Чтение онлайн

Наряду с расизмом и сексизмом [74] , существует фанатическая классовая приверженность каким-либо вещам или принципам, и в американском обществе это наиболее широко распространенная форма предубеждений, которая к тому же получает в нем наименьшее противодействие. Поскольку материальный успех в США считается единственной мерой ценности человека, то отсюда логически следует, что бедные не представляют большой ценности и тратить на них общественные ресурсы не нужно [75] . В капиталистическом обществе бедных обычно осуждают как людей «ущербных» — не имеющих ценности для общества и которые сами виноваты в своих трудных жизненных обстоятельствах. Их редко считают жертвами экономических факторов, порождающих бедность: высокой квартирной платы, недостаточной занятости, низкой заработной платы, неожиданных заболеваний и других подобных «благодеяний» рыночного рая. Перефразируя американского юмориста Уилла Роджерса, можно сказать, что бедность — не преступление, но может им и стать.

В условиях сокращения числа рабочих мест, снижения заработной платы, высокой инфляции и растущего бремени налогов многие люди вынуждены работать более напряженно, чтобы сохранить свой статус и социальное положение. В обществе, в котором деньги являются определяющим фактором удачи в жизни, стимулирующее воздействие материального успеха — это не только симптом определенной культуры, в основе которой лежит алчность, но и фактор личного выживания. Вместо стремления к изысканной роскоши, многие американцы бьются за обеспечение основных жизненных потребностей. Если им и нужно денег больше, чем раньше, то это в основном потому, что предметы первой необходимости стали стоить намного дороже.

Система социального обеспечения в США платная, поэтому наличие или отсутствие денег становится вопросом жизни и смерти. Если человек имеет низкий или скромный доход, это означает, что он с большой долей вероятности рискует столкнуться с недостаточным медицинским обслуживанием или с отсутствием уверенности в получении работы. У него также меньше возможностей для получения образования, организации отдыха, поездок и жизненных удобств. Стремление сделать деньги любой ценой, даже за счет других, — это не только порочная жизненная позиция, это отражение материальных условий капиталистического общества, в котором никто не может чувствовать себя в экономическом плане по-настоящему в безопасности, за исключением очень богатых людей. Но и они всегда стремятся увеличить свое богатство и застраховать себя от случайностей.

Для тех, кому существующее положение вещей очень нравится, эта политическая и экономическая система предоставляет массу возможностей для успеха. Тех, кто относится к числу ее несчастных жертв или кто озабочен благополучием всех членов общества больше, чем своим собственным, система обрекает на прозябание. Тех, кто находится между этими крайними позициями, система держит в состоянии неуверенности. Опасаясь снижения доходов и падения жизненного уровня, люди втягиваются в борьбу за сохранение достойного уровня жизни в рамках существующего общественного порядка.

Политические идеологии традиционно делились на категории правых, центристов и левых. Я попытаюсь обрисовать в общих чертах все три политических направления, особенно не вдаваясь в их детали и тонкости. Те, кого называют правыми, настроены консервативно и реакционно. К их числу обычно относятся члены корпоративных элит и лица с высокими доходами и крупными состояниями. Эти люди выступают за рыночный капитализм и защищают свободное предпринимательство как главную опору здорового общества. Консервативная идеология проповедует добродетели частной инициативы и уверенность в себе. Согласно этой идеологии, богатые и бедные получают то, что они заслуживают. Люди бедны не из-за неадекватной оплаты труда и недостатка экономических возможностей, а потому что ленивы и не проявляют достаточных способностей. Краеугольным камнем идеологии консерваторов является защита права пользования собственностью, в особенности извлечения из нее прибыли за счет труда других людей, а также права на особые условия жизни привилегированного класса.

Консерваторы считают причинами трудностей в обществе те, которые когда-то перечислил миллиардер Стив Форбс, а именно: «высокомерие, замкнутость и слишком большое доверие к правительству в Вашингтоне». В частном секторе все работает лучше, утверждают они. Большинство консерваторов выступают против контроля государства над бизнесом, в том числе против защиты прав потребителей, законодательства о минимальном уровне заработной платы, о пособиях по безработице, о технике безопасности, компенсациях за травмы и увечья на производстве. Рональд Рейган и Джордж Буш (старший) — президенты США от консерваторов — убеждали нас в том, что частные благотворительные учреждения способны позаботиться о нуждающихся и голодных людях и поэтому нет необходимости в помощи со стороны правительства. Ирония заключается в том, что пожертвования очень богатых на благотворительность составляет меньшую долю их доходов, чем доля всех остальных граждан [76] .

На практике консерваторы выступают «за» или «против» правительственной помощи в зависимости от того, кто получает такую помощь. Они хотят сократить расходы на социальное обеспечение и помощь группам граждан с низкими доходами, но энергично поддерживают все виды правительственных субсидий и меры по спасению испытывающих трудности предприятий крупных корпораций. Консерваторы рассматривают экономические спады как часть естественного цикла производства. Они требуют от американских рабочих трудиться упорнее и за меньшую оплату труда, однако у них не находится слов осуждения в отношении разорительных последствий корпоративных слияний и поглощений, перевода предприятий на заграничные рынки дешевого труда и возрастания экономических тягот трудящихся.

На самом деле консерваторы не являются сторонниками правительства, которое ни во что не вмешивается. Они поддерживают жесткие правительственные меры по обузданию несогласных и контролю над частной жизнью граждан и их моральными устоями. Большинство из них охотно выступают в поддержку вооруженных сил, крупных военных бюджетов и глобальных имперских интересов США. Однако сами они ухитряются уклоняться от военной службы, предпочитая предоставлять другим возможность сражаться и умирать. Именно это и случилось с редактором Норманном Подгоретцем, обозревателем Робертом Новаком, бывшим конгрессменом Ньютом Гингричем, вице-президентом Диком Чейни и бывшим вице-президентом Дэном Куэйлом.

Однако далеко не все консерваторы богаты. Нередко люди с весьма скромными средствами выступают против правительства и хотят его смены. Они не видят для себя результатов его деятельности. Многие считают себя консерваторами, исходя из своего отношения к вопросам «культурного характера». Они хотят, чтобы правительство отказалось от поддержки равных прав для гомосексуалистов, чтобы более последовательно поддерживало смертную казнь и принимало жесткие и последовательные меры против преступности. Как писал один газетный обозреватель (Фрэнк Скотт): «Они хотят, чтобы правительство в первую очередь занялось обеспечением их права убивать себя с помощью оружия, спиртных напитков и табака и лишь в последнюю очередь занялось защитой их прав на получение работы, жилья, образования и пищи» [77] .

Некоторые консерваторы хотят, чтобы правительство прекратило попытки вмешиваться в нашу личную жизнь. Но они также хотят, чтобы правительство объявило вне закона безопасные и легальные аборты, так как считают, что оплодотворенная яйцеклетка представляет собой человеческое существо. Они хотят, чтобы правительство ввело обязательные молитвы в наших школах и выделило субсидии на религиозное образование. В трудностях, которые переживает страна, они обвиняют падение нравов, гомосексуалистов, феминизм и утрату семейных ценностей. Так, телевизионный евангелист и некогда подававший надежды кандидат от республиканцев на пост президента Пэт Робертсон заявил в своем послании к пастве, что «феминизм подстрекает женщин уходить от мужей, убивать своих детей, заниматься колдовством, разрушать капитализм и становиться лесбиянками» [78] . Религиозные правые поддерживают на выборах консервативных кандидатов и их программы. В свою очередь, богатые консерваторы, включая руководителей таких корпораций, как Coors, Pepsico, Mobil Oil, Amoco, Heinz, Mariotte, бывшие руководители Radio Corporation of America и Chase Manhattan Bank, финансировали религиозных правых [79] .

На крайнем правом фланге консерваторов находятся те, кто раньше сотрудничал с нацистами, а также неофашисты, антисемиты и активные расисты, многие из которых нашли себе приют в Республиканской партии. Среди них — Дэвид Дьюк, бывший член американской нацистской партии и Ку-клукс-клана, который баллотировался в губернаторы штата Луизиана от Республиканской партии, а в 1992 году принимал участие от тех же республиканцев в первичной кампании президентских выборов [80] . Лидеры республиканцев отказались одобрить его кандидатуру, но Дьюк вполне обоснованно утверждал, что его программа (крупный военный бюджет, сокращение программ социальной поддержки, отмена правовой поддержки интересов исторически ущемленных групп населения и поддержка крупного бизнеса) не отличалась от основной части программы Республиканской партии.