Чтение онлайн

– Мне?!

Доктор Динэйр кивнул.

– Конечно, – сказал Мейсон, – мне не надо говорить тебе, Берт, что мы играем с огнем.

– Я знаю, но я стараюсь помогать своим пациентам. На этом основаны мои убеждения.

– Я тоже стараюсь помогать своим клиентам. Это краеугольный камень убеждений юриста.

Несколько мгновений они молчали.

– Ну тогда ответь мне как своему клиенту, – сказал наконец доктор Динэйр, – что ты посоветуешь мне сделать?

– Я посоветую тебе непременно расследовать все факты и делать это очень осторожно.

– Прекрасно. Тогда мы с тобой скоро увидимся снова. Я приведу ее в твою контору завтра к половине десятого.

– А кто это дядя Мошер, которого она называла? Ты, по всей вероятности, знал его?

– Я слышал о нем. Он был каким-то дальним родственником. Дядей в прямом смысле слова он не был, но она делала ему визиты. Она была у него дома и во время его болезни. Мошер Хигли умер примерно три месяца назад. Присутствовавший при этом врач констатировал смерть от коронарного тромбоза.

– Вскрытие было?

– Его похоронили без вскрытия.

– Забальзамированным?

– Да.

– Из этого возникает интересный момент. Если был использован цианистый калий, бальзамирование полностью уничтожает его следы. И если не появится какого-нибудь дополнительного доказательства, что мужчина был отравлен, если не будет обнаружен пузырек с ядом и если признание молодой женщины не убедительно, то никакого состава преступления не будет. А значит, и обвинения не последует.

– А если не может быть обвинения, то мне было бы незачем сообщать информацию полиции?

– Этого я не говорил.

– Ну, такова интерпретация, которую я могу построить на том, что ты сказал.

– Не надо этого делать, – сказал Мейсон. – Я обращаю твое внимание на определенные и достаточно важные факты. Ты хочешь, чтобы я расследовал это дело. Я готов это сделать, но если станет известно, что был применен цианид, а затем выяснится, что тело было забальзамировано, тогда власти не смогут ее осудить. И если при этих обстоятельствах ты пойдешь к окружному прокурору и расскажешь ему, что, мол, эмоционально возбужденная молодая женщина, находясь под воздействием наркотиков, призналась в преступлении, но фактически невозможно ее осуждение, да еще уточнишь, что всегда есть вероятность, что такое признание может быть результатом галлюцинации затуманенного наркотиками сознания, то окружной прокурор быстренько спровадит тебя к двери и посоветует забыть об этом деле и нигде и никогда о нем не упоминать.

– Ну, это было бы самым лучшим решением вопроса, но если там был использован какой-нибудь другой яд?

– Использованный яд должен был быть очень быстродействующим. Лечащий врач написал в заключении, что был коронарный тромбоз. Эти два фактора указывают на цианистый калий. – Доктор Динэйр кивнул, а Мейсон продолжал: – И потому я буду вести расследование. Тем временем, если тебя спросят официально, ты должен заявить, что имеешь определенную информацию и получил консультацию у адвоката, который предложил тебе провести расследование, прежде чем ты предпримешь опрометчивые и непоправимые действия. Мои личные обязанности должны быть номинальными. Мне нужно нанять следователей, и я постараюсь сделать расходы низкими по мере возможности. У мисс Фарр есть какие-нибудь деньги?

– У нее нет, но есть у меня.

– Ну, мне не хотелось, чтобы ты оплачивал счет, который…

– Да брось ты, – сказал доктор Динэйр.

– Я в этом году высоко котируюсь. Какую бы сумму мне ни пришлось уплатить за официальные услуги, это деловой расход. На карту поставлены мое спокойствие духа, личная профессиональная репутация. Я хочу, чтобы ты взялся за работу и не жалел сил.

– Я постараюсь, чтобы расходы были самыми минимальными.

– Я же сказал, что тебе не надо экономить.

– Я постараюсь, чтобы расходы были минимальными, – повторил еще раз Мейсон. Доктор Динэйр хотел что-то сказать, но адвокат продолжал: – Это будет не так быстро, как хотелось, чтобы велось расследование, но, как частный гражданин и как врач, консультирующийся у меня в связи с делом лишенной средств пациентки, мы с тобой должны…

Доктор Динэйр неожиданно улыбнулся:

– Я тебя понял, Перри. Действуй. Делай все по своему усмотрению. Распоряжайся этим, как ты считаешь нужным.

– Что ты собираешься делать с магнитофонной записью? – спросил Мейсон.

– Насколько я понимаю, только пять человек когда-либо услышат об этой пленке: ты, Делла Стрит, сиделка у меня в конторе, Надин Фарр и я.

– Пять человек, – сказал Мейсон, выглядевший задумчивым, – это много.

– Предлагай, как уменьшить это число?

– Сейчас я это сделать не смогу, – покачал головой Мейсон. – Мне хотелось бы, чтобы твоей сиделки при этом не было.

– И мне этого хотелось бы теперь, только ведь сиделка нужна не только для того, чтобы поддерживать пациента на нужном уровне наркоза и не подвергать эмоционально взволнованную женщину воздействию наркотиков.

Мейсон кивнул, а доктор Динэйр добавил:

– Значит, увидимся в половине десятого.

От двери он помахал на прощание рукой. Делла Стрит посмотрела на адвоката и спросила:

– Нужен Пол Дрейк?

– Да, – кивнул Мейсон, – позвони ему. И узнай, может ли он прийти сюда сейчас.

Поскольку контора главы Детективного агентства Дрейка помещалась на том же этаже, что и комнаты, занимаемые Мейсоном, через несколько минут после того, как Делла Стрит положила трубку, детектив постучал кодовым стуком в дверь личного кабинета Мейсона. Делла Стрит впустила его. Он как бы вплыл в кабинет, скользнул в большое кресло для посетителей и расположился так, что один из подлокотников кресла упирался ему в поясницу, а через другой подлокотник небрежно свешивались ноги.

– Нормально, – сказал он. – Можешь открывать огонь.

– Я получил довольно специфическое дело, Пол. Тебе нужно раздобыть информацию, действуя медленно и осторожно. Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, что проводится расследование. В данном случае ты не обязан обогнать время. Ты можешь обращаться с делами в более свободной манере…

Дрейк потер глаза и с силой подергал себя за уши.

– В чем дело? – спросил Мейсон.

– Мне показалось, что я сплю, – сказал Дрейк. – Обычно, когда ты вызываешь меня к себе, в моем распоряжении часы или минуты, чтобы добиться результата, и надо задействовать столько людей, сколько мне понадобится, чтобы провести запутанное расследование, и к утру получить готовые результаты. А теперь ты мне преподносишь нечто в другом роде.

Вот именно, – сказал Мейсон с улыбкой. – Ты же всегда говорил мне, что мог бы сделать работу лучше, если бы у тебя было время и если бы не пришлось нагружать работой так много оперативников.

– Так, подожди-ка минуту. Я говорил, что мы могли бы делать работу эффективней в экономическом плане. Когда у тебя работает масса оперативников, всегда происходит известное дублирование усилий, а еще страшное нервное напряжение и, как следствие, расходы. Ты…

– Это я знаю. И хочу, чтобы ты действовал эффективно. Мне нужно узнать о прошлом человека по имени Мошер Хигли. Он жил в этом городе и умер примерно три месяца назад от коронарного тромбоза. Я не знаю, предъявил ли кто-нибудь документы на имущество, не знаю о его характере и размерах и вообще ничего. Я хотел бы знать все эти факты, имена его наследников, кто был с ним в момент смерти, когда было написано завещание, если таковое имеется. Была ли страховка? Тебе придется побеседовать с лечащим врачом, который подписал свидетельство о смерти. Я хотел бы узнать о специфических симптомах. Тебе нужно сделать вид, будто ты представляешь какую-нибудь страховую компанию.