Дэрриан против мрачного барона
Шрифт:
Как уж Солия умудрялась не упустить из виду маленького, быстро перемещающегося зигзагами зверька, не важно, но погоня продолжалась достаточно долго. Видимо в какой-то момент животное сообразило, что можно попытаться затеряться в высокой траве и побежало в сторону большой поляны с бурьяном по колено. Конечно же, все последовали за ним.
Выскочив на открытое место, кручик стал описывать большую дугу, девочки точно копировали его траекторию, видимо Солия угадывала положение беглеца по колышущейся траве.
Арсений, к тому моменту уже порядочно отставший, рванул наперерез. На бегу он заметил прямо по курсу участок с более темной травой, которая, к тому же, была значительно ниже. В запале не придав этому значения, он направился прямо через это пятно и поплатился: на полном ходу он с головой окунулся в закрытое растительностью озерцо. Водоем, по-видимому, питался от бившего из-под земли холодного родника.
Разгоряченный бегун, неожиданно приняв ледяную ванну, испытал такую «встряску», что одним прыжком выскочил на сушу. Впрочем, оглядывать себя времени не было, девочки быстро удалялись и уже порядочно утомившийся от беготни Арсений вновь максимально напряг ноги и легкие.
На его счастье, до конца погони оставалось немного.
Зверек, также утомленный безмерной прытью детей, забежал под большущий камень.
Когда вконец загнанный человек подбежал к новому месту действия, то увидел такую картину:
Большой, гладкий валун имел вытянутую и вогнутую форму. Причем лежал он горбом вверх, а под ним образовалось что-то вроде тоннеля – именно туда и забежал зверек.
С двух сторон, лежа на животах, расположились девочки: Солия, с самого начала желавшая поймать его и Виса, в азарте забывшая о том, что она старше и должна приглядывать за подружкой – теперь ей самой не терпелось извлечь живую игрушку.
Арсений мог бы просунуть под него руку и достать беглеца, но предпочел не связываться с незнакомым животным.
Впрочем, он на всякий случай поинтересовался:
– А он не опасный? Не ядовитый?
– Нет, – ответила Виса, – не ядовитый, вообще не кусается, только наши продукты грызет, если не спрятать.
– Сейчас мы его поймаем, – заявила Солия, – ты карауль с той стороны, а я подгоню его веткой.
Поскольку подходящей палки под рукой не оказалось, Солия, поднявшись на коленки, стала оглядываться по сторонам.
Видимо, когда у одного из выходов стало светлей, зверек решил, что он больше не охраняется. Однако стоило ему попытаться улизнуть, как заметившая это Виса совершила головокружительный прыжок. Прямо из лежачего положения она умудрилась настолько стремительно рвануть вперед, что, пролетев вдвое превышающее ее рост расстояние, столкнулась лбами с охнувшей Солией. При этом, падая на землю, девчушка все же умудрилась схватить животное за короткий хвостик.
Солия видя, что предмет ее внимания все-таки пленен, тут же забыла о столкновении и с восторгом выхватила из рук Висы кручика.
Маленький рыжий красавчик, Арсению он тоже показался симпатичным, некоторое время обреченно сидел на руках детей, потом сделал попытку спрыгнуть на землю, при этом был немедленно сцапан все за тот же многострадальный хвост и взят поперек туловища.
Впрочем, видимо кручик решил, что все лимиты общения с ним девочки исчерпали и начал, попискивая, выворачиваться из их рук. Девчонки упорствовали и, в итоге их пленник настолько сердито фыркнул, что даже стоявший рядом Арсений подпрыгнул.
От неожиданности подружки выпустили зверька, который немедленно спрятался под тем же камнем.
– Ну, все, хватит, – заявила Виса, – достаточно поиграли. Пора возвращаться на дорогу.
– А где она? – спросила Солия.
От этого вопроса у Арсения екнуло сердце: «Не хватало еще заблудиться в незнакомом мире, в компании с чужими малолетними детьми» – подумал он.
Впрочем, Виса, видимо бывавшая на этой поляне раньше, с уверенностью заявила:
– Да вон там она, за теми кустами.
К счастью девочка оказалась права и компания, вернувшись на мощеную тропу, продолжила путь.
Глава четвертая
В то время, когда Арсений со своими провожатыми достиг цели их путешествия, далеко на юге разразилась сильнейшая гроза.
Это было очень странно, поскольку в текущий сезон их во всем Градни никогда не бывает (позже Арсений узнает, что словом Градни называют свой мир представители всех стран, которые только есть на обширном континенте).
Жители Сура – страны, где произошло это неожиданное событие – в изумлении побросали дела и с непонятно откуда взявшейся тревогой поглядывали на рассекающие небосклон ветвящиеся проблески, становящиеся все ярче.
Когда глаза большинства сурьян (так называли себя граждане страны Сур) стали уже с трудом выдерживать силу вспышек, а у некоторых и вовсе начали слезиться и болеть, на землю хлынули упругие потоки дождя. Разбушевавшаяся стихия образовала настолько плотную водяную стену, что казалось, еще немного и для воздуха не останется места.
Затем, посреди большого поля, в воздухе образовались три небольших вихря. Появившись, они, сначала с небольшой территории, стали стягивать к себе обрушающиеся на землю потоки. Чем больше воды поглощали эти все ускоряющиеся воронки, тем сильней и грозней они становились. Вот уже и не только вода стала питать бушующие ураганы – трава, а затем и более крупные растения, вырываемые из земли, присоединялись к бешеным каруселям.
Сурьяне, боясь оказаться игрушками разбушевавшихся стихий, спешно похватали детей и в страхе разбежались.
В конце концов, когда все три воронки выросли настолько, что готовы были соприкоснуться краями, они вдруг резко притянулись друг к другу. Раздался оглушительный треск, на большом расстоянии от озарившей все вокруг вспышки на мгновение стало очень горячо и тут же все стихло. Только собранные в кучу вывороченные с корнями вековые деревья и полегший вокруг места недавно развернувшегося действа лес, напоминали о произошедшем событии.
Убежавшие от смерчей жители вскоре несмело потянулись к месту происшествия. Находясь еще довольно далеко от поля они, с изумлением, увидели появившуюся в его центре постройку. Это было похоже на несколько соединенных между собой бревенчатых срубов. Впрочем, местные таких сооружений никогда не видели – это Арсений, к тому времени, когда он увидел это строение ставший Дэррианом, так выразился.