Чтение онлайн

Одна из причин, почему я ненавижу людей: они меня постоянно перебивают. Сидя в компании неизменно приходится сдерживать желание что-либо сказать, ожидая своей очереди высказаться, и редко моя фраза оказывается уместной, поскольку её время безвозвратно уходит.

С ревом и визгом из-за поворота вылетел серебристый джип с тонированными стёклами и, подпрыгивая в ямах дырявого асфальта, понесся прямо на меня, трижды игнорируя ограничение скорости. Захлопнув рот, я метнулся к обочине узкой улицы, мысленно уже видя себя с ног до головы обернутым гипсом. Идиот-водитель провёл грохочущую машину в сантиметре от меня, но радоваться не пришлось: могучий толчок боковым зеркалом в плечо сбил меня с ног и едва не швырнул под задние колёса. Мой вопль и треск пластика слились воедино.

Сумасшедший пилот не соизволил остановиться или даже сбавить ход и скрылся за очередным поворотом. Стиснув зубы, я поднялся. Левая рука, принявшая удар, почти не слушалась, но, к счастью, ни перелома, ни вывиха, рыча от растекающейся по мышцам боли, я не нащупал.

Утешая себя тем, что наверняка разбил подонку зеркало, я поковылял дальше, на ходу кое-как отбиваясь от вцепившихся в темные брюки серых пятен грязи.

– Что с тобой уже случилось?!
– воскликнула дьяволица, неожиданно выступившая вперед из-за раненного плеча.

Наигранно всхлипнув, я сгреб музу в охапку здоровой рукой и уткнулся лицом её в грудь.

– Решил, что ты меня покинула, и бросился под машину, пытался покончить с собой! Не уходи больше никогда!

Отсмеявшись, демоница всё же выпытала у меня правду и даже, кажется, искренне посочувствовала. Но вот на мои встречные вопросы отвечать наотрез отказалась.

– В каждой мистической истории должно быть таинственное исчезновение, - заявила она, и я завершил бесплодные расспросы.

Дом Кости уже явился нашим глазам, когда небеса вдруг прорвало. Сплошная стена чуть теплой воды накрыла меня, мигом промочив насквозь. Бежать было бесполезно - промокнуть сильнее виделось решительно невозможным, и я лишь немного ускорил шаг, приобняв музу за талию, чтобы побудить её поторопиться вместе со мной.

Следующей неожиданностью стало второе явление серебристого джипа, припаркованного около искомого подъезда. В другое время я бы обязательно сделал какую-нибудь мстительную гадость: разбил бы стекла камнем или, будь под рукой что-нибудь острое, проколол шины; но ливень побуждал потерпеть с возмездием.

Когда мы находились в метрах пяти перед спасительным подъездом, из сумрачных недр здания на порог вышел по-боксёрски стриженный накачанный тип с дымящейся сигаретой меж стиснутых губ, сразу напомнивший мне очертаниями лица и фигуры фашистообразного Витю. Почти знакомый незнакомец неторопливо оторвал взор от земли и увидел меня... вернее, нас. В тугих струях дождя, разбивавшихся о тело дьяволицы, только слепой бы не увидел прозрачный силуэт, прижимавшийся ко мне. Не хочу гадать, о чем он подумал, но сигарета выпала из его раскрытого рта и не успела долететь до земли, как тип резво рванулся бежать в сторону. Через пять секунд его уже не было видно за пеленой ливня.

В моей голове появились некоторые сомнения, что парень увидел всего лишь прозрачную фигуру дьяволицы, но озвучивать их я не стал.

– Полагаю, городская психбольница перевыполнит план в этом месяце, - задумчиво протянула муза, когда мы переступили порог подъезда.

– Ты ведь можешь сделать так, чтобы он забыл?

– Зачем?
– беспечно пожала плечами она.
– Пусть живет в страхе.

– Ты чудовищна, - усмехнулся я.

– За это ты меня и любишь.

И она снова оказалась права. Она вообще всегда оказывалась права. Как ни странно, это не раздражало. Похоже, я вправду её полюбил.

Поднимаясь по последнему лестничному пролёту на второй этаж, я увидел, что дверь в квартиру Кости наполовину распахнута. По большому счёту, это могло означать, что хозяин в очередной раз обкурился и попросту забыл её закрыть, но я насторожился и начал подумывать об отступлении. Складывая части головоломки, трудно было не догадаться, что серебристый джип принадлежит Вите, а испуганный беглец внизу - брат скинхеда; и скорость перемещения в дождь, а также незапертая дверь намекали на наличие некоторых неприятностей у моих знакомых. С другой стороны, рассудил я, если мой визит окажется несвоевременным, меня просто попросят убраться к чертям, что я немедленно и сделаю, избавив всех от лишних трудностей.

Определившись с дальнейшими действиями, я завершил восхождение, подошёл к квартире наркомана и отворил дверь окончательно. Дальнейшее произошло буквально за доли секунды.

Моим глазам предстала замечательная картина: в дальнем конце коридора на полу, прижавшись спиной к стене и подняв дрожащие руки к окровавленной бороде, сидел Костя и что-то неразборчиво шепелявил разбитыми губами. Над ним, частично загораживая страдальца, грозным катом со сжатыми кулаками, на коих виднелись места с содранной об зубы кожей, возвышался Витя, и в деснице его я успел разглядеть пистолет, нацеленный на лохматую жертву.

Лысый стрелок стоял ко мне почти спиной, и я мог бы тихо уйти, но Костя увидел меня и с мольбой протянул ладони. Мгновенно распознав смысл сего жеста, Витя молниеносно обернулся, и в мой живот будто вонзилась раскаленная игла. Если бы не опора в виде демоницы, я бы упал навзничь, а так лишь отступил на шаг и рухнул на подогнувшиеся колени. В ушах звенело эхо выстрела, а нос щекотал запах пороха.

Не знаю, как и почему мне это удалось, но я продолжал смотреть вперед, и видел, как Костя, пользуясь тем, что Витя отвлекся, попытался вырваться, но обернувшийся палач с размаху врезал наркоману по макушке рукоятью пистолета, и Костя обмяк и сполз на пол, закатив глаза.

Витя снова повернулся ко мне и направил оружие мне в лицо, явно с намерением добить, однако что-то неуловимо изменилось. Тени стали гуще, свет ярче, а движения врага замедлились почти до полной остановки. Я посмотрел вниз, на рану, рефлекторно зажатую единственной послушной ладонью: из-под плотно сведенных пальцев пробивались зелёные языки огня.

Я поднял взор, одновременно вознося руку и указывая на вооруженного ублюдка. Зелёный огонь вырвался следом и клубящимся вихрем покрыл все стены, пол и потолок. Но самый густой его поток вырвался из моей ладони со скрюченными, как когти, пальцами, пытавшимися дотянуться через пяток шагов до глотки посмевшего на меня напасть выродка.

Пламя метнулось к Вите и обрело форму прямо перед ним: одетая огнем женщина полоснула правой кистью по горлу стрелка, невидимыми когтями разорвав кожу, мышцы и сосуды.

Всё исчезло: муза снова оказалась рядом, пламя угасло. Витя выронил пистолет, страшно хрипя, вцепился обеими руками в своё исполосованное, брызжущее кровью горло и, пошатываясь, побежал прочь из квартиры, мимо меня, вниз по лестнице, на улицу.

Но не только он страдал от боли и кровопотери. Под меня натекла немалая алая лужа, на мой взгляд, просто ужасно огромная. Мучительное чувство, будто из меня вытягивали кишки, не имевшее ничего общего с обычной бытовой болью, раздирало нервы, и я не мог перестать скулить, будто побитый пёс.