Чтение онлайн

– Я правильно понимаю, что в доме никто не живёт? – уточнил Никита.

– И не живёт, и даже на выходные не приезжает, – кивнул Воронов. – Раз в неделю приходит домработница.

– И одна моет эту махину?

– Вряд ли моет. Порядок поддерживает. – Воронов помолчал. – Наследники долго бодались, однако договориться, кому отойдёт дом, не сумели и решили выставить его на продажу. Обычное дело.

– Судя по всему, наследство им досталось хорошее.

– Дай бог каждому, – согласился Воронов. – Илья Ферапонтов большим человеком был.

– Кто-нибудь из наследников приедет?

– Старший сын с адвокатом. Две его сестры живут за границей… А вот и они, кстати.

Не сёстры, а старший сын с адвокатом.

Водитель чёрного Audi заранее нажал на кнопку брелока, в результате ворота открылись, когда автомобиль оказался рядом с ними, и Audi, едва притормозив, сразу проехал во двор. Следом вошли полицейские.

– Добрый день.

– Ордер покажите, – отрывисто бросил наследник, Николай Ильич Ферапонтов, крупный, плечистый мужчина, одетый в синий деловой костюм и белую сорочку с расстёгнутым воротом.

Однако даже не обозначил попытки взять протянутую Гордеевым бумагу – её принял адвокат, такой же высокий, как Ферапонтов, но худой мужчина в сером костюме. Прежде чем взять – поздоровался, затем внимательно прочитал документ, едва заметно кивнул Ферапонтову и произнёс:

– Мой клиент хочет сделать заявление. Этот дом являлся частным владением его отца, Ильи Семёновича Ферапонтова. Дом был приобретён Ильёй Семёновичем без каких-либо консультаций с моим клиентом после того, как мой клиент женился и стал жить отдельно. Мой клиент ни разу не был в этом здании до смерти Ильи Семёновича и не знает, чем здесь занимался его отец.

– Ни разу? – искренне удивился Гордеев.

– Мне отец отдал семейный особняк в Курортном районе, – объяснил Ферапонтов-младший. – Я его использую и как дом, и как круглогодичную дачу, в общем, дети у меня там живут почти безвылазно. Отец приезжал к нам в гости, а периодически и жил там, сколько хотел. Или когда хотел побыть с внуками. А этот особняк отец купил для себя – бывать на берегу в одиночестве и устраивать приёмы. Я, честно говоря, не думал, что здесь такие хоромы. Был очень удивлён, когда мы сёстрами приехали… Собственно, поэтому мы не смогли его поделить и решили продать.

– Вы работаете в компании отца?

– Это имеет значение?

– Приёмы, – тихо подсказал адвокат. – Если ты работал с Ильёй Семёновичем, то должен был бывать на приёмах.

– Я мог бывать на них и не работая с ним, – проворчал Ферапонтов. Но тем не менее ответил: – У меня свой бизнес. На старте отец меня поддержал и вошёл в большую долю, мы владели фирмой семьдесят на тридцать. Но он никогда не лез в управление и уж тем более в стратегию развития. Всё отдал мне и искренне обрадовался, когда я выкупил его долю. Он сказал, что гордится мной. А его бизнесом я занимаюсь последние месяцы и не могу сказать, что сильно этому рад.

– Что вы имеете в виду?

– У отца было много активов, и как следствие появилось много желающих эти активы захватить. В том числе из бывших деловых партнёров отца.

– Понимаю…

– Возможно. – Судя по всему, Ферапонтов-младший включал манеры только при общении с равными. – Что вы здесь ищете?

– Помещение, – ответил Гордеев.

– Помещение? – удивлённо переспросил Ферапонтов. – Какое помещение?

– В нашем распоряжении есть видео с признаками преступления, и есть весомые подозрения, что видео было сделано в этом доме, – рассказал Никита.

– Отец умер год назад. Какой теперь смысл искать помещение, в котором, возможно, было совершено преступление?

– Смысл в том, чтобы узнать правду, – жёстко ответил Гордеев. – Это во-первых. Во-вторых, если в здании действительно совершались те преступные деяния, которые мы предполагаем, то в них принимал участие не только ваш отец. И мы планируем отыскать этих людей. И наказать.

– А в-третьих, у вас есть ордер. – Адвокат повернулся к наследнику. – Коля, мне жаль, но мы можем только наблюдать за происходящим.

Ферапонтов кивнул, помолчал, покусывая губы, а затем неожиданно спросил:

– В чём вы подозреваете отца? – Причём совсем другим, не начальственным тоном.

– Педофилия, растление малолетних, убийство, – тихо, в тон Ферапонтову, ответил Никита.

Адвокат выругался.

– Это связано с делом Кости Кочергина? – уточнил Ферапонтов. Ему не потребовалось много времени, чтобы догадаться, о каком расследовании идёт речь.

– Напрямую.

– То есть видео, о котором все говорят…

– Было снято здесь, – жёстко сказал Гордеев. Подумал и уточнил: – У нас есть веские основания предполагать, что оно было снято здесь.

– Дом выставлен на продажу, – быстро произнёс адвокат. – Скажите, есть ли возможность не упоминать точный адрес…

– Кеша, заткнись, – угрюмо перебил его Ферапонтов. И вновь посмотрел на Никиту: – Ищите где хотите. Я подожду на улице.

И закурил.

И Гордеев заметил, как сильно дрожат его пальцы.

Нужную «локацию» отыскали быстро – через десять минут после начала обыска: по отсутствию окон Гордеев предположил, что комната находится в цокольном этаже и не ошибся – она оказалась рядом с «зоной СПА», как обозвал эту часть этажа Воронин, поскольку здесь располагались сауна, большая гидромассажная ванна и небольшой бассейн. А самое главное заключалось в том, что комната совсем не изменилась и выглядела точно так же, как на видеозаписи.

* * *

Синяя дверь, ручку которой украшает человеческий череп. Не настоящий, конечно, даже не в размер, а небольшой набалдашник, чётко работающий на создание правильной атмосферы. За дверью небольшой, очень уютный зал и множество бутылок рома на полках позади бармена. Ром, ром, ром и только ром – из всех возможных стран и всех возможных оттенков вкуса: от брутального жёсткого до мягкого фруктового. Ром и коктейли на его основе – ничего иного в баре St. Martin не подавали.

– Вас не удивило, что я предложила встретиться именно здесь? – поинтересовалась Ада.

– Я устал удивляться тому, что вы меня постоянно удивляете, – ответил Феликс, располагаясь напротив женщин. – Добрый день, Полина.

– Здравствуйте.

– Хорошо, что вы узнали друг друга, – рассмеялась Ада, внимательно глядя на Вербина.

– Это профессиональное, – улыбнулся в ответ Феликс.

– Вы могли сделать вид.

– Для чего?

– Просто предположила, – легко ответила женщина. – Я ведь совершенно не разбираюсь в нюансах детективной службы, вот и предполагаю разное. Феликс…