Чтение онлайн

Иван III вел две войны с Литвой. В 1492 г. московские полки во главе с воеводами Василием Патрикеевым и Даниилом Щеней пересекли литовский рубеж и овладели Вязьмой, а рать рязанского князя взяла Мещерск и Серпейск. Вскоре пали также Любутск, Рогачев, Опаков. Одновременно войска союзника Ивана III, крымского хана Менгли-Гирея, напали на южные районы Литовского княжества. Не в силах эффективно защищаться, литовский князь Александр I запросил мира и в знак вечной дружбы попросил у Ивана Васильевича руки его дочери Елены от брака с Софией Палеолог. Иван III дал согласие на брак, но прежде свадьбы решил уладить государственные дела. По миру, заключенному с Литвой в январе 1494 года, город Вязьма и вотчины князей Одоевских, Воротынских, Новосильских и Белевских отходили к Москве. И что особенно важно, в договорной грамоте с литовским князем свой государственный титул Иван III расписал так: «Божию милостью государь всея Руси и великий князь владимирский, московский, новгородский, псковский, тверской, югорский, пермский, болгарский и иных». Здесь впервые Иван III от лица московских государей предъявил претензии на две части Русской земли, из которых одна была под властью Литвы.

В 1495 году совершилось бракосочетание Александра и Елены. Литовский великий князь дал обещание тестю не понуждать жену к католичеству. Отпуская дочь в Литву, Иван Васильевич строго-настрого наказал: «К латинской божнице ей не ходити, а ходити ей к своей церкви». Но Александр не сдержал обещания, он все время конфликтовал со своей женой Еленой, стремясь обратить ее в католическую веру, кроме того, он занялся насильственным обращением православного населения своего княжества в католичество. В этом ему большую поддержку обещал Римский папа Александр Борджия, знаменитый клятвопреступник и отравитель. Все это вызнало всплеск новых отъездов православных князей в Москву и новую русско-литовскую войну (1500–1503 гг.), которая обернулась для Литвы поражением.

В 1500 г. Иван III двинул на Литву две сильных рати. Одна из них под командованием воеводы Якова Кошки в союзе с казанскими татарами хана Магмет-Аминя действовала в направлении Брянск–Путивль. Этой ратью были заняты города Мценск, Серпейск, Брянск и Путивль. Другая рать численностью в 40 тыс. чел. под командованием воеводы Даниила Щени двигалась на Дорогобуж и 14 июля 1500 г. встретилась на реке Ведроша в 5 км. от Дорогобужа с равной ей по численности литовской ратью под командованием Константина Острожского. Сражение на реке Ведроше стало центральным событием русско-литовской войны (1500–1503).

В начале битвы русский передовой полк мнимым отступлением заманил литовцев на противоположный берег реки, где они были атакованы основными силами войска Щени. Когда все литовцы втянулись в бой, находившийся в засаде сторожевой полк воеводы Юрия Кошкина напал на них с тыла, разрушил мост и отрезал им путь к отступлению. Попавшие в западню литовские полки обратились в бегство и потерпели сокрушительное поражение. Только убитыми литовцы потеряли 8 тыс. чел. Большинство же попало в плен, в том числе сам Острожский и другие именитые военачальники. Русские захватили всю литовскую артиллерию и обоз. Сражение на Ведроше стало первой значительной победой русских в войнах с Литвою. День победы над литовцами был объявлен в Москве праздничным.

В следующем году русские добились нового внушительного успеха. Осенью воеводы Семен Воронцов, Григорий Федорович с войсками перешедших на сторону Москвы князей осадили Мстиславль (город в восточной части Белоруссии). На помощь осажденным подошла литовская армия во главе с князем Михаилом Ижеславским и воеводой Дашковичем. 14 ноября 1501 г. в окрестностях Мстиславля оба войска встретились. Литовцы снова потерпели жестокое поражение, потеряв около 7 тыс. чел. и все знамена. Многие литовские воины попали в плен. Однако московские воеводы не воспользовались результатами столь значительного успеха. Они ограничились разорением Мстиславльских областей, а затем возвратились с войском в Москву.

После того как война с Москвой для Александра начала складываться неудачно, ему на помощь пришел Ливонский орден. Союзником же Ивана III оставался крымский хан Менгли-Гирей. Осенью 1501 г., в ответ на нападение ливонцев на Изборск и Остров, московская рать во главе с воеводой Щеней вторглась в Ливонию. 18 октября 1501 г. под городом Гельмедом Щеня нанес сокрушительное поражение ливонской армии магистра Плеттенберга. После этой победы русские совершили рейд по Ливонии вплоть до Ревеля (Таллина), а затем повернули обратно. Отсутствие у них опыта взятия мощных каменных крепостей и осадной артиллерии не позволило добиться более значительных успехов.

Тем временем летом 1502 г. другая русская армия осадила Смоленск. Но и здесь сказалась нехватка опыта осады крупных крепостей. Из-за недостатка съестных припасов русским пришлось отступить. Война со стороны Ивана III приняла характер отдельных рейдов. Не осаждая города, русские рати периодически вторгались в литовские земли, а затем возвращались с добычей домой. В этой войне Москва вновь действовала наступательно, ведя боевые действия на чужой территории. В отличие от литовской армии, русская имела единый национальный состав, что усиливало ее монолитность и сплоченность. Александр же, не рассчитывая на поддержку своих православных подданных, вынужден был прибегать к услугам иностранных наемников, что значительно увеличивало финансовые затраты на ведение войны.

Потеряв значительное число воинов и не надеясь на удачный исход войны, литовский князь ускорил мирные переговоры. В начале 1503 г. литовцы и русские заключили перемирие. По нему Иван III закрепил за собой огромные территории на западе, в бассейне Десны и верховьев Оки, с городами Гомель, Дорогобуж, Брянск, Чернигов, Мценск и др. Всего под власть Русского государства перешло 19 городов, 70 волостей, 22 городища и 13 сел.

Таковы были блистательные следствия войны, предпринятой Иваном III для защиты православия среди русского населения литовских областей, и выигранной благодаря славным победам его доблестных воинов и искусству верных своему государю воевод. Условием мира с Литвой было и еще то, что по требованию Ивана III у его дочери Елены, литовской княгини, в сенях была поставлена греческая церковь. При этом он добавил: «А начнет брат наш дочь нашу принуждать к Римскому закону, то пусть знает: мы этого ему не спустим, будет за это стоять, сколько нам Бог пособит».

Перемирие (с сохранением прежних границ) заключил с Москвой и Ливонский орден. Жители ливонского Дерпта (Юрьева) обязались платить дань московскому князю, который считал, что этот город, основанный еще Ярославом Мудрым, является владением России, и был незаконно захваченное крестоносцами.

Естественно, литовский князь, а к тому времени и польский король Александр I не мог смириться с потерей столь больших своих владений, он мечтал только взять реванш у Ивана III. Но и московский князь не мог остановиться на достигнутом, он писал Александру: «Отчина королевская – земля польская и литовская, а Русская земля – наша отчина. Киев, Смоленск и многие другие города – давнее наше достояние. Мы их будем добывать. Хотите вечного мира, отдайте Смоленск и Киев».

Пришлось Ивану III воевать и со Швецией. В разгар первой войны с Литвой, весной 1492 г., на правом обрывистом берегу р. Наровы, недалеко от впадения ее в море, напротив города Нарвы, принадлежащего Ливонскому ордену, состоялась закладка русской крепости, нареченной Ивангородом, которая должна была стать русским форпостом на Балтике. Это серьезно обеспокоило Швецию. В августе 1496 г. войска правителя Швеции Стена Стуруа на 70 судах, вооруженные артиллерией, вошли в устье реки Наровы и захватили Ивангород. Вскоре, узнав о вышедшем из Пскова большом русском войске, Стуруа разрушил город и ушел в Выборг. Ивангород был быстро восстановлен и еще более укреплен.

Но Иван III не только военными усилиями пробивался на Запад. Он многого достиг на пути дипломатического и культурного в сношении с Западной Европой. Как ни странно, но только при Иване III в Западной Европе впервые узнали, что восточнее Польши и Литвы существует большая независимая от них держава. Это открытие сделал немецкий рыцарь Николай Поппель, путешествовавший из любопытства по отдаленным странам и заехавший в 1486 году в Москву. Возвратясь домой, он объявил германскому императору Фридриху, что великий князь Московский не только не подвластен польскому королю, но гораздо сильнее и богаче его.