Чтение онлайн

По окончании Гражданской войны Иван Михайлович эмигрировал в Китай, в течение 25 лет преподавал арифметику и историю в русских школах КВЖД. В 1945 г., в период временной оккупации частями Красной армии территории Северного Китая, Гамов вполне естественным образом попал в поле зрения советских спецслужб, но по какой-то причине, в отличие, например, от бывшего побратима Г.М. Семёнова, так и не был арестован. Скорей всего, он заслужил такого рода амнистию в силу того, что, находясь в эмиграции, ни в каких политических, а тем более антисоветских организациях не состоял и вообще представлял собой, как отмечали особисты в своих отчётах, малоактивного человека, потерявшего авторитет в среде руководителей белой эмиграции. В довершение всего в 1946 г. Иван Михайлович, по некоторым сведениям, принял советское гражданство, однако в СССР возвращаться всё-таки не захотел, а после установления и в Китае власти коммунистов выехал на жительство в Западную Европу, умер в Швейцарии в 1969 г.

Ган Борис Митрофанович — 34 года в 1918 г., уроженец г. Иркутска, из семьи военного (его отец М.Э. Ган, по некоторым сведениям, в период Гражданской войны служил в армии Колчака). В 1896 г. семья Ганов переехала на постоянное место жительства в Томске, здесь Борис Митрофанович получил образование, а потом служил присяжным поверенным (адвокатом), проживал по улице Солдатской (сейчас Красноармейская) в доме № 84. В кругах томской общественности в революционном 1917 г. считался беспартийным, сам Борис Ган в тот период позиционировал себя беспартийным социалистом, между тем в картотеке жандармского управления числился как член РСДРП (меньшевик) и был, по некоторым данным, даже знаком с большевиком № 3 Я.М. Свердловым.

В марте 1917 г., после свержения в России самодержавия, Б.М. Ган возглавил новую революционную власть на территории Томской губернии, заняв сначала должность председателя Томского временного комитета общественного порядка и безопасности, а с мая того же года — пост председателя губернского Народного собрания и председателя президиума его исполкома (или — просто, как тогда говорили, председателя революционного исполкома). Вскоре данным собранием Ган был выдвинут на должность Томского губернского комиссара, а 7 июня утверждён Временным правительством на этом посту. После Октябрьской революции должность губернского комиссара большевики упразднили, и Ган стал выполнять обязанности председателя исполнительного комитета губернского земского собрания, однако в связи с избранием в декабре 1917 г. Томской губернской земской управы он передал свои полномочия новому главе губернского земства Николаю Ульянову. В марте 1918 г., опять же при большевиках, Ган возглавил бюро внешкольного образования Томской губернии. После свержения советской власти летом того же года он переехал в Новониколаевск и занял должность поверенного по делам фирмы «Штоль и Шмидт», «воевал» с местным городским самоуправлением по поводу погашения долгов за поставленный для города товар, в политической деятельности больше никакого участия не принимал. Дальнейшая его судьба нам неизвестна. По некоторым данным после окончания Гражданской войны он занимался историческими исследованиями и опубликовал несколько статей в томской печати.

Гаттенбергер Александр Николаевич — 57 лет в 1918 г., родился в семье инженера-путейца в Тверской губернии в имении своего деда Петра Измайлова, являвшегося потомком эмигрантов-гугенотов из Франции. Окончил Киевское пехотное училище, но в возрасте 33 лет, после смерти жены, оставил военную службу и в 1891 г. принёс присягу на должность мирового судьи города Твери. Вскоре после этого в судьбе Гаттенбергера произошёл ещё один кардинальный перелом: он переехал на жительство в Сибирь. По одной версии, он вынужден был так поступить потому, что, находясь уже на Гражданской службе и став членом Тверской губернской земской управы, попал за вольнодумство в разряд политически неблагонадёжных, по другим данным — его собирались привлечь к ответственности за некие финансовые махинации. Согласно третьей версии, он переехал в Сибирь вовсе даже не потому, что опасался преследования со стороны властей, а, наоборот, по собственной доброй воле, так как здесь ему, как судье, предложили более выгодные материальные условия службы. Сначала он работал в Мариинске, а в 1898 г. перевёлся в Томск. Здесь до революции 1917 г. он сначала служил мировым судьёй, а потом — присяжным поверенным (адвокатом), принимал активное участие в общественной жизни, примкнул к сибирскому областническому движению и стал одним из видных представителей так называемого Потанинского кружка, а также членом томского отделения кадетской партии (с 1905 г.). В период Первой русской революции Александр Николаевич Гаттенбергер вместе с Г.Н. Потаниным и П.В. Вологодским работал над проектом положения о земском самоуправлении в Сибири.

Октябрьскую социалистическую революцию 1917 г. он не принял и в период «первого пришествия» советской власти являлся негласным лидером кадетской партии в Томске, а также вместе с А.В. Адриановым возглавлял Потанинский кружок, ставший в первой половине 1918 г. одним из центров антибольшевистского сопротивления в Сибири. Так, в частности, в конце апреля того же 1918 г. Гаттенбергер вёл тайные переговоры с прибывшими в Томск посланцами генерала Корнилова с целью координации усилий в подготовке на территории Сибири вооруженного антисоветского мятежа.

После победы этого восстания с конца лета (а официально — со 2 сентября) 1918 г. Гаттенбергер находился на посту Томского губернского комиссара, по поручению Омского Сибирского правительства принимал участие в мероприятиях, связанных с приостановкой деятельности Сибирской областной думы, попавшей в тот период под влияние левых партий. Видимо, именно за подобного рода старания 4 ноября того же 1918 г. Александр Николаевич был назначен на должность управляющего министерством внутренних дел (в ранге министра) Всероссийского временного правительства (Директории), сохранил за собой должность и после колчаковского переворота. Однако уже через полгода, в конце апреля 1919 г., его всё-таки уволили с занимаемого поста по личному прошению. После разгрома белого движения на востоке страны Гаттенбергер вместе с семьёй эмигрировал за границу, умер в 1939 г. в США.

Геллерт Болеслав Степанович — эсер, представитель центристского направления в партии. В феврале 1918 г., после отстранения большевиков от власти и перехода её в руки земско-областнического самоуправления, на территории Якутии возглавил летучий отряд добровольцев, выдвинутых к границам с Иркутской губернией для отражения возможного наступления оттуда красных. В период всесибирского вооруженного выступления летом того же года он в качестве начальника всех вооруженных сил Якутии помогал частям Сибирского правительства бороться с остатками советских войск на территории области, всячески старался пресекать акты самосудов и самовольных расстрелов пойманных большевистских лидеров. Так, в частности, им был отдан под трибунал командир казачьего отряда поручик Захарченко, намеренно расправившийся в Олёкминской тайге с двумя комиссарами Центросибири — Николаем Яковлевым и Фёдором Лыткиным. В период колчаковщины Болеслав Геллерт перешёл в оппозицию к режиму и, по некоторым сведениям, даже начал тайно сотрудничать с большевистским подпольем. 15 декабря 1919 г. он принял участие в низвержении власти колчаковского наместника В.Н. Соловьёва, командовал восставшим гарнизоном г. Якутска. Однако уже 28 декабря Геллерта убили по приказу его новых друзей — большевиков, по одной из версий, якобы за то, что он помог скрыться из города в те декабрьские дни нескольким врагам советской власти.

Герасименко Пётр — солдат царской армии, участник Первой мировой войны, потом красногвардеец. Был тяжело ранен в Томске в ходе боёв 29 мая 1918 г. между большевиками и местными боевиками-подпольщиками. После этого его поместили в больницу, где спустя месяц, уже при новой демократической власти, при так до конца и не выясненных обстоятельствах он якобы покончил жизнь самоубийством — повесился (по другой версии — повесили). Похороны Герасименко 30 июня вылились в манифестацию, организованную левыми силами Томска, протестовавшими против беззакония новых властей, попавших, по их мнению, под «каблук» нарастающей с каждым днём политической реакции и контрреволюции.

Гершевич (или Гиршович) Самуил Григорьевич — 24 года в 1918 г., большевик с 1917 г. В период Первой мировой войны, являясь студентом Томского университета, был призван в армию. После Февральской революции 1917 г. избирался депутатом Московского Совета рабочих и солдатских депутатов, потом вернулся в Сибирь. После Октябрьской революции принял активное участие в организации советской власти сначала в Томске, а потом в Новониколаевске, где стал командиром городского отряда Красной гвардии. В ночь на 26 мая, когда в Новониколаевске поднял вооруженный мятеж 7-й полк Чехословацкого корпуса, Самуилу Гершевичу удалось вместе с небольшой группой красногвардейцев вырваться из города и отступить на территорию Алтайской губернии. После окончательного разгрома красных частей он перешёл границу и некоторое время скрывался на территории Монголии и Китая. В 1919 г. он вновь вернулся в Сибирь, но почти сразу же попал под арест и содержался до разгрома колчаковских войск в семипалатинской тюрьме. По окончании Гражданской войны Гершевич занимал ряд высоких административных должностей, в 1920-22 гг. принимал участие в подавлении крестьянских выступлений, возникших на почве проводимой большевиками политики жесткой продовольственной развёрстки. Умер (по другим сведениям — убит) в 1923 г.

Гинс Георгий Константинович — 31 год в 1918 г., родился на территории современной Польши в офицерской семье обрусевшего англичанина, окончил юридический факультет Петербургского университета, потом продолжил учёбу в Германии и Франции. Вернувшись в Россию, Гинс вскоре занял должность приват-доцента по гражданскому праву Петербургского университета. Незадолго до Февральской революции Гинс перешёл на работу в переселенческий комитет, а после прихода к власти Временного правительства он был приглашён в качестве юрисконсульта в министерство продовольствия, тогда же вступил в парию кадетов. Октябрьскую социалистическую революцию Гинс не принял и в начале 1918 г. в поисках, видимо, лучшей доли перебрался в Сибирь, отказавшись, кстати, от приглашения занять достаточно высокую должность в правительстве самопровозглашенной Молдавской республики (по материнской линии он являлся молдаванином).

Поселившись в Омске, профессор Гинс стал заведовать кафедрой в местном, только что открывшемся, сельскохозяйственном институте, одновременно войдя в число сотрудников правления одного из крупнейших сибирских сельхоз-потребительских кооперативов «Союз кооперативных объединений Западной Сибири и Степного края», ставшего в тот период одним из центров по подготовке антисоветского заговора в Сибири. Летом того же года после победы чехо-эсеро-белогвардейского восстания политическая карьера Гинса резко пошла в гору. Он стал с тех пор «вечным» управляющим правительственными делами в Сибири. Сначала занял пост управляющего делами Западно-Сибирского комиссариата ВПАС, затем — Совета министров Временного Сибирского правительства. Потом некоторое время Григорий Константинович состоял в должности товарища министра народного просвещения Всероссийского временного правительства (Уфимская Директория) и, наконец, заведовал делами верховного правителя адмирала Колчака. То есть он по большей части занимался составлением и оформлением документов этих исполнительных органов, в том числе и актов о передаче власти от одного правительства — другому, от второго — третьему, а от того, наконец, — к последнему, «узаконенному» колчаковским переворотом.