Чтение онлайн

Настроил его так, чтобы отследить ближайший прорыв бездны в наш мир – а потом двинулся дальше.

Вскоре красные искры при моём приближении стали вспыхивать золотым – они были насыщены энергией людей, которые были здесь до меня. Теперь этих людей затянуло глубже, но найти их по золотым светлячкам не составит труда. А это значило, что двигался я в верном направлении.

Не знаю, сколько прошло времени, когда я заметил людей. Уже давали о себе знать сильная жажда и слабость. Красные светлячки следовали за мной и пили мои силы, начиная мерцать золотым. Будь у меня костюм, эти паразиты не смогли бы получать из меня энергию так просто – но костюма не было.

И вдруг я увидел парящий в невесомости бездны уличный фонарь – в него вцепился человек, который выглядел спящим. Светлячки роились вокруг него, радуясь еде.

Вот передо мной появились отдельные кирпичи, а вот парили куски асфальта с лежащими на них людьми. Дерево с замершей на ветке кошкой, автомобиль со спящими пассажирами, даже приличного размера кусок дома, внутри которого я увидел диван и старичков на нём.

Золотые искорки окружали роем каждого человека, каждое живое существо, попавшее в бездну. В тусклом золотистом свете я видел серые лица с закрытыми глазами – лица больных, впавших в предсмертную кому.

Их тут было много – жители из нескольких кварталов города. У меня не было ни малейшего понятия, где искать Оливера и его семью, поэтому я просто двигался от человека к человеку, от группы к группе. Уже почти не включал перчатку – просто отталкивался от парящих камней и мусорных контейнеров, оставляя за спиной бетонное крошево и целые обречённые семьи. Так же, наверное, передвигался в бездне и Оливер, когда последовал за родителями.

Иногда света хватало, чтобы разглядеть людей издалека, иногда – нет, и приходилось приближаться. Я старался не думать о них, ведь спасти всех у меня не было ни сил, ни времени. В бездну я полез за другом и, если повезёт, его семьёй, а что до остальных… Хочется верить, что их спасут ликвидаторы.

Время исчезло из моей жизни – была лишь нараставшая слабость и решимость найти друга. Умом я понимал, что мне нужно вернуться, ведь если я буду продолжать, то превращусь в одного из них – ещё живых мумий бездны. Но бросить здесь своего лучшего друга и его родителей, этих всегда добрых ко мне людей? Я просто не мог так поступить. И поэтому искал дальше.

В конце концов, я их нашёл. Оливер мёртвой хваткой вцепился в руки своих родителей, и втроём они парили, окружённые самым крупным здесь облаком светлячков. Хищных светлячков, которые когда-то тоже были людьми. Теперь же, превращённые бездной в паразитов, они жадно бросались пожирать энергию чужой жизни и впадали в спячку в отсутствие таковой. Крохотные, как спичечные головки, они длинным шлейфом тянулись и за мной, но я не мог их оттолкнуть. Для этого нужна была специальная пушка, а её у меня, как и много другого, не было.

Схватив Оливера за куртку, я снова включил перчатку и, сверившись с компасом, двинулся обратно. Нас было четверо, четыре куска сочной и вкусной жизни для паразитов вокруг. И слабел я теперь намного быстрее – светлячков прибывало и прибывало. Многие из них бросали одиноко парящих людей, чтобы увязаться за нами. Они будут преследовать нас до самого выхода, думал я. Попытался облизнуть пересохшие губы, но у меня не получилось – язык был таким же сухим. Жажда уже становилась нестерпимой.

Вскоре перед глазами поплыли круги, и в какой-то момент я почувствовал, что выпускаю из руки куртку Оливера. Спохватившись, я вновь сжал уже ноющие пальцы на его воротнике и двинулся дальше.

Теперь бездна вокруг становилась красной. Сперва, еле различимо, тёмнокрасной, но она светлела с каждой секундой. С каждый болезненным ударом сердца, шумевшим у меня в голове.

Мы приближались к выходу. Ещё немного – и я смогу включить аппарат Хейнцеля. Я потянулся к нему, взгляд упал на экранчик зарядки… и тут я увидел кое-что пострашнее светлячков.

Батарея была заряжена лишь на шестьдесят процентов.

Шестьдесят! То ли прыжок в бездну сожрал сорок процентов заряда, то ли аккумулятор был старым, то ли я не учёл чего-то ещё… Для человека, завалившего экзамен по теории иных измерений, я был слишком самоуверен.

Да, дядя чему-то меня научил, но отдельные умения не могли спасти меня теперь, когда нужно было понимать, что произошло, а я не понимал. Не зная, что делать, я перепугался до смерти. Заряда на всех попросту не хватит. Нас было четверо, а при переходе аппарат потратит минимум процентов двадцать на человека. Чтобы создать разрыв на четверых, нужно больше шестидесяти процентов, гораздо больше…

Думать и сомневаться было некогда, долгие размышления убили бы нас всех.

Я знал, что нужно сделать – в конце концов, я добирался сюда не ради того, чтобы вернуться ни с чем. Оливер был моим лучшим другом, и он не задумался ни на минуту, когда бросился на помощь своей семье.

Прицепив ему на пояс аппарат Хейнцеля, я снова включил перчатку и двинулся вперёд. Уже почти теряя сознание, я нажал на кнопку пуска аппарата и отпустил друга. Успел заметить, как по красной бесконечности поползли светлые трещины, в которых растворился Оливер со своими родителями. Мгновение яркого, белого, солнечного света – и всё было кончено.

Я остался один. Сил уже не было. Потеряв контроль над своим телом, я чувствовал, как меня затягивает в темноту бездны – медленно и плавно, но я двигался к ней. Эта стерва ещё никого так просто не отпускала.

Сглотнуть не получилось – горло пронзила сухая боль, от которой я закашлялся. И это были последние активные действия с моей стороны. Воля исчезла, уступив место слабости и пульсирующей головной боли. Бездна получила меня, и я ничего не мог с этим поделать.

Может, они найдут меня так же, как я нашёл Оливера? Эта мысль согрела меня перед тем, как золотые искорки закрыли от меня красную пустоту.

Может, они и успеют?

Золотой свет стал мягким и спокойным, совсем не хищным. Как уютно, подумал я. Может, они и успеют… О чём это я думал? Не знаю. Неважно.

Может, они и успеют…