Держи меня крепче
Шрифт:
– Я куплю, – у меня отвисла челюсть.
Нет, не потому что я удивлена его богатству, а потому что мне еще никогда парни не делали подарков…
– Но… это же дорого…
– И что? Я должен с мымрой болотной идти? – огрызнулся он.
– Я отдам тебе деньги, – решительно заявила я, затихнув.
– Не надо, обойдусь.
– Ну, уж нет.
– Хорошо, отработаешь?
– Что? – мои глаза поползли вверх, а этот гад премерзко загоготал.
– Что слышала.
– Ты маньяк.
Мы как раз проходили магнитные ворота. Пингвин-охранник очень внимательно оглядел нас с ног до головы, но приставать не стал.
– На нас из-за тебя косятся, – шикнул на меня Шер.
– Из-за тебя.
– Ну, да. В принципе, ты права. Из нас двоих красавчик я.
Я злобно сжала кулачки и уже приготовилась поколотить его мощную спину с рельефными мышцами, так призывно выпирающими даже из-под футболки, что хотелось их потрогать, как он, наконец-то, скинул меня с плеча, остановившись около прозрачной витрины.
Я даже не заметила, как мы сюда добрались.
Артем открыл передо мной дверь и сделал приглашающий жест рукой. Я хмуро посмотрела на него, решив убить в другой день и вошла. К нам тут же подбежала курносая девочка-продавец на высоченных шпильках и с милой улыбкой на устах, которая сменилась брезгливостью, едва ее взгляд коснулся меня. Я что, так ужасно выгляжу?
– Здравствуйте, – пролопотала она. – Чем я могу вам помочь?
Судя по ее тону, она была уверена на все сто процентов, что нам, то есть конкретно мне, помочь может только салон красоты. Зато к Шеру эта овечка относилась весьма благосклонно.
– Елена, – сладко пропел он, я обернулась, наивно предполагая, что он зовет меня… Его рука потянулась к кукольному личику консультантки, хлопающей глазами и ловящей каждое его слово. – Вы же поможете нам?
Его взгляд теплой волной касался ее волос, глаз, губ…
Ох, ни фига себе! Он может быть таким… таким… обаятельным…
Я аж на пуфик плюхнулась, но, не рассчитав траектории падения попы, промазала и проехалась по полированному полу на своей пятой точке.
На меня воззрились две пары глаз. Одна насмешливо, другая недоуменно. Сразу захотелось провалиться сквозь пол.
– Вам плохо? – склонилась ко мне девушка, поборов свою брезгливость.
– Нет, все нормально, – заверила ее я.
Посчитав своим долгом выразить обеспокоенность, с другой стороны склонился Шерхан:
– Как ты, малыш?
– Нормально, – фыркнула я, прочувствовал в его голосе фальшь, и вскочила на ноги.
– Супер, – он вновь переключил внимание на девушку, теперь сидящую рядом с ним на корточках: – Так как, вы поможете?
– Да, с огромным удовольствием я помогу вам и вашей… – она скосила взгляд на меня, но, не углядев во мне соперницу, добавила: – спутнице.
– Спасибо, – у меня такое ощущение, что он сейчас ее взглядом поглотит.
– В чем же заключается ваша просьба?
Теперь он склонился прямо к ее уху и начал что-то горячо шептать, а она вздрагивала, улыбалась и кивала.
Вот же хам, при мне клеит девицу. Нет, я ему никто, но это все равно так отвратительно. Еще бы засосом ее угостил.
Достав из кармана карту, он вложил ее в руки растаявшей консультантки.
– Все будет исполнено, – произнесла девушка, а Артем встал с корточек, кивнул мне и сказал, чтобы я ее слушалась. Сам же он направился к выходу.
– Эй, а ты куда? – тут же принялась я возмущаться.
– Подожду тебя внизу. Ненавижу шоппинг, – он изобразил рукой жест, рубящий голову, помахал на прощание и счастливо свалил, оставив меня в компании мнимо-дружелюбной продавщицы.
– Девушка, пойдемте выбирать платье, – она схватила меня за руку и потянула вслед за собой, как куклу.
Проходя мимо зеркала, я наконец-то поняла, чем вызвано ее недовольство мной. Конечно, я же не додумалась сменить дачную одежду на городскую. Поэтому я в трениках и футболке, да еще вся в пыли, будто ночь на мусорке ночевала, и с паутиной в волосах.
– А он ваш парень? – невинно поинтересовалась консультантка.
На что я добродушно ее заверила:
– Нет, что вы, боже упаси! – затем, решив, что этого недостаточно, я ей доверительно шепнула: – Он, знаете, вообще не по этим делам…
– Каким делам? – повелась девица.
– Ну… он на самом деле девушками не интересуется…
– Да ладно? – махнула она рукой, не веря.
– Это все только для виду.
– Правда?
– Да, – я печально вздохнула.
– Серьезно?
– Абсолютно.
– Вот так дела…
У Елены отвисла челюсть и забегали глазки. Правда, отношение ко мне брутально изменилась, почему-то она стала меня жалеть, решив, что я безнадежно влюблена в Шера, а он-то «не по этим делам». В ней проснулась дикая сплетница-болтушка. В общем, часа через два, когда я с ее помощью подобрала белье, платье, туфли, сумочку, а затем в салоне напротив по наставлению все той же Елены сделала макияж и прическу, узрев себя в зеркале, даже не узнала. Всё на мне было выдержано в коричневых тонах, делая элегантной и немного возвышенной. Облегающее платье, струящееся по телу легким шелком, босоножки со стразами… Увидь на улицу такую девушку, можно было бы решить, что она модель… Удивительно, что гадкого утенка может получиться лебедь. Правда, на один вечер…
Я спустилась вниз и поискала глазами своего спутника. Как назло, его нигде не было. Зато я собирала взгляды. Что было вообще нереально. К тому моменту, когда я решила, что этот козлина бросил меня здесь одну, а один настойчивый паренек умолял дать ему мой номер телефона и не верил, когда я говорила, что телефона у меня нет, на мое плечо опустилась тяжелая рука, обозначая свое право владения. Руку тут же захотелось скинуть, а еще сломать. Но что может слабая девушка против орангутанга?..
– Эй, парень, если сейчас же не отстанешь от девушки, то можешь завещать свои органы больнице, – пригрозил Шер, все не отпуская меня, отчаянно рвавшемуся познакомится со мной парнишке.
– Свои завещай, – не хотел он сдаваться, но голос его подводил. – Кто она тебе?
– Жена, – мрачно возвестил Артем и повел меня в сторону выхода, оставив паренька хлопать глазками.
– Ты зачем нас рассекретил? – шикнула я на него, глядя сверху вниз на его непроницаемую рожицу.
Так и не взглянув на меня, он хмыкнул:
– Лучше ответь мне, почему ты вся, как какашка?
– Что?!
– Вся в коричневом, – его равнодушный взгляд скользнул по моему телу. – Придешь и настроение всем испоганишь.