Чтение онлайн

Когда еще такой шанс сам придет в руки? Ваал не смог отказаться, ослепленный открывшимися возможностями.

— Ровены долго не было, и я уже подумывал убить ее в наказание за мое потраченное время, но тут она вернулась, правда, без дочери, — таки продолжил Ваал. — Заклинание, которое она наложила… я никогда не сталкивался ни с чем подобным. Даже не слышал, можешь себе представить? — наконец, он посмотрел на Брута. — Я увидел свет, белый и яркий. А затем очутился на четырех лапах. В теле адской гончей.

На мгновение Брут распахнул глаза, но тут же прищурил их в неверии.

— Это вообще возможно? — склонил он голову набок.

— Вот и я задавался этим вопросом, — фыркнул Ваал. — Но в моем распоряжении было десять лет, чтобы убедиться. Знаешь, ты сейчас посмеешься, но передвигаться на четырех лапах не так-то просто. Владению любым телом надо учиться, оно приходит не сразу. Пока я не успел освоиться, Ровена надела на меня ошейник. А ведь лапами его не снимешь…

— Гм… — Брут с сомнением посмотрел на него. — Ваал, ты же знаешь, что я поверю тебе, как и всегда. Но больно чудно звучит твоя история. Она напоминает… ну, помешательство что ли… видение…

— Которое длилось годами? — выгнул бровь Ваал. — Мне на протяжении десяти лет мерещилось, что у меня есть хвост?

— И как ощущения? — совершенно неуместно хохотнул Брут.

— Мне не понравилось, особенно если учесть, что я помирал, прикованный в подвале без воды и еды, — не оценил Ваал его шутки. — Думаю, Ровена рассчитывала, что я сдохну от истощения. Благо, я успел укусить эту дуру и все эти годы питался ее силами, как умеют наши гончие. Жалкие крохи, но с голодухи… Неизвестно, сколько еще это продлилось бы, если бы ее хилое смертное тело не истощилось.

— Если все так… это очень сильная магия, Ваал, — задумчиво протянул Брут. — Раз Ровена просила могущества, значит, была не очень-то сильна. Каким образом она смогла сотворить такое? И как ты вообще спасся?

— Селена спасла меня, — вот Ваал и признался в этом самому себе. Да, Селена спасла его. Если бы не она, он бы умер в холодном сыром подвале на задворках дремучего городишки. — Сначала она провела простенький ритуал и поделилась со мной своими силами. Потом сказала, что я свободен. Просто так сболтнула, без какого-либо умысла, но этого хватило.

— Хватило одних только слов? — снова не поверил Брут. — Она настолько сильна? Извини, но я не заметил в ней какой-либо силы. Вот ни капли.

— Она — дочь Ровены. Последняя из рода Монтгомери. В ней течет кровь той, кто наложил заклинание, иначе ничего бы не вышло.

— Та самая что ли дочь? Которую тебе обещали? Вот так номер! — присвистнул Брут. — И ты решил все-таки забрать ее, раз уж она тебе обещана?

— Нет, не поэтому, — покачал головой Ваал, гадая, много ли стоит рассказывать.

Он не знал, кому здесь можно доверять. В одной стороны, Брут однажды уже проявил слабость, попал был под чары Ламии и неосознанно выполнял волю Асмодея. Но с другой… он защитил Селену, пошел против своей любви и перворожденного демона.

Значит, Брут сможет защитить ее и впредь. А Ваалу сейчас отчаянно требовалось, чтобы она была под защитой. Не только потому, что он ее чувствовал, но и потому… потому что.

— Не в обещании дело, — со вздохом решился Ваал. — Мы с ней связаны. Ритуал, который она провела… я стал испытывать все, что испытывает она. Когда ей плохо, плохо и мне.

— И никак нельзя его, ну… отменить? — задумался Брут.

— Я еще не узнавал, — пожал Ваал плечами. — Не до того было. Сначала я хотел разобраться с проблемами. Ну а теперь…

Теперь Ваал уже не знал, хочет ли избавляться от этой связи. Было ужасно чувствовать грусть Селены, страх и боль, зато ее светлые эмоции пьянили. А уж двойное наслаждение в постели… Непередаваемо.

Да и если бы дело было только в интимной близости. Ваалу не особо нравилось признаваться в этом даже самому себе, но он хотел видеть рядом женщину, которая разделит с ним не только ложе, но и радости с невзгодами, в конце концов, возможно, даже трон Седьмого круга.

Предательство Ламии на некоторое время отбило у него всякое желание связываться с противоположным полом, но Селена… Ваал чувствовал ее, поэтому мог быть в ней уверен. С ней он мог расслабиться и просто быть собой. Не повелителем Седьмого круга, а мужчиной, и...

Внезапно Ваал ощутил странную тягостную грусть. Печаль.

Он почувствовал себя преданным.

Теперь ему больше не нужно было гадать, откуда взялись эти эмоции.

— Селена, выходи, — вздохнул Ваал, на мгновение прикрыв глаза. — Я знаю, что ты там.

Вставать Селене ох как не хотелось. Ей не хотелось вообще ничего, только лежать и смотреть в потолок. Ноги ее до сих пор были слабыми, низ живота побаливал, не говоря уже о следах от ремня. Покраснение прошло, и они потемнели, превратившись в длинные синяки.

Но также истерзанное тело требовало внимания и заботы больше, чем когда бы то ни было. Нехотя поднявшись, Селена накинула на плечи халат, накануне принесенный слугами по приказу Ваала, затем умылась и сходила в уборную.

Она уж было хотела вернуться в постель, когда из гостиной донеслись приглушенные голоса. Похоже, Ваал разговаривал с каким-то мужчиной, и тон беседы был напряженным. Решив не отвлекать их, Селена почти дошла до спальни, но внезапно уловила два слова — Салех и Монтгомери.

Подслушивать нехорошо, как тут же напомнила себе она. Куда лучше будет спросить Ваала напрямую, но расскажет ли он?

Терзаемая сомнениями, Селена сделала пару шагов по направлению к гостиной. Разумеется, осторожно, чтобы ничем не выдать себя. Пускай Ваал говорил тихо, но медленно и вкрадчиво, поэтому она смогла разобрать каждое слово.

— … Меня призвала ведьма по имени Ровена Монтгомери и попросила ведьмовское могущество, какого не видывал мир смертных… — сказал он, — …нашла мужчину, странствующего торговца, с которым провела ночь и родила ребенка для оплаты своего желания…

Родила ребенка для оплаты желания… Селена точно знала, что речь шла о ней. Но неужели мать зачала ее лишь для того, чтобы потом отдать демону? Вот почему Ровена никогда не говорила об отце Селены... Он был проходимцем.

«Интересно, она хотя бы имя у него спросила, прежде чем лечь с ним в постель?» — как-то отстраненно подумала Селена, слишком пораженная, чтобы чувствовать боль от раскрытия истины.