Чтение онлайн

Тонгил не возразил ни на ее предложение пройтись, ни на то, как крепко она в него вцепилась. Лишь повернулся в сторону, противоположную лестнице, и они медленно зашагали вперед, к беседке, увитой зеленым плющом.

— Я бы хотела узнать про своего брата, Ваше Величество. Вы ведь забрали в заложники моего брата. Помните?

— Риена ар-Корма, верно? — проговорил Тонгил задумчиво. — Да, помню. Похож на вас, милая тэра, хотя, конечно, вы куда красивее. Забавный парнишка со склонностью попадать в неприятности.

— Какие неприятности? — несмотря на все усилия сдержаться, голос Росаны дрогнул. — Он… он жив?

— Конечно, — отозвался Тонгил успокаивающим тоном. — Не беспокойтесь, ничего страшного с ним не случилось. Он всего лишь почти убил эльфийского принца, без разрешения проник в мои покои, украл там несколько книг, подслушал разговоры начальника стражи, попался в ловушку шпиона-стронтовца, участвовал в краже одного из моих артефактов, бежал из замка и был выброшен стронтовцем в открытое море…

Росана слушала, как Тонгил добродушным тоном перечисляет все эти события, и чувствовала, как волосы у нее на голове, несмотря на высокую прическу, становятся дыбом.

— Он точно жив? Цел? С ним все в порядке? — перебила она его, не выдержав.

— Цел и невредим, — уверил ее маг.

— Тогда почему вы не позволите ему вернуться домой? — факт отсутствия Риена в семье Росана проверила в первую очередь, до того, как отправилась во дворец.

— Он сам не хочет возвращаться, — отозвался Тонгил. — Это его выбор.

"Не хочет…"

Росана вновь вспомнила слова Риена: "Я не вернусь… Тех, кто с ним был, он метит… Если он расскажет, мне лучше в петлю…"

Магия феано достигла своего пика? Тонгил сейчас отвечал на все ее вопросы, а выражение его лица стало еще более добрым. Может быть, пора?

Росана осторожно потянулась за оружием. Хотя чернобородый и говорил, что, когда магия феано достигнет максимума, Тонгил не попытается защитить себя, даже если она открыто достанет клинок и ударит его в шею, рисковать Росана не хотела. Ножны были прикреплены у нее вокруг бедра, а платье, из нескольких слоев ткани, имело удобный разрез, позволяющий легко достать нож, но при этом невидимый со стороны.

— Знаете, милая тэра, — продолжал между тем говорить Тонгил, — когда я увидел вас, то, честно признаюсь, подумал вовсе не на Росану ар-Корм. Вы удивительно похожи на одного моего хорошего знакомого. Даже сильней похожи, чем на вашего брата…

— Ваше Величество, — перебила его Росана, — прошу прощения за дерзость, но на спине вашего комзола налипла паутина. Вы позволите мне ее снять?

— Паутина? — удивился тот. — На мне же щиты.

Росана с трудом удержалась, чтобы не ударить себя ладонью по лбу. Ну конечно, щиты ведь закрывают мага от абсолютно любого воздействия! О какой паутине может идти речь, если он остался невредимым, даже вдохнув ядовитую пыль.

Но Тонгил уже повернулся к ней спиной.

— Раз паутина налипла, то, конечно, нужно ее убрать, — сказал добродушно. — Будьте так любезны, милая тэра.

Вот как оно работало, глубокое доверие, вызванное магией феано! Настолько глубокое, что Тонгил поверил ее словам, хотя они противоречили давно известным ему фактам.

— Сейчас, Ваше Величество, — сказала Росана и потянула клинок из ножен, выбирая место для удара.

В горле встал ком.

Бить со спины было подло.

Она знала, что это подло.

Но у нее не было другого выхода. Ради брата…

Сейчас…

— Кстати, — продолжил между тем говорить Тонгил, — этого моего знакомого, на которого вы так похожи, звали Ресан.

Росана замерла.

— Мы путешествовали вместе некоторое время, — сказал Тонгил. — И знаете, милая тэра, вы похожи на Ресана не только внешностью. Порывистость движений, то, как быстро меняется у вас выражение лица, даже жесты…

— Путешествовали? — повторила Росана, прервав его, и смутно удивилась тому, насколько чужим прозвучал ее собственный голос.

— Вы уже сняли паутину? — между тем поинтересовался Тонгил, поворачиваясь, и удивленно взглянул на нож, который Росана так и держала в руке. — Зачем вам оружие? — Потом он рассмеялся. — Или на мне сидел живой паук и вы хотели его убить?

Росана сглотнула.

— Да, сидел, — выдавила с трудом.

— И убили?

— Он… сам спрыгнул.

— Вот и хорошо, — Тонгил улыбнулся, потом добавил ласково: — Вы сильно побледнели, милая тэра. Неужели так боитесь пауков?

— Да… боюсь… — Росана отвечала, не вдумываясь в смысл слов. Просто говорила, чтобы что-то сказать, чтобы мысли в голове успели как-то уложиться.

Вместе путешествовали? Нет, этого не могло быть. Просто совпадение. Ресан не такое уж редкое имя. Мало ли кто может быть тезкой придуманному ею образу, мало ли с кем Тонгил мог встретиться…

— Вместе путешествовали? — повторила она вслух.

— Ах да, насчет путешествия, — сказал Тонгил, потом тихо засмеялся. — С ним получилось забавно. Я тогда только-только воскрес из мертвых. И вот представьте, милая тэра, вылезаю я из могилы, магии нет, денег нет, слуг нет, даже коня нет. Хорошо хоть в кошеле нашлась шаманская маска на четырех якорях, чтобы сойти за обычного человека.

— За какого обычного человека? Как… как его звали?

Тонгил пожал плечами.

— Новое имя я придумал на ходу, как раз когда впервые познакомился с этим Ресаном, на которого вы так похожи, милая тэра… Меня звали Тибор Цинт.

Росана ощутила, как подкашиваются ноги, а мир вдруг шевельнулся и поехал в сторону. Еще и солнце решило закатиться раньше положенного времени — все вокруг начало стремительно темнеть.

— Что с вами, милая тэра? — донесся до нее голос будто откуда-то из гулкого колодца. — Вам плохо?

Росана хотела ответить, но не могла.

Потом что-то горячее прижалось к ее лбу, настолько горячее, что обожгло кожу. Но темнота отступила и мир перестал вращаться.

— Ну вот, уже лучше, — сказал Тонгил, убирая руку от ее лба, но продолжая придерживать под локоть. А потом добавил укоризненно: — Разве можно падать в обморок с оружием в руке? Посмотрите, вы поранились, а если бы я не успел вовремя, отрезали бы себе палец. Милая тэра, будьте осторожней!

После этих слов Росана действительно ощутила боль в правой руке. Похоже, клинок неловко соскользнул и теперь по ее ладони из нескольких порезов текла кровь. Впрочем, уже не текла, а впитывалась сквозь кожу, а порезы затягивались на глазах.