Чтение онлайн

— А кто твои родители? Как они отреагировали на твое сообщение? — Похоже, его вопрос удивил Эйприл. Ему было трудно представить родителей тридцатилетней женщины, которая рассчитывает на их помощь. Таких родителей он не знал, во всяком случае, его отец с матерью были другими. Он не видел их десять лет и не горел желанием увидеть их снова.

— Мои родители нормальные люди, — ответила Эйприл. — Отец — преподаватель истории в Колумбийском университете. Мачеха — логопед и просто чудесная женщина. Мать — Валери Уайатт, она ведет на телевидении передачи по интерьеру. — Последнюю фразу Эйприл произнесла так, будто речь шла о какой-то обычной профессии.

— Ты серьезно? — удивился Майк. — Так это твоя мать? Ну, конечно… Уайатт… Как я не подумал? Ради бога, твоя мать — признанный арбитр во всем, что касается интерьеров и свадеб. Что скажут они? Они наверняка считают, что это безумие — обзаводиться ребенком, верно я говорю? Как ты будешь одновременно заниматься рестораном и воспитывать ребенка?

— Это моя проблема, Майк. Я не прошу тебя приходить ко мне, чтобы менять младенцу подгузники. Ты сможешь навещать его, если захочешь, но если нет, клянусь, я не стану тянуть тебя на аркане.

— А что, если я захочу чего-то большего? — раздраженно спросил он. Сейчас он был зол и на нее, и на судьбу, которая сыграла с ним злую шутку. Конечно, и для Эйприл это стало полной неожиданностью, но она твердо решила оставить ребенка. Если бы решение зависело только от него, он бы сказал свое твердое «нет». А она, преподнеся ему эту новость, поставила его в идиотское положение. По его убеждению, это было несправедливо — дать жизнь ребенку, родители которого не знают или не любят друг друга. Но прервать беременность она сочла еще более безнравственным, независимо от того, нравится ли это ему и хочет он принимать участие в судьбе будущего ребенка или нет. — Что, если я захочу быть отцом или, например, пожелаю совместной опеки над ним? Я не говорю, что будет именно так, но я и не высказываю возражений. Но что, если я этого захочу? Что будешь делать ты, если проявляешь в этом вопросе такую независимость? Захочешь разделить со мной ответственность за ребенка? — Майк сам удивился смелости такого предположения. Раньше подобные мысли просто не могли прийти ему в голову.

— Не знаю, — тихо ответила Эйприл. — Наверное, нам надо будет поговорить и об этом и все обсудить. — Ей не понравились слова, которые только что сорвались с ее губ. Ведь не могла же она доверить воспитание ребенка практически незнакомому человеку. Тем не менее в его рассуждениях был смысл, как ни крути, а он отец будущего ребенка.

— А вот тут тебе меня не поймать. Я не хочу детей и никогда не хотел. Мое детство было сущим кошмаром, мои родители — алкоголики, которые всячески третировали меня. Они ненавидели друг друга и меня тоже. Мой брат покончил с собой, когда ему было пятнадцать лет. Последнее, что я хотел бы иметь на этом свете, — это жену и детей. Мое собственное детство было слишком паскудным, чтобы я, не дай бог, отравил жизнь кому-то или бы позволил испортить жизнь себе. За месяц до того, как я познакомился с тобой, я прекратил отношения с любимой женщиной. Мы были вместе пять лет, и она наконец поставила вопрос ребром. Она хотела иметь мужа и детей или, по крайней мере, найти человека, кто желал бы того же самого. Я благословил ее на такую судьбу, поцеловал ее на прощание и оставил ее. Мне не нужны дети, Эйприл, вообще не нужны, я не хочу нести ответственность за кого-то другого, потому что не желаю, чтобы он, возможно, страдал, как в детстве страдал я. Я чувствую, что не гожусь на роль отца, но не хочу и бросать кого-то. Если я не увижу этого ребенка, мне всегда будет казаться, будто я отрекся от него. Это неправильно — то, как ты поступила со мной и с ребенком. Ты говоришь, что сама справишься со своими проблемами, рассчитывая на помощь родителей. Но как ты объяснишь ребенку про отца, который бросил тебя и его? Как ребенок воспримет твои слова? Ты подумала об этом, когда решила его сохранить? Тебе может показаться жестоким предложение сделать аборт, но ведь между нами ничего нет и никогда не будет. Это несправедливо, пустить ребенка в этот мир, имея родителей, из которых лишь один желает его, а второму он не нужен.

— А если бы мы были женаты и любили друг друга, а ты вдруг умер? Что же тогда, следуя этой логике, я должна была бы умертвить ребенка лишь потому, что у него не было бы отца? — В ее словах был смысл, но Майк не желал признавать его. Он непоколебимо стоял на своем, поскольку из-за точно таких вот споров однажды уже потерял любимую женщину. За пять лет она сделала от него два аборта и отказалась делать третий. Она хотела детей, он — нет.

— Это совершенно другое дело, и ты сама прекрасно это понимаешь, — парировал Майк. Вечер был окончательно испорчен, несмотря на отличный лобстер. И зачем только он согласился встретиться снова с этой женщиной. Она заманила его в свой ресторан, накормила деликатесами, чтобы сказать о том, что унее будет ребенок, которого он не хотел, а это ход посильнее, чем напоить его ради доброжелательного отзыва о ее ресторане. Похоже, она умеет устраивать свои дела.

— Майк, у многих людей есть только один из родителей. В наши дни немало женщин воспитывают детей без мужчин. Они обращаются в банки спермы, просят знакомых геев дать сперму для оплодотворения, чтобы точно знать отца ребенка. Женщины и одинокие геи усыновляют детей, чтобы совместно воспитывать их. Я не говорю, что это идеальные варианты, но повторяю, детей теперь часто воспитывают в неполной семье. Иногда бывает так, что люди любят друг друга, но один из них неожиданно умирает или куда-то исчезает. Я видела этого ребенка, когда мне делали УЗИ. У него уже бьется сердце, и он похож на крошечного человечка. В один прекрасный день он появится на свет, и в мире на одного человека станет больше. Я тоже до этого не хотела и не планировала заводить детей, да и, честно говоря, на данном этапе моей жизни это событие рушит все мои планы, и я понимаю, что мне придется нелегко. Но ты прав, Майк, я, черт побери, не знаю, кто ты такой, порядочный человек или нет. Я не собираюсь избавляться от этого ребенка, моего ребенка, и твоего одновременно, нашего ребенка, только из-за того, что когда-то твои родители скверно с тобой обращались. Я сочувствую тебе, такое не должно происходить, но уж такова жизнь. Что касается нас с тобой, раз уж это случилось, ребенок имеет право на жизнь, и я дам ему такую возможность. Даже если это неудобно для меня. Ради него я сделаю все, что только в моих силах. И у меня, слава богу, есть близкие, которые тоже его полюбят.

Если ты захочешь стать ему отцом, что ж, прекрасно, я не стану чинить тебе препятствий. Но если ты этого не сделаешь, я и это переживу. То, что произошло между нами, не более чем случайность. Я пытаюсь по возможности безболезненно разрешить эту ситуацию, это все, что я могу сделать. — Она была готова разрыдаться, но лишь покачала головой. У Майка был точно такой же разговор с его бывшей подругой перед тем, как она отправилась на второй аборт. Тогда он ее убедил, но уговорить Эйприл — и Майк сам это прекрасно понимал — у него не получится. В общем, его заманили в ловушку, во всяком случае, впечатление у него было такое.

— Это случайность, которую можно разрешить, если разумно к ней отнестись, — тихо, но настойчиво произнес он, все еще не оставляя надежды уговорить ее. — Если ты хочешь детей, найди мужчину, который тоже их хочет. Я не из их числа и никогда не буду. Дети мне не нужны. И вообще женитьба в мои планы не входит. И, главное, я не хочу этого ребенка.

В ее планы тоже не входило заводить детей, но это ее ребенок, и ничто теперь не заставит ее изменить решение. Он читал это в ее глазах.

— Я тоже не собиралась иметь детей, — просто ответила Эйприл. — Я нисколько на тебя не нажимаю, от тебя мне ничего не надо. Но этого ребенка я все равно рожу, хочешь ты иметь к нему отношение или нет. Тебе решать, пожелаешь ли ты когда-нибудь увидеть его. Когда он родится, я сообщу тебе, и тогда уж ты сам думай, как тебе поступить.

Майк злился, более того, он был напуган. Неудивительно, ведь совсем недавно он уже пережил нечто подобное, расставшись с любимой женщиной. Сейчас его бывшая подруга встречалась с кем-то и надеялась скоро выйти замуж. Ей было тридцать четыре, и она отлично понимала, что если хочет иметь детей, то должна поторопиться. И вот теперь он нежданно-негаданно попался в такую же ловушку — эта рестораторша сообщает ему о своей беременности. По отношению к нему с ее стороны это нечестно.

— Спасибо за ужин, — холодно поблагодарил Майк, вставая из-за стола. Видно было, что он едва сдерживает себя. — Не уверен, что его вообще стоило затевать, особенно с учетом твоего сообщения. Я позвоню тебе, когда решу, как мне поступить в сложившейся ситуации.

— Можешь не спешить, — тихо ответила Эйприл, тоже вставая. Она была хороша собой, но в данный момент это его не впечатлило. Он думал лишь о том, что она ему только что рассказала. — Ребенок появится на свет в июне. Спасибо, что пришел, и извини, что сообщила тебе такую дурную новость.

Майк кивнул, но ничего не сказал и, опустив голову, вышел из ресторана, даже не оглянувшись. Официанты и сомелье заметили, что между хозяйкой и ее гостем произошел неприятный разговор. Они знали, кто он такой, — тот самый журналист, который три месяца назад нелестно написал об их ресторане. Похоже, хорошего отзыва им от него не дождаться.

На следующий день Эйприл сказала родителям, что встречалась с Майком Стейнманом. Она не стала ничего от них скрывать. Валери расстроилась, Пэт разъярился. Он надеялся, что Майк поступит благороднее.