Чтение онлайн

— … когда я поняла, что попала ему по башке справочником. У меня, естественно паника, и ничего умнее, чем попытаться вылезть в окно, я не придумала. Но ручку я не смогла повернуть правильно, а тут Орлов как схватил меня за бока! Дернул на себя и оторвал меня вместе с ручкой, которая, впоследствии, тоже прилетела ему в лоб. И вот тогда началась самая жесть!.. — тараторила Ника, пока мы со Светой заливались в истерике. Да-а-а, мне теперь даже жалко Геннадия Алексеевича с Орловым. Серьезно, судя по тому, что нам сказала Макарова, они там устроили глобальнейший хардкор за всю историю школы! Да по сравнению с этим все взрывы в кабинете химии — хуйня полнейшая! Блять, дак это ж ещё и в кабинете директора, и главное — Ника к нам вернулась живой и здоровой. Ну, относительно здоровой. Конечно, без синяков после новенького не обойдется, но все равно. Ка-а-а-а-а-ак?! Что за магию она все время использует, чтоб выходить сухой из воды? Не удивлюсь, если она может кидать фаерболы и призывать дьявола, то бишь Галю Валю. Ещё меньше удивлюсь, если Орлову достанется, а Макаровой нет.

— … но, естественно, я уступаю в силе этому бабуину. В конце концов, он повалил меня на пол, придавив при этом сверху. Блин, это капец, какой он жирный! Я думала, меня раздавят! Но, слава всем существующим богам, тут вошел директор. Правда, для нас это было настолько внезапно, что мы тупо пялились на него, а он на нас. И тут у меня случился приступ паники! Я вырвалась и ляпнула первое, что пришло в голову. И ведь Геннадий Алексеевич поверил!

На нас обрушилась новая волна безудержного ржача, хотя этот отрывок был вроде уже не настолько смешным. Пришлось долго успокаиваться и приходить в себя. Теперь ситуация прояснилась окончательно, и стало понятно, кому всыпят по первое число! Когда мы успокоились, Света подала голос:

— Ну, ты вообще, конечно! Жестоко.

— Ты что, это же я! — усмехнулась Макарова, поправляя очки. Ну конечно, как же без этого? Ника поправляет свои долбанные очки миллион раз на дню, это ее излюбленный жест. Не знаю, почему, но иногда бесит.

Мы не заметили, как закончилась перемена, поэтому звонок прозвенел как-то чересчур неожиданно. Готовясь ко второму уроку тотального мозговыноса, я неспешно побрел в кабинет в отличие от девушек, переполненных энергией.

Только после половины урока до меня дошло, что Орлова до сих пор нет. Уже страшно подумать, что с ним сделал Геннадий Алексеевич. Судя по описанным Никой разрушениям, карает. Анально. Нет, а как ещё объяснить то, что Саши так долго нет? Я невольно заерзал на стуле, представляя самые страшные сцены дальнейшей судьбы новенького. Судя по довольному лицу Макаровой, она думала о том же, только в ее фантазиях все было красочнее и жестче. Долбаная извращенка. Это на первый взгляд она такая порядочная и спокойная, на самом деле Ника извращенка с нереальными психическими заскоками. Хотя Света ничуть не лучше.

Внезапно мне на телефон пришла СМС-ка, и я напрочь забыл про Орлова, директора и Макарову. Остаток урока пролетел совершенно незаметно за перепиской. Прозвенел звонок, и весь класс побежал прочь из кабинета (не дай бог Галя Валя вспомнит про чей-то долг). Когда мы спустились вниз на литературу, то увидели столпотворение, тянущееся от кабинета директора до выхода из школы. Так-так-так, а вот это уже интересней! Я стал расталкивать народ, чтобы подойти поближе и взглянуть, что же все-таки произошло.

Около входа в кабинет секретарши, через который выносил поломанную мебель, стояли двое. Первый был, конечно же, директор, а вот второго я узнал не сразу. Было в нем что-то знакомое. Коротко стриженые волосы слегка подернулись сединой, что придавало мужчине больше солидности (хотя куда уж больше?). Он вовсе не был пожилым, однако в глазах уже появились зачатки той усталости от жизни, которая появляется у стариков. Голос этого человека был спокоен и сдержан, хотя он редко что-либо говорил из-за того, что Геннадий Алексеевич не затыкался ни на секунду. Директор старался как можно красочнее описать разрушения в своем кабинете, а также ужасное поведение новенького. Я снова взглянул на незнакомца и понял, что он точная копия Сани Орлова. Хотя тут уместнее сказать, что блондин копия Орлова старшего. Но не суть. Похоже, кое-кто огребет не только от директора, но и от своего папаши. Анально. Да ебать, что у меня за мысли такие сегодня?! Заражаюсь от Вероники.

— Вот она! — внезапно воскликнул Геннадий Алексеевич, выдергивая из толпы ни о чем не подозревающую Макарову. У той сразу глаза превратились в огромные шары от испуга, а мужчина тем временем продолжал:

— Это ее ваш сын пытался изнасиловать! Бедная девочка, она так напугалась, но все равно пошла на уроки!

Бляяяяяяя… Ну зачем было это говорить так громко и при всех? Ника теперь точно от расспросов не отделается. Не повезло.

Сама «бедная девочка», разнесшая в кабинете директора ничуть не меньше Орлова, сейчас стояла ни жива ни мертва и таращилась на отца Саши, который с интересом разглядывал брюнетку. Было не понятно, о чем он думал в данный момент, но после того, как Геннадий Алексеевич закончил свою тираду на тему всех недостатков блондина, Орлов старший спокойно, но с ноткой стыда произнес, не сводя глаз с девушки:

— Я сильно извиняюсь за своего сына, Вероника, он немного вспыльчивый. Впредь такого не повторится, ведь так, Александр? — мужчина сурово взглянул на сына, который стоял немного в стороне, скрестив руки на груди и оперившись спиной на стену. В ответ на взор отца он демонстративно отвернулся.

— Ты перед ней извинился? — продолжал мужчина.

— Нет, и не собираюсь! — громко заявил Саша, нарочито не глядя в сторону Макаровой.

— Ладно, с тобой я отдельно разберусь. Извини, Вероника, ещё раз этого оболтуса. Геннадий Александрович…

— Алексеевич, — недовольно поправил директор.

— Геннадий Алексеевич, не волнуйтесь, все ваши потери будут возмещены.

— Надеюсь, — буркнул в ответ директор.

— Пошли! — рыкнул отец Орлова и потащил его к выходу из школы чуть ли не за шкирку. Тот даже особо вырываться не пытался, только ругался и злобно шипел. Наконец мужчина запихнул своего отпрыска на заднее сиденье черного Мерседеса, потом сам сел с другой стороны, и машина уехала. Толпа стала расходиться, бурно обсуждая случившееся.

Если все, что я думаю по этому поводу, сократить раз эдак в десять, то получится примерно так:

ВЫ ВИДЕЛИ ЭТО?! НЕТ, ВЫ ВИДЕЛИ??? ЭТО Ж ПИЗДЕЦ, ОХ, КАК ОРЛОВУ ДОСТАНЕТСЯ! Ахуеть просто!

Вероника все так же стояла на месте и пялилась в пустоту.

— Эй, ты чего? — Света помахала рукой перед лицом подруги, но та даже не шелохнулась. — Понятно, тяжелый случай, — вздохнула Евглевская и принялась толкать окаменевшую девушку по направлению к нужному кабинету. Я же пошел в столовую. Что-то пить захотелось.

Глава 6

POV Саши.

Тишину в салоне нарушал только равномерный звук работающего мотора. Я молча смотрел в окно, демонстративно не замечая наличие моего отца в салоне. Тот тоже ничего не говорил, но явно хотел. Видимо, ждал, когда я заговорю первым. За первые минут десять никто из нас так и не проронил ни звука, пока папа, наконец-то, не выдержал давящей на уши тишины.

— Сын, объясни мне, что это все значит? — спросил мужчина суровым голосом. Я молчал. — С каких пор тебе хочется кого-то изнасиловать? Причем я бы понял, если бы это была какая-нибудь красивая девушка, хотя они за тобой и так табуном бегают, так ведь нет же! Напал на какую-то ботаничку! — продолжал он чуть мягче, но громче. Я молчал. — У нас таких в свое время травили, но не до такой же степени! Да и не нравились они никому! — отец даже взмахнул руками от возмущения, после чего вдруг как-то странно посмотрел на меня. Я молчал. — Сын, скажи, ты извращенец?

Тут уже я не выдержал и посмотрел на папу взглядом, полным недоумения. Серьезно? Заебись, из-за того, что ботаничка меня вывела из себя, я рискую вылететь из школы, а мой родной отец считает меня извращенцем! Да как она умудряется постоянно заставлять ввязываться в неприятности?

— Да не хотел я ее изнасиловать! — я как-то сразу перешел на крик. — Это случайность!

— То есть, ты случайно пытался ее изнасиловать? — отец на меня смотрел с явным сомнением.

— Да нет же! Просто мы дрались… — тут я осекся, поняв, что сболтнул лишнего.