Чтение онлайн

Осколки безвредно ударились о щиты и упали, а вот Свет заполнил собой все пространство подземелья. Щиты, поставленные на зрение, не выдержали, и Арон крепко зажмурился, одновременно прикрывая глаза рукой — Свет легко проходил сквозь веки.

Проклятье, как? Как это получилось?

И, хотя пространство вокруг Арона было заполнено Светом, этот Свет продолжал ощущаться Тьмой — знакомой, привычной, домашней Тьмой. Казалось, вобрать его в себя и управлять им будет так же легко.

Спустя минуту Арон осторожно отнял руку от лица, потом медленно открыл глаза — невыносимый свет ушел, теперь подземелье было освещено не ярче, чем земля в солнечный летний полдень.

А ощущение опасности осталось.

Арон огляделся, пока не рискуя использовать Силу. Большинство щитов, поставленных заранее, продолжали работать, и Свет на них не реагировал, но Арон не знал, что будет при столкновении со свежепризванной Тьмой или Тенями. Или даже с обычной стихийной магией.

Стараясь позволить чутью вести себя, Арон несколько раз прошел по подземелью, и, наконец, остановился шагах в пяти от того места, где лежали амулеты. Готовясь к ритуалу, он нанес сотни самых разных защитных рун на поверхности помещения, и он помнил их все. Все, кроме этой, нанесенной на каменную плиту пола. Она походила на защитную руну Азо, но выглядела странно изломанной. Сейчас, вблизи, от нее несло не только опасностью, но и болезненной неправильностью.

Эманация Хаоса все же проскользнула через его защиты и закрепилась вот тут, в этом камне, исказив руну?

Что ж, Арон прекрасно знал, как чистить зараженные Хаосом места. Знал не только в теории, но и на практике — после прорывов таких мест оставалось немало, тренироваться было где.

Любая чистая стихия уничтожала семена Хаоса, но Огонь, по опыту Арона, работал лучше всего. Свет за прошедшее время ослаб еще больше. Пожалуй, Арону уже было безопасно призвать собственную магию.

Резерв Арона был полон, и Огонь появился чуть ли не прежде, чем Арон его призвал.

Самый быстрый и надежный способ избавиться от принесенных Хаосом эманаций заключался в том, чтобы уничтожить или полностью изменить структуру материальных предметов, на которых они поселились, поэтому камень с искаженной руной следовало расплавить.

Лужей лавы он растекся мгновенно, никаких следов руны не осталось, вот только ощущение опасности стало сильнее. Намного сильнее — и опасность ощущалась уже совсем рядом.

Арон крутанулся на месте — но нет, в подземелье он все еще был один, никого и ничего чужого.

Тогда в чем причина?..

Что-то изменилось в его восприятии окружающего.

Будто сейчас он смотрел на мир через несколько прозрачных кристаллических линз, каждая из которых по-своему искажала восприятие. Защитные руны на стене, на которую в этот момент был направлен его взгляд, вдруг показались уродливыми. Мерзкими. Настолько мерзкими, что внутри вскипело желание стереть их — все до единой.

Арон поднял для заклинания руки прежде, чем понял, что делает. Скользнул по рукам взглядом — и поразился тому, насколько они некрасивы. Эти розовые ногти на пальцах, эта гладкая кожа, покрывающая кисти, мясо под ней… Только проглядывающие под кожей костяшки пальцев, намек на кости, спрятанные под противной плотью, как-то скрашивали уродство…

Арон опустил руки, встряхнул головой, не понимая, что происходит.

Чувство опасности взвыло в голос.

И сама опасность ощущалась уже не рядом. Она была словно… словно внутри Арона.

Что за…

Что-то чуждое расползалось по его эррэ — и меняло не только его восприятие реальности, но и его магию. Разум еще оставался его собственным, но вряд ли так будет долго.

Это немного походило на то, как прежде Мертвый Дар завладевал мыслями Арона и менял их под себя, пока не получал желаемого. Арон нашел способ избавиться от Мертвого Дара, но как совладать с тем, что расползалось по его эррэ сейчас? Он даже не знал, что это. Или кто.

Защитные руны, нанесенные на стене, теперь не просто казались мерзкими, теперь, при взгляде на них, у него болели глаза и дергало веки. Арон отвел взгляд, а потом и вовсе зажмурился.

С какого момента все началось? Он почувствовал опасность, потом увидел искаженную руну на камне, решил, что это воздействие эманаций Хаоса, и уничтожил камень магией. Сразу после этого ощущение опасности усилилось и стало исходить будто от него самого…

Получается, нечто попало в него, когда он воспользовался магией. Попало в его эррэ, а теперь пыталось захватить и все остальное.

Все пошло от магии…

Идея о том, что нужно сделать, появилась мгновенно.

Арон открыл глаза, вскинул руки, одновременно призывая Тьму и стихийных духов. Те отозвались, как обычно, и, кажется, не заметили в нем никаких изменений. Как только стихийные духи появились, Арон создал Врата, ведущие в его покои в замке. Чутье, продолжавшее бить в тревожный набат, на появление Врат отреагировало настороженно, но, по крайней мере, ощущение опасности сильнее не стало.

Едва арка Врат появилась, Арон шагнул в нее, его резерв начал стремительно пустеть, и через мгновение в нем не осталось ни капли магии.

Оказавшись в своем кабинете, Арон первым делом бросил взгляд на руки. Сейчас они казались обычными — просто пальцы, ногти, кожа. Быстрым шагом подойдя к столу, Арон схватил перо и начертил на ближайшем листе одну из тех защитных рун, что использовал в подземелье. Вгляделся в нее — нет, ничего. Ни боли, ни отвращения.

Значит, он был прав, и чуждое нечто первым делом зацепилось за его магическую ауру, за эррэ, но не успело овладеть телом. И стоило ему опустошить резерв, сделать эррэ неактивным, как нечто тоже потеряло силу.

Облегченно вздохнув, Арон почти упал на стул.

Теперь до возвращения Силы у него было в запасе несколько дней — чтобы понять, что к нему подселилось, и найти способ от этого избавиться. Второй раз фокус с Вратами мог и не пройти — Сила всегда возвращалась постепенно, первых ее крох для открытия Врат не хватит, а вот чтобы пробудить чуждое нечто — вполне может хватить.

Арон отодвинул очередную бесполезную книгу и устало протер глаза. Он не спал почти сутки, ища решение своей проблемы, а переносить бессонную ночь без поддержки магии было трудно. Зачерпнув горсть зерен бунна из стоявшей рядом чаши, Арон отправил их себе в рот. Зерна бодрили, но потом упадок сил окажется сильнее, чем без них.

Ни в одной из его книг, посвященных Хаосу, демонам и прорывам, не упоминалось ничего похожего на чуждое нечто, вцепившееся в него.

Может быть, он не там искал? Не там и не то? И изучать ему следовало не взаимодействие с Хаосом, а что-то совсем иное?

С Хаосом маги работали давно — открывали и закрывали проходы, вытаскивали оттуда и заставляли служить себе демонов — или сами становились их жертвами, тут уж как повезет. Но существа Хаоса были материальны, а то, что прицепилось к Арону, ни увидеть, ни ощутить было невозможно.