Чтение онлайн

В их юрте Ресан лег спать еще до заката, сказав, что разговор с шаманами выпил из него все силы. Дождавшись, когда юноша заснет, Венд потянулся за кувшином с разведенной айхрой, но, чуть подумав, наливать не стал. На душе было неспокойно. Такого сильного чутья на опасность, как у Арона, у него не было, но опыт приучил обращать внимание на мелкие несостыковки, из которых порой вырастают крупные неприятности. Бывало, что со своими выводами Венд промахивался, но эти промахи были не причиной игнорировать подозрения, пусть пока неясные. Все же профессиональные воины, лишенные осмотрительности, редко доживают до тридцати пяти лет.

Венд тщательно проверил оружие и сперва положил рядом, а потом и вовсе нацепил на себя, будто собирался идти в ночную стражу. Лег, но напряжение давило, и он вновь сел на циновке.

Внутри юрты было сумрачно, но не сказать, чтобы непроглядно темно — окон в жилище кочевников не имелось, но свет луны попадал в круглое отверстие вверху, проделанное для свободного выхода дыма. Венд подошел к уже потухшему очагу и пошевелил седые угли, заставляя разгореться. Пламя блеснуло, а потом вдруг рванулось вверх на высоту человеческого роста.

Венд отшатнулся, судорожно пытаясь понять, не могло ли в очаг попасть что-то чрезмерно горючее, вроде бурдюка с жиром. Но огонь не трещал, не плевался искрами, горел ровно и ярко, будто разожженный магией.

Едва у Венда мелькнула такая мысль, как внутри пламени обрисовался человеческий силуэт. Обрел четкость пропорций и уверенно выступил из очага.

Венд сделал назад еще один шаг, в глубине души вовсе не уверенный, что ему это все не снится. Потому что однажды во сне ему уже являлось нечто подобное.

Когда яд снежной бури отравил его и погрузил в забвение, Венд видел Ресана, превратившегося в девушку и шагнувшего в пламя очага. Видел незнакомого старого шамана, вышедшего из этого же пламени, а потом видел еще и Арона, который, правда, появился не из огня, а из темноты.

Сейчас никаких следов его лучшего друга юности в юрте не наблюдалось, но человек, шагнувший из очага, один в один походил на старого шамана, заявившего Венду в том видении, что его «линии стерты и дух не слышит». Сейчас вышедший из пламени шаман ничего не говорил, изучая Венда в молчании. Потом медленно кивнул.

— Путешествие в мир духов открыло и твой дух. Хорошо. Иди в степь.

— Что?

— Иди в степь в сторону заката и найди меня, пока я еще жив, — сурово повторил старый шаман и раскрытой ладонью хлопнул Венда по груди напротив сердца, а потом коснулся ошейника. И сделал это так быстро, что опешивший воин не успел даже вздрогнуть — а потом понял, что ни хлопка, ни прикосновения не почувствовал. Словно шаман, вышедший из очага, был бестелесным.

— Поспеши, — продолжал говорить шаман, — но двигайся бесшумно и незаметно. Никто не должен тебя увидеть. Когда найдешь мое тело, вернись с ним также незаметно и положи его здесь, рядом с очагом.

Венд открыл рот, чтобы спросить, что это все значит, кто такой этот шаман, почему его тело оказалось в степи и с какой стати он вот так уверенно распоряжается Вендом. Открыл, но не спросил, потому что едва первый вопрос оформился в слова, его будто вымело из мыслей Венда. А следом за тем исчезли и все остальные вопросы. В голове стало пусто и гулко.

— Ступай! — с силой повторил шаман, и Венда развернуло на месте, а ноги успели донести его до выхода из юрты прежде, чем он сообразил, что шаман каким-то образом подчинил его тело своей воле.

Почему?

Как?

Что все это значило?

Исчезнувшие было вопросы вернулись, но задавать их тут, среди высокой степной травы, было некому. Вопросы вернулись, а вот контроль над телом — нет.

Идти пришлось около часа. Каким-то непостижимым образом Венд знал верное направление, а его ноги сами избегали наступать в невидимые в темноте ямы.

Тело он увидел, только почти запнувшись о него. Думать о том, что и как лучше делать дальше, не пришлось. Приказ шамана опять подействовал прежде, чем Венд успел его осознать, и он подхватил темную и вроде еще дышащую массу на руки и понес назад прежде, чем понял, что делает.

Слабаком Венд себя не считал, но в его обычные тренировки не входило таскать на себе взрослых людей, да еще так неудобно, держа на руках. Если бы он мог перекинуть тело себе через плечо, дело пошло бы быстрее… «Нет, перекидывать нельзя», — приказ шамана обозначился в его голове даже раньше, чем он успел об этом подумать, а потом, будто смилостивившись, пришло объяснение: — «Нести нужно очень осторожно, иначе мое тело умрет».

На обратном пути Венд несколько раз садился на землю отдохнуть, и всякий раз уже через пару минут мысленный приказ поднимал его на ноги, заставлял вновь поднять ношу и шагать дальше.

Самым странным во всей этой ситуации было то, что на шамана, залезшего ему в голову и раздающего приказы, Венд даже не злился. Нравиться это ему не нравилось, но злости не было. Словно бы на службе от командира ему достался неприятный приказ, который все равно следовало выполнить.

А может дело было в том чувстве тревожного ожидания, которое давило на Венда долгие часы до заката, а теперь прошло, и можно было вздохнуть с облегчением: «Вот и проблема, которую я предчувствовал».

Тууры, как обычно охранявшие стойбище, Венда отчего-то не заметили, хотя он со своей ношей прошел всего в тридцати шагах от ближайшего часового. Не только люди не заметили, но и сторожевые псы, бегавшие рядом с ними, не почуяли.

«Я отвел им глаза и поменял направление ветра», — объяснил голос шамана в голове Венда. — «Торопись!»

Оставшееся расстояние до юрты Венд практически бежал. Внутри, следуя приказу, положил ношу рядом с очагом, который за время его отсутствия успел погаснуть. А потом, с огромным облегчением, свалился рядом. Все тело ныло от усталости, а в голове вновь стало так пусто, словно все мысли оттуда вымела, перепутав с мусором, рачительная хозяйка.

Венд не знал, сколько времени он вот так пролежал на полу, но вряд ли долго, поскольку его изможденные мышцы еще не успели понять, что это действительно отдых. Очаг вспыхнул, уже знакомо поднялся огненной человеческой фигурой, которая выступила на пол, тут же потеряв огненную оболочку и став тем же старым шаманом. На Венда в этот раз он не обратил внимания. Скорчился над принесенным телом, а потом рассыпался горстью искр.

Венд моргнул и с трудом приподнялся на локте. Сквозь отупляющую усталость пробилась мысль, что ему нужно что-то сделать. Что все происходящее очень странно и важно. И вообще…

Тело шевельнулось и тут же зашлось хриплым кашлем.

В свете все еще горящего очага Венд пригляделся. В ночной степи ему не удалось разобрать, на что походило тело, которое он нес, но сейчас Венд видел, что это и впрямь был тот самый шаман, вышедший из очага. Только вот вид у него был куда грязней и болезненней, а одежда мало напоминала торжественное одеяние с пришитыми к нему черепами цуэго. Вместо этого тело прикрывали темные лохмотья, будто снятые с чучела.