отплевываясь. Он попытался, было, ляпнуть что-то оскорбительное в мой адрес, но хватило одного взгляда, и он заткнулся. Только глаза сияли ненавистью. Вот, один новый враг у меня уже есть. Неплохое начало. Но самое главное – я поняла, что богиня не отобрала силу. А это значительно упрощало жизнь.

Миранги насупились и, в мрачном расположении духа, отправились запрягать лошадей. Мне подготовили крытую шатром повозку. Видимо, не рассматривали меня в качестве компаньона, способного преодолевать путь верхом. Впрочем, я не спешила сетовать. Жрицы очень уважают комфорт.

Мы тронулись в путь без задержек. Маленький инцидент – не в счет. Я не прекращала думать, отчего мелкий миранг так на меня обозлился. Повода у него не было. Кроме того, странно, что парень обращался к своему королю, пусть бывшему, без должного уважения. Что-то тут нечисто.

Повозка мягко тянулась вслед за конными. Я выглядывала из шатра, рассматривала дорогу и думала о том, как же давно никуда не ездила. Мимо текли рощи, деревья ломились от сочных фруктов. На холмах колыхалась изумрудная трава, кое-где попадались заросли золотистого кустарника. Звонкие ручьи сбегались в озерца, прохладные и свежие. Вдали грузно покачивалось море. Даже отсюда можно было различить разноцветные паруса торговых кораблей, россыпь лодок и прогулочных суденышек. Мой край был богат и роскошен. Интересно, каковы они – земли мирангов. Поговаривают, там бывает снег. Кто-то даже говорил, что в их землях холод держится слишком долго, - воды успевают промерзнуть на десяток локтей.

Так я рассматривала окрестности и размышляла. Даже не заметила, как на море опустился винно-красный закат. Сердце болезненно сжалось. Впервые за долгие годы я не буду пробираться между вуалями, не пойду по коридорам, в отблеске огня и свете призрачных фресок. Впервые за долгое время я не лягу на тот прохладный камень, не поболтаю с богиней, которой попросту бывает скучно. Когда богине скучно, она заглядывает в свой храм в лунном тумане. Она слушает пение своих закатных жриц, танцует под стук барабанов, иногда – болтает со мной.

– Привал! – огласили конные.

Повозка остановилась. Я приоткрыла полог и осмотрелась. Мы съехали с дороги и расположились на берегу, где холмы выступают в море, образуя полукруг небольшого залива. Я выскользнула из шатра и отправилась размять ноги.

Прогулявшись по теплой воде, я по привычке уселась на камень. Казалось, ничего не изменилось. Да, берег немного другой, зато теперь я досмотрю до финала поздний закат. Задумавшись, я не заметила кое-что важное.

Когда отправлялась в путь, даже не подумала сменить платье, ведь не привыкла ходить в чем-то другом. Разве только накинула непрозрачную тунику, чтобы не смущать неотесанных мирангов. И вот теперь я почувствовала, что жреческое платье шевелится, как положено по храмовой инструкции. Но ведь я нахожусь не в храме, и проводить ритуал не намерена. Что же происходит?

Я сбросила с плеч тунику. Удивительно, ткань не старалась принять форму кокона, спеленать меня и удержать в неподвижном состоянии. Такая шутка с платьем имела особое значение. Богиня проверяла гостей на вшивость. Ведь нет ничего проще – убить обездвиженного человека, который валяется на специально предназначенном ритуальном камне. Подходи и бей. Таким был отвлекающий маневр, чтобы в душе просителя промелькнула вся суть, и на поверхности оказалось самое главное.

В этот раз платье проигнорировало служебную инструкцию. Оно облепило меня целиком, ткань расползлась по телу, превращаясь во вторую кожу. Я знала эту форму. В такой форме я убивала. Не успела подумать об этом, как на голову обрушилось что-то тяжелое. Перед глазами вспыхнули искры, в висках загудело, ноги подкосились сами собой. Послышался глухой голос, он хрипло выплюнул:

– Чтобы не мешала.

Больше я не могла пошевелиться. Меня связали, накинув несколько петель вокруг горла, груди, бедер и колен: даже голову не повернуть. Вскоре мое тело поволокли в сторону грота. Прекрасно, и что толку от божественного дара, если против лома по затылку не придумали приема? Я выдавила:

– Кто ты? Что тебе нужно?

– Заткнись! – заметил нападавший.

Он не был расположен к беседе. Вот ведь, какая ирония: не хотела богиня принимать добровольную смерть, примет насильственную. Впрочем, мне действительно было все равно. Жить я давно не интересовалась, а перспектива тащиться через всю страну, чтобы помочь мифическому мирангу получить корону, казалась бестолковой. Потому я просто вздохнула и обмякла безвольным мешком. Пусть тащат. А я расслаблюсь напоследок. Казалось, дело решенное.

Я даже прикрыла глаза, чтобы не таращиться в небо тупым взглядом. Но внезапно раздался плеск. Над ухом что-то просвистело. Кто-то вскрикнул. Меня уронили в воду. Вот неприятность, даже тут не дают спокойно умереть! Одно слово - нелюди. Я была уверена, что нападавший – из мирангов. Слишком легко он тащил меня на привязи, как деревяшку. Люди редко бывают настолько сильными.

Соленая вода хлынула в рот. Я попыталась распутать петли, но окончательно их затянула. Рыбкой нырнула под воду, чтобы хоть как-то выгрести на мелководье. Но вскоре меня подхватили и вытащили на воздух. Я упала на теплые камни, судорожно отплевываясь. Перед глазами мелькнуло знакомое лицо. Это был Арден. Почему-то он тоже выглядел потрепанным. Миранг попытался стукнуть меня по груди, чтобы вытолкнуть воду, но я возмущенно взбрыкнула и откатилась подальше. Тогда он просто снял веревки. Я села, отряхнулась, отжала мокрые волосы и осмотрелась. Трупов нигде не было. Значит, ушли.