Чтение онлайн

– На этом всё?

Феликс вопросительно поднял брови.

– Больше мы в «Тыкву» не придём? – очень тихо спросила девушка.

– Нет.

– Жаль… Я только начала привыкать ужинать с тобой. – Она взяла бокал, но поднять не успела.

– Ты несколько раз повторила, что «Тыква» – не самое лучшее место для свиданий, – негромко произнёс Феликс.

Бокал остался недвижим.

– И здешние бармены нас знают, – добавила Ника. – Будут наблюдать и комментировать.

– И кухня так себе, не очень подходит под вино.

Бокал пришёл в движение – девушка его отодвинула.

– Но заплатить за него тебе придётся.

– Отвезти тебя домой?

– Да. – Её руки больше не играли с бокалом. – Если тебе по пути.

* * *

– Здесь, что ли? – спросил сидящий за рулём внедорожника Лях.

– Вроде, – отозвался Жаба, внимательно разглядывая окружающий пейзаж. В смысле, разглядывая то, что получалось разглядеть в свете фар и на фоне едва-едва сереющего, готовящегося с минуты на минуту схлопнуться тьмой, неба.

– Вроде или точно? – уточнил Лях. – Что навигатор показывает?

– Показывает, что мы на месте, но сам знаешь, как сейчас навигаторы работают.

– Нормально работают, если связь есть.

– Связь есть, но не самая живая.

Услышав слово «живая», Лях усмехнулся так, словно напарник выдал весёлую шутку.

Они были бандитами: Жаба, прозванный так за жадность, и Лях – этого звали по фамилии, но откуда она взялась, никто не знал, поскольку в польские корни невысокого, плотного крепыша никто не верил. Хотя Лях любил о них поговорить. Звёзд с неба Жаба и Лях не хватали и даже не пытались, поскольку хорошо понимали свой уровень – то ли сами додумались, то ли им доходчиво объяснили. В своей группировке были на хорошем счету, но не отказывались подработать на стороне: выбить долг, запугать или наказать. Кого – не важно, на кого укажут. Работали старательно, заслужив репутацию громил, на которых можно положиться. И потому Жабу и Ляха совершенно не смутило место, в которое их привёл навигатор: тёмный проезд между заброшенными ангарами, то ли складами, то ли небольшими цехами. За двадцать минут, что бандиты ползли сюда от шоссе, они не встретили ни одной машины, ни встречной, ни попутной, но это обстоятельство их обрадовало, поскольку сегодня Жабе и Ляху предстояло выступить в роли чистильщиков: забрать и спрятать тело. От такой работы они тоже не отказывались.

– Не могу понять: на кой ляд отсюда жмура забирать? – искренне удивился Жаба после того, как закончил с изучением окрестностей. – Я бы, наоборот, сюда его привёз.

– Не хотят, чтобы нашли, – объяснил Лях.

– Кто его здесь найдёт?

– Он же сказал, что жмур здесь давно валяется, полгода, а участок на той неделе продали под застройку. Поэтому надо зачистить. И мы сделаем так, чтобы остатки этого жмура никто никогда не нашёл.

– Ну, да, – согласился Жаба.

Но согласился не тем тоном, который рассчитывал услышать Лях, поэтому прозвучал вопрос:

– Что не так?

– Не люблю со старыми жмурами возиться, – поморщился Жаба. – Грязи много и воняют.

– Зато платят хорошо и работать проще, – выдвинул свои аргументы Лях. – Это тебе не из квартиры жмура вытаскивать или из коттеджа в центре посёлка. Здесь точно лишних глаз не будет.

– Это верно. – Напоминание о щедром гонораре, половину которого они уже получили, улучшило настроение Жабы.

– Какой дом?

– Вот этот.

Лях остановил внедорожник у полуразрушенного сарая, выключил двигатель и фары, затем они с Жабой открыли окна и несколько мгновений вслушивались и всматривались в тёмную питерскую ночь.

– Никого.

– Так и должно быть.

Открыли заднюю дверь внедорожника, натянули медицинские комбинезоны, резиновые сапоги, перчатки, взяли пластиковый мешок, лопаты и направились к сараю.

– Он просто здесь лежит? – переговоры с заказчиком вёл Лях, вот Жаба и любопытствовал.

– В левом дальнем углу под кучей старых мешков и другого мусора.

– Ну хоть как-то замаскировали.

– Небось ещё и нагадили сверху.

– Это уж как водится…

Лях открыл дверь и захрипел, получив две подряд пули в грудь, а через секунду, третью – в лоб. Убийца использовал пистолет с глушителем, поэтому Жаба не сразу понял, что случилось. Он даже спросил:

– Что случилось? – думая, что напарник просто остановился на пороге.

В следующий миг Лях повалился на землю, Жаба догадался, что происходит, но было поздно: первая пуля влетела ему в левый глаз, вторая – в грудь. Третья, когда Жаба упал, в затылок.

Убедившись, что бандиты мертвы, убийца втащил их в сарай, облил тела и само строение бензином, поджёг, сел на велосипед и поехал прочь.

В тёмную питерскую ночь.

девять лет назад

Нереальность происходящего била под дых каждой реальной деталью.

Берег, глубокая ночь, безоблачная и безлунная. Сколько раз он бывал на Ладоге? Много. Не каждый месяц, конечно, но много, один или два раза за сезон на недельку или выходные – точно. Сколько раз смотрел на звёзды? Не сосчитать, ни разов, ни звёзд. Но в такой компании – никогда. Да и не хотелось сейчас смотреть на звёзды. Вообще никуда не хотелось, и потому взгляд то и дело утыкался в землю.

Старый причал. На первый взгляд показался знакомым, потом сказал себе, что все полуразвалившиеся старые причалы похожи: деревянный настил, торчащие сваи… Что вокруг в ночи видно плохо и невозможно понять, бывал уже здесь или явился впервые.

В чужом автомобиле. Глядя на чужой быстроходный катер, который как раз подходил к причалу. Очень медленно, но уверенно, судя по всему, капитан хорошо знал эти воды и не в первый раз являлся на уединённый берег за грузом, который лежал в багажнике чужого автомобиля.

Номер катера закрыт, лицо капитана скрывает маска, что Арсена сначала смутило, а затем обрадовало, потому что чем меньше знаешь – тем лучше. И ему достаточно знать лицо человека, которого прислали «помочь решить проблему». Лицо здоровенного, под два метра, массивного мужика, который позвонил, велел явиться на пригородную автобусную остановку, посадил в машину и привёз к Ладоге. Словоохотливостью не отличался, но в дороге не молчал, болтал о разном, даже шутил. А сейчас спросил:

– Ты готов?

– Я? – удивился Арсен.

– А кто? – удивился в ответ здоровяк.

– Я должен буду это сделать? – догадался Арсен.

– Для этого ты здесь.

– Но…

– Не обсуждается.

Эту короткую фразу здоровяк произнёс, глядя прямо перед собой. Не на спутника, а прямо перед собой, и Арсен понял, что это означает: у него не спрашивали, ему говорили, как будет. Или будет так, как они скажут, или капитан катера увезёт отсюда два тела.

– Я никогда ничего подобного не делал, – очень тихо сказал Арсен.