Чтение онлайн

В-третьих, режимные транзиты в Африке имели разные и далеко не всегда демократические исходы. К 2006 г. только 11 африканских государств считались «свободными» демократиями. Таким образом, по критериям Freedom House, менее четверти из 48 стран [991] региона завершили демократические транзиты [992] . Более того, в связи с тем что демократические транзиты были преимущественно успешны в государствах с малой численностью населения, менее 15 % всех африканцев к 2006 г. могли считаться политически свободными (менее 10 %, если исключить Южную Африку). В большинстве случаев транзиты не привели к установлению демократии: или так и не были проведены конкурентные выборы, или выборы не были честными и свободными, или же проигравшие на выборах отказывались признать их итоги.

Часто режимные транзиты в Африке приводили к установлению «электоральных автократий», т. е. такого политического режима, при котором правители привержены форме выборов, но манипулируют правилами так, что у оппозиционных сил почти нет или совсем нет шансов на победу [993] . Африканские электоральные автократии являются несколько более либеральными, чем однопартийные или военные режимы, на смену которым они пришли, не в последнюю очередь благодаря тому, что теперь разрешены оппозиционные партии. Но в основе режимных транзитов в Африке была политическая преемственность. Например, на континенте относительно редки случаи смены правящих партий посредством выборов: по 2006 г. включительно только 20 выборов из 96 в посттранзитный период привели к такой смене [994] . Хотя частота подобных мирных смен власти возросла по сравнению с периодом до 1989 г., в посттранзитном периоде они все еще происходят только в одном случае из пяти. Вместо того чтобы оказаться смещенными по результатам голосования, доминирующие партии в Африке чаще могли добиться переизбрания в условиях многопартийности, даже если они не могли выполнить обещания добиться экономического развития.

Наконец, в некоторых странах Африки демократия сохранялась недолго. В 1994 г. в ходе военного переворота был свергнут демократический режим в Гамбии, который на тот момент был одним из пяти (наряду с Ботсваной, Маврикием, Сенегалом и Зимбабве) режимов, постоянно сохранявшим многопартийную систему после обретения независимости. В 1997 г. военные вернули к власти в Республике Конго прежнего диктатора, чему предшествовали межпартийные разногласия, вылившиеся в гражданскую войну. В 1998 г. в Лесото оппозиция отвергла результаты национальных выборов, по итогам которых она не прошла в парламент. Экстремисты подожгли деловой квартал в столице Масеру, что привело к установлению извне временного правительства, задачей которого было создание более пропорциональной избирательной системы. В 2000 г. Малави перешла от статуса «свободной» к статусу «частично свободной» страны из-за ухудшения администрирования электорального процесса и увеличения коррумпированности властей. К 2002 г. Зимбабве перешла из статуса «частично свободной» страны к статусу «несвободной», по мере того как доминирующая партия начала кампанию по насильственному захвату фермерских земель и контролю над выборами.

Поскольку Африка является неоднородной в политическом отношении, не рекомендуется делать чрезмерные обобщения относительно статуса существующих на континенте режимов. Поэтому в данной главе выбраны специфические примеры стран, для того чтобы продемонстрировать основные модели предпринятой демократизации (см. табл. 22.1). Результаты этих транзитов весьма разнообразны – от возникающей либеральной демократии (Южная Африка) и многообещающей электоральной демократии (Гана) до неоднозначного гибридного режима (Нигерия) и движущейся по нисходящей траектории электоральной автократии (Зимбабве). С учетом особенностей истории каждого государства эти примеры демонстрируют контраст между историями успеха демократии (Южная Африка и Гана) и проблемными траекториями (Нигерия и Зимбабве). Описания переходов этих стран предоставляют эмпирическую базу для последующего анализа факторов, которые помогают отличить успешные прецеденты демократизации от неуспешных.

Таблица 22.1. Типы политических режимов в Африке южнее Сахары в 1980–2006 гг.

Источник: Отчеты Freedom House за разные годы.

Как известно, Южная Африка является сложным, разделенным обществом. Исторически коренные обитатели территории, говорившие на койсанских языках, пережили несколько волн иммиграции народов языковой семьи банту с севера, за которыми последовал приход голландских и британских поселенцев с юга. Взаимодействие между этими этническими группами долгое время предопределяло политику в Южной Африке. До 1994 г. управление страной основывалось на исключении по расовому признаку. Незначительное по численности белое меньшинство использовало обширные природные ресурсы для индустриализации экономики и построения современного бюрократического государства. В то время как белые жители приняли весь набор демократических институтов для своего сообщества (включая многопартийные выборы, независимую судебную власть, свободу прессы), все остальное население не имело к этим институтам доступа. Обретя независимость от Великобритании в 1910 г. и будучи идеологически приверженными политике полного разделения этнических групп после 1948 г. (политика, известная как апартеид), правительства белых поселенцев были категорически против правления черного большинства.

Однако приток африканских рабочих в города Южной Африки сделал невозможным любые попытки социальной сегрегации, и в контексте унижений достоинства, вызванных апартеидом, резко выросли политические ожидания африканцев. Даже после того как правительство, сформированное Национальной партией (НП), ввело запрет на деятельность Африканского национального конгресса (АНК) в 1960 г., а его лидер, Нельсон Мандела, был отправлен в тюрьму в 1962 г., появились новые формы сопротивления: партизанская война, использующее насилие рабочее движение и коалиция гражданских групп. Такой порядок появления в политике африканских политических организаций запустил последовательность прерывистых, но растущих политических протестов: демонстрации против введения законов об удостоверениях личности в 1950-е и 1960-е годы; студенческое восстание против языковой политики в 1970-е годы, забастовки в секторах промышленности и бойкоты товаров массового потребления в 1980-е годы. Учитывая жесткую политику правительства и соответствующую реакцию протестующих, казалось, что конфронтация на расовой основе неизбежно привет к масштабному кровопролитию.

Удивительно, что лидеры с обеих сторон в конце концов отказались от балансирования на грани гражданской войны. В 1990 г. новый президент Фредерик Виллем де Клерк освободил Манделу из тюрьмы после 27 лет заключения. В 1991 г. вместе с другими партиями АНК и НП начали переговоры о будущей конституции и частично под влиянием протестов приняли принцип правительства национального единства. Под внешним давлением, но также признавая общую заинтересованность в развитии экономики Южной Африки, политические лидеры заключили политический пакт, защищавший права собственности белых граждан в обмен на правление черного большинства. В 1992 г. за дальновидность и умеренность де Клерк и Мандела были удостоены Нобелевской премии мира.

Завершением перехода от авторитарного правления стали выборы в апреле 1994 г. В политическом ритуале избрания собственных лидеров принимали участие как равные в политическом отношении все жители Южной Африки вне зависимости от происхождения. Выборы прошли с осложнениями: ключевой зулусский политик отказывался поддержать пакт до самой последней минуты; голосование пришлось продлить на несколько дней, для того чтобы проголосовали все желающие; достоверность результатов голосования в некоторых частях страны была сомнительной. Тем не менее Независимая избирательная комиссия объявила выборы в основном свободными и честными, и их итоги признали и приветствовали все партии. Впервые в истории Южная Африка обрела состоящее из представителей нескольких рас правительство, основанное на принципе правления большинства (АНК набрал 63 % голосов), во главе с Нельсоном Манделой, ставшим первым демократически избранным президентом.

Современное государство Гана включает территорию на западе Африки, которая ранее управлялась централизованным Королевством Ашанти и включала завоеванные им сообщества. В доколониальный период власть строилась на принципах строгой иерархии, однако короля ашанти можно было сместить, если он переставал действовать во имя общественного блага. Традиционная политическая система предполагала существование ожиданий политической подотчетности правителей, и эта особенность сохраняется в политической культуре современной Ганы.

С учетом отмеченной особенности Гана играла ведущую роль в жизни африканских стран в постколониальный период. Под руководством Нкваме Нкрумы бывший Золотой Берег стал одной из первых колоний, в которых появилось использующее насильственные методы борьбы массовое националистическое движение и которые добились тем самым права на самоуправление в колониальных законодательных советах. Будущую Гану колониальные власти покинули в 1957 г. Однако этот ранний эксперимент с внедрением современной демократии был недолговечен. Спустя несколько лет после обретения независимости Нкрума создал репрессивную однопартийную систему под флагом африканского социализма и бросил в тюрьму большинство своих оппонентов. Становившийся все более непопулярным, Нкваме Нкрума был свергнут группой военных в 1966 г.