Чтение онлайн

– Владимир, ты, конечно, можешь стоять так, - очень серьезно сказал Кудла.
– Ты - мужчина, и сам принимаешь решения. Но, когда я вспорю живот этой самке, которую ты называешь тетей, сабля отрубит тебе голову. Это очень больно. Ты понял?

Малыш вдруг повернулся лицом к Кудле. И глаза его стали жесткими и упрямыми, буржуйскими-буржуйскими - они стали глазами затравленного, но не собирающегося сдаваться волчонка. Кудла смотрел на него в упор, но и Володя не отводил взгляда. Вера попыталась оторвать малыша от себя, но он неожиданно сильно вцепился ручонками в ее юбку. Кудла со свистом взмахнул клинком и остановил лезвие в миллиметрах от головы ребенка. Тот по-прежнему не сводил с него неморгающих темных глаз. Кудла улыбнулся, нагнувшись, подхватил вырывавшегося малыша на руки.

– Те, кто не верит в родословные, - тупые дегенераты, - проговорил человек с прозрачными глазами.
– Только порода делает появившихся на свет людьми.

– Да...
– Вера постаралась незаметно перевести дыхание, но голос ее звучал хрипло.
– Он - сын Буржуя.

ГЛАВА 30

В дверь постучали. Пожарский, невесело о чем-то размышлявший, поднял глаза. Толстый даже не пошевелился. Буржуй оторвал взгляд от улицы внизу и отвернулся от окна. В кабинет походкой победителя вошел Константин.

– Доктор?
– удивился Коваленко.
– Зачем вы приехали?

– Так, знаете...
– скромно ответил Костя.
– Почувствовал, что могу быть полезен...
– Доктор оглянулся и только тут обнаружил, что за ним в открытую дверь никто не вошел.
– Здравствуйте, вот еще новости...
– проговорил он укоризненно.
– Надо же, какие мы стеснительные...

– Кому это вы, доктор?
– вдруг заволновался Буржуй.
– Кто там?

– Я...
– на пороге стояла Ольга и смотрела на Коваленко своими ясными и спокойными глазами.

Пожарский мгновенно встал и направился к двери, по дороге подхватив Толстого под руку. С другой стороны к Анатолию подскочил доктор. Великан послушно встал, и через несколько секунд Буржуй и Ольга остались одни.

– Мне не нужно было приезжать?
– тихо спросила девушка.

– Да. Не нужно было, - ровным голосом ответил Буржуй.

– Я сейчас уйду, - она сделала движение в сторону двери.

Буржуй схватил ее за руку.

– Нет. Не уходи, - попросил он.

– Ты противоречишь сам себе...
– сказала она и грустно улыбнулась.

– Да...
– кивнул Коваленко.

– Правда - ты хочешь, чтобы я уехала?

– Нет, я хочу, чтобы ты осталась, - Буржуй в упор поглядел на Ольгу.
– Но тебе лучше уехать. Дело в том, что он... уже позвонил...

Он прижал ее прохладную ладонь к разгоряченной щеке. Потом, не выпуская эту, ставшую вдруг родной, руку, подвел девушку к креслу. Сам сел напротив. Они долго сидели молча.

– Как ты думаешь, те, кто умер, видят нас?
– спросил вдруг Буржуй и поднял черные глаза.

– Не знаю. Наверное, видят.
– Ольга помолчала.
– Ты думаешь о своей жене?
– Она чуть беспомощно посмотрела на него. Буржуй молча кивнул. Девушка погладила его по руке.
– Наверное, я все-таки должна уйти... И вообще извини, это все доктор! Сама бы я никогда...
– Она подавленно замолчала и попыталась встать, но Буржуй мягко удержал ее.

– Нет, не уходи...
– Он заговорил тверже.
– Дело не в докторе. Не знаю почему, но я чувствую, что ты должна быть рядом.

– Правда?
– она неуверенно улыбнулась.

– Да, - твердо ответил Буржуй.

– Я тоже так чувствую. Глупо, правда? Мы же ничего не знаем друг о друге...

– Может быть, чувствовать - это важнее, чем знать?

– Наверное...
– согласилась она, немного подумав.
– Потом сжала его руку.
– Скажи, ты спасешь Володеньку?

– Да, - его голос прозвучал глуховато и твердо. Оля закрыла глаза и прижалась щекой к руке Буржуя.

– Почему я верю всему, что ты говоришь? Всему-всему... А что с нами будет дальше?

– Не знаю...
– тихо ответил Буржуй.

– Ты же сам сказал: чувствовать важнее, чем знать...
– Он немного помолчал, глядя в никуда. Потом признался:

– Я не могу тебе честно ответить. Я сейчас чувствую слишком много разного...

– Не хочешь об этом говорить?
– Буржуй отрицательно покачал головой, и девушка с готовностью кивнула.
– Хорошо, я не буду спрашивать...

– Ты всегда такая послушная?
– улыбнулся Коваленко.

– Не знаю, - она ответила ему улыбкой.
– Я никогда не была такой, как сейчас...

– Знаешь, ты рядом, и я снова захотел жить, - вдруг очень серьезно сказал Буржуй.

– Ты говорил, что сейчас это плохо для тебя...

В его глазах внезапно зажегся злой холодный огонь.

– Нет, сейчас это очень плохо для него...

В соседней комнате Толстый, закрыв глаза, сидел в кресле, а Костя совершал пассы над его головой. Пожарский с кривой улыбкой наблюдал за этой процедурой. Выглядело все - цирк цирком, но в какой-то момент Толстого вдруг начала бить крупная дрожь, потом он резко обмяк и, безвольно откинув голову, забылся в кресле.

– Вы что вытворяете, доктор?!
– заволновался Олег.
– Что с ним?!

– Ничего особенного, - беззаботно отозвался Константин.
– Так, немного сбросил напряжение. Полчасика поспит. А проснется - ему полегче будет...

– Полегче?!
– не поверил Пожарский.
– Я же вам рассказал, что произошло...

– Да, ужасно, ужасно, - сочувственно покивал головой доктор.
– Но вы знаете, Олег, даже в одной и той же ситуации человек может чувствовать себя совершенно по-разному. Не желаете убедиться на себе?

– Нет уж, спасибо...
– Пожарский даже чуть подался назад.

– Ну как хотите, - обиженно проговорил доктор.
– Напрасно отказываетесь, между прочим!

– Если вы такой всемогущий, - сердито заметил Олег, - убили бы этого подонка! На расстоянии!

Костя вытаращил на Пожарского глаза, потом шлепнул себя ладонью по лбу и радостно воскликнул:

– Слушайте, а ведь прекрасная идея! Попытаться, во всяком случае, стоит! Как это мне самому не пришло в голову! Скажите, у вас его фотографии случайно нет?