Чтение онлайн

Зарплата работников составляет только часть стоимости, созданной их трудом. Неоплаченная часть труда присваивается владельцами предприятия. По некоторым данным, в настоящее время работник предприятия частного сектора только два часа из всего рабочего дня работает на себя (создает стоимость, которая выплачивается ему в виде зарплаты) и шесть или более часов работает на хозяина (создает стоимость, которая после вычета затрат присваивается хозяевами). Последняя часть стоимости представляет собой то, что К. Маркс называл «прибавочной стоимостью», и именно она является источником богатства хозяев предприятий. Сами капиталисты для обозначения этой части стоимости используют похожее понятие: «стоимость, добавленная в процессе производства». Например, в 1995 году, по оценке руководства корпорации General Motors, среднестатистический работник на автомобильном заводе создал стоимости на сумму $155 000, а получил за это в качестве зарплаты $38 000, или четвертую часть созданной им стоимости. Работники, нанятые корпорациями Intel или Exxon, получили только девятую часть стоимости, которую они создали. А в таких отраслях, как табачная и фармацевтическая, доля оплаты работников составила всего лишь двадцатую часть в созданной ими стоимости. В период между 1954 и 1994 годами средняя относительная величина добавленной стоимости (та часть, которая идет хозяевам) в США возросла со 162 до 425%, то есть норма эксплуатации в США намного превысила этот показатель в других западных промышленно развитых странах [4] .

Сегодня труд наемных работников подвергается такой же эксплуатации, как когда-то и труд рабов или крепостных крестьян. Раб или крепостной крестьянин выполнял тяжелую работу за пропитание. (Джеймс Мэдисон вскоре после американской революции рассказывал своему гостю, что каждый его раб приносил ему за год $257, а расходы на содержание раба составляли от $12 до $13.) Издольщики, вынужденные отдавать от трети до половины урожая, также подвергались жестокой эксплуатации. Однако при капитализме часть стоимости труда, которую забирают у работников, не видна. Работникам просто выплачивают значительно меньше той стоимости, которую они создают. Единственная цель их найма на работу заключается в том, чтобы делать деньги на их труде. Если бы заработная плата выплачивалась за всю созданную наемным трудом стоимость (за вычетом расходов и затрат на модернизацию), тогда бы не возникала прибавочная стоимость, не было бы прибыли для хозяина и больших состояний для тех, кто не трудится.

Исполнительные директора и менеджеры компаний являются служащими и представляют интересы владельцев. Их задача — всемерно повышать производительность труда работников. Доход от владения компанией не включает заработной платы работников и даже оклады высших администраторов. Доход состоит из прибыли — то есть тех денег, которые присваивают не работая.Например, автор книги не имеет прибылей от ее издания. Он получает некий доход (авторский гонорар со странным названием «роялти») за свой труд написания книги. Аналогичным образом редакторы, корректоры, типографские работники и торговые служащие вкладывают свой труд, который увеличивает стоимость книги. Прибыль же идет тем, кто владеет издательством и кто ничего не добавляет к рыночной стоимости книги. Деньги, получаемые владельцами издательства, в налоговой отчетности соответственно называются «нетрудовойдоход».

Корпорации часто называют «производителями», но на самом деле они ничего не производят. Они являются организационным устройством для эксплуатации труда и накопления капитала. Настоящие производители — это рабочие с мышцами, мозгами и талантами, производящие товары и услуги. Примат труда был провозглашен 140 лет назад президентом Авраамом Линкольном в послании к Конгрессу: «Труд — первичен и не зависит от капитала. Капитал является продуктом труда. Он не мог бы появиться, если бы до него не было труда. Труд создает капитал и заслуживает высокого уважения». Слова Линкольна остались без внимания. Господство денег над трудом остается основой экономической системы США.

Капиталисты любят говорить, что они запускают свои деньги в работу. Однако деньги, как таковые, не могут создавать нового богатства. На самом деле капиталисты имеют в виду, что они включают в работу абстрактный человеческий труд, платя рабочим зарплату меньше, чем та новая стоимость, которую они создают, и, таким образом, откачивая прибыль для себя. Вот так происходит «рост» денег. При капитализме капитал соединяется с живым трудом для того, чтобы превратиться в товары и услуги, которые принесут еще больше капитала [5] . Все капиталы Рокфеллеров сами по себе не смогли бы построить дома или машины или даже сделать зубочистку. Только человеческий труд может это сделать. Капитал сам по себе ничего не может произвести. Только труд производит вещи.

Главная цель капиталистической корпорации заключается не в производстве товаров и услуг, а в извлечении максимально возможной прибыли для инвестора. Стальной магнат Дэвид Родерик сказал однажды, что бизнес компании состоит не в производстве стали: «Мы занимаемся производством прибылей» [6] . Общественная польза продукта и его влияние на благосостояние общества и природную среду при капиталистическом производстве признаются только тогда, когда обеспечивается требуемый уровень прибыли. Непрерывная гонка за прибылью является следствием чего-то большего, чем простая алчность, хотя и ее более чем достаточно. Чтобы выжить при капитализме, предприятия должны постоянно расширять свою деятельность. Остановить рост — означает прийти в упадок не только относительный, но и абсолютный. Медленно растущая фирма менее способна осваивать новые рынки, удерживать позиции на старых, привлекать инвестиции и контролировать поставщиков. Поэтому даже крупнейшие корпорации вынуждены непрерывно предпринимать шаги для своего развития и расширения и поиска новых возможностей делать деньги.

Вопреки широко распространенному мифу, богатство в США не принадлежит многочисленному среднему классу: 10% самых богатых американских семей владеют 98% не облагаемых налогами государственных и местных облигаций промьпиленых предприятий, 94% активов коммерческих предприятий и 95% активов доверительных фондов; 1 процент самых богатых людей Америки владеют 60% всех акций и производственных фондов корпораций. Справедливости ради следует отметить, что акциями и облигациями владеют 40% американских семей, но почти у всех средняя стоимость такого пакета ценных бумаг менее $2000. Если принять во внимание долги и закладные по ипотечному кредитованию, то у 90% американских семей или очень мало чистых активов, или их нет совсем [7] .

Самым крупным источником индивидуального богатства является институт наследования. Если вы не богаты, это значит, что у вас не хватило предусмотрительности обзавестись подходящими родителями. Исследования показывают, что истории о быстром и счастливом преуспевании бедной героини очень редки и составляют исключение. Большинство людей умирают в том же социальном классе, в котором и родились. Подавляющее большинство из 400 самых богатых людей из списка Forbes,добившихся успеха собственными силами, получили от кого-либо из членов семьи богатое наследство или серьезный начальный капитал [8] .

Четко проявляется тенденция растущего экономического неравенства. В середине 1990-х годов прибыли американских корпораций более чем удвоились; доход от инвестиций рос в два-три раза быстрее, чем доход от работы. В период с 1980 по 1992 год активы 500 крупнейших корпораций США, сокративших за это же время свыше 5 миллионов рабочих мест, увеличились с $1,8 до $2,7 триллиона. Согласно данным газеты Wall Street Journal,«последующие годы принесли американским корпорациям наивысшие прибыли за послевоенный период [9] . За последние три десятилетия у 1% самых богатых американцев средний доход после уплаты всех налогов вырос на 115%, в то время как доходы 5% населения в нижней части этой шкалы снизились почти на 10% [10] . В исследовании доходов населения, проведенном Бюро переписи населения, говорится о «20% самых богатых», которые получают в 13 раз больше «20% самых бедных». Однако, для того чтобы оказаться в числе 20% самых богатых, необходимо иметь доход от $65 000 и выше. Фактически 20% самых богатых не настолько уж богаты, а всего лишь входят в верхнюю часть американского среднего класса.

Прослойка самых богатых включает лишь небольшую часть населения, составляющую 1% его общей численности. Эта прослойка контролирует подавляющую часть богатства нации, и она не в тринадцать, а в тысячи раз богаче 20% американцев, входящих в нижнюю часть шкалы распределения дохода граждан США [11] . Среди тех, кто изучает картину распределения доходов, по-видимому, лишь немногие по-настоящему осознают, насколько велики состояния богатых людей в Америке.

В конце XX столетия продажа дорогостоящих вещей — роскошных автомобилей и квартир, произведений искусства, антиквариата, драгоценных камней, яхт и частных самолетов — приобрела характер бума. Диспропорции в доходах и богатстве стали больше, чем в любой другой период времени за предыдущие шестьдесят лет. Выдающийся экономист П. Самуэльсон охарактеризовал такое положение следующим образом: «Если бы мы строили пирамиду доходов из детских кубиков и каждый новый слой кубиков отражал бы разницу в доходах в размере одной тысячи долларов, тогда вершина пирамиды оказалась бы на уровне Эйфелевой башни, но каждый из нас был бы от пола не выше одного ярда» [12] .

Огромное богатство превращается в большую власть. Власть класса предпринимателей такова, что с ней не может сравниться власть ни одного другого класса в американском обществе. Гигантские корпорации определяют темпы технического развития, предоставляют источники средств к существованию, задают стандарты потребления и вкусы публики. Они решают, какой рынок труда использовать, а какой оставить, нередко обрекая целые территории и населенные пункты на прозябание. Они поглощают природные ресурсы, уничтожая леса и отравляя землю, воду и воздух. Они располагают огромными резервными капиталами и в то же время создают и сохраняют в острой нужде миллионы людей у себя в стране и за рубежом. И, как мы увидим в последующих главах, они имеют доминирующее влияние в высших правительственных инстанциях.