Чтение онлайн

Ответ прозвучал так неожиданно, что вздрогнули все, даже Кудла.

– Я...
– раздалось за его спиной, и зловещий глухой звук этого голоса испугал всех. Кудла, нахмурившись, повернулся к черному человеку лицом.
– Я смогу удивить тебя, - повторил тот и стянул с лица маску.

И был это не майор Мовенко, а Игорь Борисович Борихин - бывший мент и одинокий неудачник, встрепанный, окровавленный и очень спокойный, как и положено мужчине, только что завершившему главное дело своей жизни. Он легонько хлопнул Веру по спине и отпустил плечо мальчика. Недавние его пленники тут же бросились к самым близким своим людям. Вера повисла на шее у Толстого и едва не задохнулась в его медвежьих объятиях. Володя с криком: "Мама!" зарылся лицом в юбку Ольги. Та крепко прижала малыша к себе и бросила немного виноватый взгляд на Буржуя. Но он только улыбнулся.

Борихин тем временем упер ствол в затылок Кудле, который был так поражен, что даже не попытался сдвинуться с места.

– Ты арестован. На колени!
– приказал сыщик.
– Я сказал: на колени!!!

Но мгновение слабости моментально прошло. Кудла проговорил с волчьим оскалом:

– Не в этой жизни...

– Как хочешь...
– Борихин безразлично взвел курок.

– Буржуй, - совершенно спокойно спросил Кудла, - ты позволишь этому дурачку пристрелить меня, имея возможность сразиться?

Коваленко, обнимавший Веру, равнодушно оглянулся.

– Да. Мне плевать...

– Нет, сирота, тебе не плевать. Мы оба знаем, почему до конца своих убогих дней ты не сможешь есть прожаренное мясо. Я не прав?

– Что?!
– хрипло выдавил Буржуй.
– Что ты сказал?!!

– Знаешь, - медленно и задумчиво проговорив человек с водянистыми глазами, - я понял, почему инквизиция чтила именно огонь... Это не жестокость. Нет. Это - очищение... Она извозила в грязи все прекрасное, что подарило ей небо. В грязи, которая смывается только огнем. На другом конце глобуса я не мог ни есть, ни спать, думая об этом. Только вместе с ее последним криком эта грязь исчезла навсегда, и я смог жить...

– Ты убил Амину...
– потрясение проговорил Буржуй.

– Нет...
– покачал головой Кудла.
– Амину как раз убил ты. Я уничтожил домохозяйку Коваленко. Но, представь, она не закричала. Во всяком случае, я не услышал ни звука...
– Он показал пальцем на ребенка. Когда-нибудь этот маленький человек сотрет тебя с лица Земли. В нем течет ее алмазная кровь...

– Борихин...
– прохрипел Буржуй.
– Отпусти его... Слышишь?

– Не глупите, Коваленко, - сыщик не опустил оружие.
– Я просто пристрелю его, как бешеную собаку.

– Отпусти, умоляю! Иначе я не смогу жить дальше...

– Честно говоря, - вдруг подал голос доктор Костя, - с терапевтической точки зрения - совершенно правильная мысль. Только устранив первопричину глубинной скрытой депрессии...

– Помолчали бы!
– Ольга сердито толкнула доктора локтем в бок. Вас не спрашивают...

Костя обиженно засопел, но послушно замолчал.

– Третий труп...
– рявкнул Борихин на ухо Кудле.
– Чьим он был? Отвечай!

– Мне иногда нужны попутчики, - криво ухмыльнулся тот.
– Но они очень быстро надоедают...
– Борихин снова поднял пистолет.

– Борихин, не делай этого!
– дико закричал Буржуй.
– Если ты убьешь его, я тебя прокляну! Все равно он уже не спустится с этой крыши живым!

– Пусть так, - Кудла насмешливо и с вызовом посмотрел на врага. Но тебе же нужно убить меня своими руками, правда? А мне будет плевать, как умереть, лишь бы после тебя...

– Борихин...
– еще раз взмолился Буржуй. Сыщик помедлил, но опустил пистолет и сильным обидным ударом под зад отбросил Кудлу в центр крыши. Тот кинул назад гневный взгляд, но тут же развернулся лицом к врагу. Буржуй сорвал с себя пиджак и остался в белой рубашке. Так они замерли друг напротив друга - блондин Кудла в черной боевой одежде и черноволосый Буржуй в белом. Наверное, смерть тоже любит красоту...

– Свершилось, сирота, - ощерился Кудла, - Как же давно я не был так счастлив... Тебе не кажется, что все это уже было - давно, в прошлой жизни?

– Я ничего не знаю о прошлой жизни. Мне нужно убить тебя в этой...

Сколько это длилось - минуту, час, вечность?.. Окровавленные и бешеные, они словно танцевали нужный и понятный только им двоим танец смерти на цементной крыше небоскреба, под вечными звездами, которые видели и не такое... Даже зрители были здесь лишними. Вернее, были бы, если бы у каждого из них не разрывалось сердце от любви и тревоги...

Когда Кудла, отшатнувшись, неосмотрительно приблизился к краю крыши, Буржуй не упустил свой шанс и прыгнул вперед. Удар - и человек в черном перелетел через ограждение. Но каким-то неуловимым колдовским чудом потянул за собой и врага, и только в последний момент Буржуй успел ухватиться руками за край крыши. Пальцы не выдерживали двойного груза и тут же стали разжиматься.

Толстый в неимоверном прыжке успел подлететь к краю и ухватил друга за запястье как раз в тот момент, когда рука его уже сорвалась...

Гигант лежал плашмя на крыше и, сжав скулы, удерживал на весу и Буржуя, и повисшего на нем Кудлу. Раскачиваясь над бездной, Кудла хохотал.

– Все-таки жизнь прекрасна, Толстый, правда?
– кричал он.
– Кто бы мог подумать, что тебе суждено сегодня убить и врага, и друга, а?

Толстый молчал и сопел от напряжения. Внизу проползали крохотные огоньки машин.

– Отпускай, Толстый!
– прохрипел Буржуй.
– Я все равно не хочу жить...

И тут над ночной крышей пролетел голосок маленького Володи:

– Папа! Папочка!

– Слыхал, папочка?..
– взревел Толстый и в сверхчеловеческом усилии рывком выбросил на крышу и Буржуя, и вцепившегося в него Кудлу.

Оба вскочили и тут же замерли в стойках...

– Наверное, пора тебя убить, мой бедный Буржуй, - насмешливо выдохнул Кудла.
– С тобой скучно не только жить, но и умирать.

Озверевший Буржуй нанес несколько ударов, и Кудла снова отлетел к краю крыши. Слишком резко вскочив, он вдруг пошатнулся и стал балансировать на краю бездны. Буржуй с залитым кровью лицом тут же оказался рядом. Кудла, уже понимая, что сейчас сорвется, широко улыбнулся.

– Ну? Когда увидимся, сирота?

– Никогда...
– Буржуй нанес Кудле страшный удар ногой в грудь, и тот по широкой дуге полетел вниз, в черноту ночи, не издав ни звука.

Еще недавно звездное небо вдруг озарилось зигзагами молний, и на обессиленно лежавшего на крыше Буржуя, на бросившихся к нему друзей обрушился бешеный и теплый летний ливень...

Погожим солнечным утром с проселочной дороги на ведущую к могилам тропинку свернули Буржуй с Олей и сыном. Костя, Борихин с перевязанной рукой и Пожарский с Воскресенским деликатно следовали чуть позади. Подняв столб пыли, на огромной скорости подлетела машина. Из-за руля выбрался сияющий Толстый и подал руку счастливой Вере.