Чтение онлайн

– Что тут творится?

– К сватанью все готовятся.

– Как это? Вы что, всем рассказали?

– Конечно. Все счастливы!

Я подумывала не грохнуться ли мне в обморок, тогда меня бы может в больницу отвезли… Кстати, а сам Фео разве сейчас не в больничке?

– Слушайте, Серафима Игнатьевна, а ведь Феоклист в больнице. Как же сватать будете без него?

– Не беспокойся, он будет!

Да, я могла бы сказать «Валите Вы, Сера, со своим Фео к чертям собачьим!«, но нет, блин! Это треклятое чувство вины перед его травмой не позволяет. К тому же ну что им стоит накатать на меня жалобу в прокуратуру? После второго привода в полицию, да еще и без помощи Шера, выбраться оттуда будет затруднительно. Так что надо обсуждать ситуацию исключительно с самим пострадавшим, а для этого надо его дождаться. Или попробовать переубедить старушку.

– Послушайте, но мы с Феоклистом вроде как не испытываем друг к другу нежных чувств.

– А нежных и не надо!

– И какие тогда надо?

– Какие надо узнаешь. А пока раздевайся. Надо бы уже скорее надеть на тебя платье и причесать.

Она принялась осуществлять все свои коварные замыслы по поводу меня, а в комнату вбежал Сеня с камерой и начал меня снимать.

Серафима обрядила мое тело в свой подвенечный наряд, к слову сказать, довольно простенькое платье без причуд и неожиданных аксессуаров.

– Ты суперски выглядишь, – сделал мне искренний комплимент братишка и ускакал снимать нечто более интересное.

Затем бабулька с непередаваемым садистским удовольствием делала мне начес, а после нашпиговала результат какими-то вонючими перьями. Мои гениально исчерканные ручкой руки она долго и упорно оттирала спиртом, так сильно, что я думала, у меня теперь там дырки будут. Макияж она доверила мне самой, сославшись на то, что спешит, а меня хитрым образом обманула и закрыла на балконе. В дождь. Я стучала и призывала к ее совести, но старушка подняла вверх большой палец и наказала ждать, это я прочла по ее губам, потому что мой любимый, обожаемый, самый лучший на свете папа установил во всей квартире звукоизолирующие окна! И мои крики никто не слышал. Счастье, что сверху есть небольшой козырек карниза, под ним я и спряталась, проклиная весь белый свет.

А тем временем в квартире царил настоящий хаос. Еще час назад раздался звонок, обманчиво не предвещавший ничего плохого. На пороге стояли Сера и Грипп, быстро введшие семейство в составе Максима, Сони, Сени и Стаса в курс дел. Каждый воспринял это по-своему. Максим тут же принялся изображать из себя модель броуновского движения, вспоминая, как проходят подобные события. Соня немного пребывала в ступоре, соотнося в голове, каким образом эти две неугомонные пенсионерки имеют отношение к Шерхану. Ничего не придумав, она спросила кто жених, на что те недоуменно уставились на нее и в один голос ответили:

– Феоклист!

– Это который ваш внук? – решила уточнить Соня у Агриппины.

– А есть сомнения? – с вызовом поинтересовалась у нее будущая родственница.

Сонька лишь покачала головой, загадочно ухмыльнулась и отправилась к папе, который даже не удосужился испросить, кто жених, узнать свою роль в подготовленном им на ходу сценарии. Нашлась роль и для Стасика, несмотря на все его тщетные попытки закрыться в комнате, а также правомерные увещевания и воззвания к здравому рассудку.

– Пап, у нас тут как бы семейная драма, – предпринял он последнюю попытку уговоров. – Лену замуж уже выдаем. А мы ведь еще наличие у нее парня толком не осознали и не переварили.

На что Максим лишь закатил глаза, пропустив мимо ушей последнюю фразу. Его зацепило слово «драма», а все остальное было лишним:

– Замечательно! Значит, так. Слушаем, все, сюда! Семья, прошу внимания! – вопль самозваного организатора был достаточно интригующим, чтобы оставить его без внимания, так что он возомнил себя великим режиссером и приступил к тщательнейшему выносу мозгов, который продлился, по общим ощущениям, вечность.

В итоге, все роли были розданы, декорации подобраны, обделив лишь Сеню, но он нисколько не расстроился, сразу же взявшись оперировать проект.

Старушки уперлись восвояси с секретными мордочками, а семейство Матвеевых развило бурную подготовку. Вскоре Сера привела будущую невесту Лену, а значит оставалось совсем немного времени до прихода сватов.

Безумные мельтешения прервал очередной звонок в дверь. Но оказалось, что это вернулся Родион, а не ожидаемые всеми сватьи бабы бабарихи.

– Скорее, Род, не задерживай народ, – хохотнул его младший брат, затаскивая в квартиру.

– К чему спешка? – удивился тот, неспешно снимая обувь.

– Не тормози! Дочь замуж выдаем!

– Какую еще дочь? Соньку что ли? – округлили глаза Род. – Так она ж маленькая еще.

– Ха! Приколист. Не мою, конечно же, пусть подрастет сначала.

– И какую тогда?

– Твою! – радостно возвестил Максим. – У нас больше в наличии дочерей детородного возраста, пригодных для создания ячеек общества нет.

– Стоп-стоп. А моей разве не рано? – ему в лицо ткнулась камера, и он автоматически начал говорить на нее, ощутив себя на модном ток-шоу. – Она же еще не готова к семейной жизни. Ей всего ничего… И я! Я не готов к ее семейной жизни. Это же мне что? В деда превращаться надо будет? Нет, я не готов.

– Тебя никто не спрашивает, – отрезал Макс.

С лестничной клетки стали доноситься мелодичные звуки, нарушающие тишину подъезда. Раздалась трель звонка. Максим двинулся открывать. Рядом с ним маячил Сеня, а Род в прострации сидел на тумбе. Все происходящее он видел и прекрасно слышал, но не мог вмешаться, пребывая в заторможенном состоянии с ярко выраженным похерфейсом.

– Здравствуйте! – с порога завопили две бабки. – Здравствуйте!

У одной подмышкой печально извивался несчастный петух, а другая гордо несла ароматный каравай. За ними маячил Пирожкович, принарядившийся в народный костюм, он держал в зубах тюльпанчик и играл на гармони незамысловатые веселые мелодии, под которые Сера и Грипп пританцовывали.

«Цирк-шапито на выезде». Так решил назвать эту съемку Сеня.

– Здравствуйте, гости дорогие! – зычно поприветствовал из Максим, поправляя вставленную в шевелюру искусственную ромашку.

Сера тут же подхватила:

– Неспроста мы к вам приехали издалека. Вот есть у нас петушок, – она подняла над головой бедную птицу, представляя ее общему вниманию. – Хорош собой, мыслями светел, работящий… Да вот беда, нет у него курочки рядом.

– Беда-беда, – покачал головой Макс, подыгрывая Сере.

– А мы ему курочку где только не искали! – вклинилась Агриппина.

– Дома у нас еще не искали, – полушепотом хохотнул себе под нос Сеня, переводя камеру с одного лица на другое.