Денарий кесаря
Шрифт:
Или это ему показалось?
Во всяком случае, когда Градов увидел, что Василий Иванович заметил его, тот, словно по команде, отошел в сторону, делая вид, что прогуливается в одиночку.
Градов же невозмутимо подошел и одними губами - глаза продолжали оставаться чужими – улыбнулся:
– А я вот мимо ехал, думаю, дай-ка сюда заверну! Что – отвезти вас домой?
– Нет, - отрицательно покачал головой Василий Иванович. – У меня сегодня еще одна встреча в Москве.
– Жаль! – искренне огорчился Градов и тут же спросил: – А это надолго?
Очевидно, почувствовав, что его могут неправильно понять, он сбивчиво пояснил:
– Я это к тому, что если не очень долго, то мог бы подбросить к месту встречи и там подождать вас!
– Да нет, спасибо! – уже решительно отказался Василий Иванович.
Беседа явно затягивалась и становилась напряженной.
К счастью, быстро нашелся повод выйти из этого, не очень приятного для обоих положения.
– Как там наша коллекция монет? Надеюсь, пополняется? – деловито осведомился Градов.
– Конечно!
И Василий Иванович, протянул ему только что приобретенную у Ашота Телемаковича монету.
– Что это? – посмотрев на нее, вопросительно взглянул на Василия Ивановича Градов.
– Новый денарий Тиберия!
– А где прежний? – недоуменно спросил Градов, и Василию Ивановичу показалось, что в его глазах промелькнуло торжество.
– Увы! С тем у нас ничего не получится!
– Безнадежно развел руками Василий Иванович
– Как это? Ведь мы же утвердили его!
– Вы-то утвердили, но хозяин категорически отказался продавать его! Поверьте, я предлагал ему любые деньги!..
С минуту Градов помолчал, словно обдумывая сложившуюся ситуацию, и, наконец, сказал:
– Ну ладно, так уж и быть. Если у вас не получилось, давайте я, как более деловой и настойчивый человек, помогу вам!
– Каким это образом? - не понял Василий Иванович.
– Очень просто! Вы только дайте мне телефон или адресок хозяина монеты. А там уж мои проблемы!
Василий Иванович недоуменно посмотрел на Градова:
– Да вы что! В клубе не принято давать номера телефонов и уж тем более, квартирные адреса!
– Ну хорошо… хорошо! – успокаивающе согласился Градов.
– Скажите мне хотя бы, как звать его!
– Ашот Телемакович! – пожал плечами Василий Иванович. – Но… зачем это вам? Он не идет ни на какие контакты с незнакомцами. И денарий не отдаст даже за миллион рублей!
– Ну, это мы еще поглядим! – снова усмехнулся одними губами Градов, сел в машину и уехал.
Проводив его взглядом, Василий Иванович, сам не зная зачем, дошел до угла и увидел, что метрах в ста Градов остановился, и к нему подбежал конкурент. О чем они говорили, разумеется, услышать было невозможно. Но конкурент вскоре вернулся к клубу и стал о чем-то расспрашивать нумизматов, собиравших античные монеты и хорошо знавших друг друга.
– Чего ему от вас было нужно? – после того, как конкурент снова побежал к Градову, спросил Василий Иванович у одного из них.
– Да попросил дать ему телефончик Ашота Телемаковича!
– беспечно отмахнулся тот.
– И ты… дал?! – ужаснулся Василий Иванович.
– А почему бы и нет? Он у меня сегодня за бешеные деньги асс императора Августа купил! Глядишь, теперь и Ашота Телемаковича порадует!
– Порадует?..
– рассеянно переспросил Василий Иванович. Что-то больно кольнуло ему в самое сердце.
Он снова зашел за угол и увидел, что ни машины Градова, ни конкурента уже не было. Судя по всему, они уехали вдвоем.
«Володька, кажется, был прав, - подумалось вдруг тревожно.
– Здесь, и правда, что-то не то. Но что именно? Почему? Зачем?»
Он искал и никак не мог получить ответа на эти вопросы…
4
– Так это - вы?! – ошеломленно взглянул на хозяина Василий Иванович.
Квартира старичка-искусствоведа, как и ожидал Василий Иванович, была похожа на музей.
Чего только в ней не было!
Прямо с прихожей начинались полки с книгами прошлых веков, большие напольные старинные вазы, бронзовые канделябры, картины с удивительными по красоте пейзажами и портретами аристократов, с глазами и лицами, которых теперь уже и не встретишь…
Единственное, что выбивалось из всего этого, подобранного с изысканным вкусом, обилия старины – современные награды на комоде: Золотая звезда Героя Социалистического Труда, ордена, ордена… среди которых даже орден Боевого Красного Знамени и медаль «За отвагу».
– Как! Вы и награды собираете? – с удивлением оглянулся Василий Иванович и услышал в ответ то, что меньше всего ожидал услышать:
– Нет, простите, это - мои.
– Ваши?!
– Да вот, - словно извиняясь, ответил искусствовед. – Так государство отметило мои скромные заслуги. Сначала военные, а потом и трудовые.
В кабинете все стены были тоже заставлены книгами – но, в основном, уже современных авторов. Как минимум на пяти языках, включая китайский. Василий Иванович обратил внимание, что на одной полке, тоже на разных языках, были книги одного и того же автора. Фамилия его была более чем знакома. Труды этого ученого он неоднократно использовал и, помнится, чуть было даже не срезался на экзамене в университете, неточно процитировав одно из его крылатых выражений.
Василий Иванович хотел сказать, что тоже высоко ценит труды этого ученого, хотя и не во всем с ним согласен. Но тут увидел, что над полкой висят дипломы авторитетнейших академий мира, где крупным шрифтом стояла та же фамилия. И еще – фотографии, на которых рядом с известнейшими учеными, президентами, писателями стоял не такой еще старый, но легко узнаваемый хозяин этой квартиры…
– Так это – вы?! – ошеломленно взглянул на него Василий Иванович.
Хозяин квартиры-музея тоже, словно впервые, посмотрел на книги, дипломы, фотографии и уже знакомым тоном извинился: