Чтение онлайн

Пока я всем своим видом выражала недовольство, Артем протащил меня через прохладный длинный коридор, залу, еще один коридор на задний дворик, где были накрыты столы под легкими брезентовыми навесами, которые были призваны защищать от слепящего солнца. Людей здесь была тьма, поменьше чем на балу-маскараде, да и одеты все были официально, со вкусом интеллигенции, люди собирались в кучки и потягивая искрящееся шампанское что-то обсуждали, то закатывая глаза, то морщась, то кивая головой (но в основном из лица ничего не выражали и были скучны), в общем, задействована была только мимика, когда все тело оставалось недвижимым, лишь рука с бокалом время от времени поднималась к губам. Никогда не думала, что светский раут – это скукота и тоска смертная. Вернее, думала, но никогда раньше лично не убеждалась. Что ж, все бывает в первый раз.

Впрочем, Шер разбавлял атмосферу высшего света своим костюмом. Как и еще парочка парней, которые в беседах участия не принимали, а скрывались, сидя за столом, и совсем не по-светски уминая канапе, бутерброды с икрой, курицу и еще что-то, чего мне видно не было. Ели они презабавно – как будто еды, как минимум, год не видели. И сами выглядели тоже интересно – один в красной кепке и футболке, а другой в желтой кепке и футболке. Как конфеты «M&M`s» из рекламы. Заприметив моего красавца-мужа, они стали усердно махать в нашу сторону, он тоже им помахал. Красный ткнул в мою сторону пальцем, затем поднял большой палец вверх. Я расплылась в улыбке и помахала ему на манер девушек на конкурсе «Мисс мира». Желтый повторил жест друга обеими руками. Шер хмуро посмотрел на меня и задвинул за спину. Красный пихнул желтого, тот набычился и, видимо, заметив, что руки красного были не совсем чисты из-за еды, чуть было не отправил того в нокаут за испорченную футболку. Потом все это как-то быстро прекратилось, так же, как и началось. А парни вновь обратили на нас внимание и что-то вспомнив, переглянулись, пошушукались, а затем один из них ткнул пальцем в одну группку интеллигентов, которые увлеченно что-то обсуждали. Сразу их заметно не было, так как стояли они немного отстраненно, но, тем не менее, эта компания действительно отличалась от остальных, потому что в ней был один очень позитивный усатый дядька, жестикулировавший очень активно. Его компания бесконечно улыбалась, а некоторые женщины даже молитвенно руки сложили, наслаждаясь то ли его речами, то ли им самим, потому что посмотреть было на что.

Артем послушно повернул голову в указанную сторону, а в следующий момент стремительно подорвался обратно в дом, утаранив меня следом. И даже не поинтересовался, а вдруг я есть хочу?

– Эй, стой, – после нескольких минут безуспешных попыток найти свободный диванчик или стульчик, взбрыкнулась я.

Шер послушался и обернулся, выжидательно вперив свой взгляд в мое лицо:

– И? – произнесено было весьма устрашающе, будто он меня за мое «эй» сейчас будет казнить, если я не оправдаюсь.

В зале, по сравнению с задним двориком, была одна молодежь, усердно прятавшаяся от солнца. Многие знали Артема, он их тоже знал, некоторым махал приветливо, на некоторых скрипел зубами, но все они также подмечали и меня, догадываясь, что я его новая пассия. Он не отрицал, лишь обреченно кивал, приобнимал, но не представлял, а сразу после того, как называл меня своей девушкой, подрывался убежать в другой конец зала, мотивируя это тем, что якобы здесь негде присесть, а там обязательно будет. В конце концов, мне надоело, так что «эй» было уместно.

– Может, хватит бегать?

– Может, уйдем? – в тон мне ответил Шер.

Я вдохнула, выдохнула. У каждого человека есть свой лимит терпения. И, кажется, мой сейчас исчерпает себя.

– Да, я не хотела идти сюда изначально. Да, я хочу уйти. Но у нас же есть цель! Зачем мне надо было одевать себя в это платье? Я чувствую себя в нем мега-некомфортно, но виду не подаю. Я ни единой души на этой вечеринке не знаю. Я ненавижу эти дурные туфли. И тебя тоже…

Все это я прошипела на одном дыхании ему в лицо, для этого пришлось встать на цыпочки, рискуя подорваться на каменный пол, лишь частично покрытый ковром. Произнеся последнее, я заткнулась и задумалась, что никогда раньше не испытывала чувства ненависти. Ненависть? Неужели я в правду ненавижу? Мне очень хотелось стукнуть его своей маленькой сумочкой и добавить потом кулаками, ногами, стулом.

– Я тоже не в восторге от тебя, двуличная ты моя, – пропел мне на ухо Шер.

Я отпрыгнула от неожиданности, обнаружив себя в пустом коридоре. Я даже не заметила, как мы сюда добрались, точнее, как Артем приволок меня сюда, подальше от чужих взглядов. А нет, помню… Со словами: «Дорогая, если тебе так плохо, и ты хочешь в туалет, надо было сразу сказать. Пойдем, я тебя провожу» он потащил меня на второй этаж, где мы теперь наедине. И теперь никто не помешает ему меня укокошить. А еще все гости думают, что у меня проблемы с желудком и метаболизмы. Хотя о чем я думаю, первое гораздо хуже!

Я мысленно сжалась и приготовилась умирать.

Шер надвигался.

Его клешни медленно тянулись к моей шее.

Я отступала, натягивая за собой ковер, не специально, просто туфли были жесть какие неудобные.

Неожиданно Артем споткнулся об натянутый бугорок ковра, и он полетел прямо на меня.

Не знаю, каким чудом, но я успела увернуться.

Артем приземлился прямо на пол, сгруппировавшись в последнюю секунду.

Теперь на меня с пола смотрел совсем остервенелый взгляд.

Не думая нисколечки, я побежала вперед, дергая все двери подряд. К сожалению, все они оказались закрытыми, видимо, дядя мэр учел, что гости бывают разные, поэтому все заперто. Он бы еще охранников побольше поставил, а не только там, где гости, тогда меня бы сейчас спасли.

Боясь оглядываться назад, я продолжала дергать двери, хотя на удачу уже особо и не рассчитывала. Ну, если только откуда-нибудь выглянет добрый человек, желательно каратист с черным поясом и десятью годами практики спаррингов. И хорошо, если он будет недобрым. Так даже лучше. Ему не будет жаль Шера.

А может, стоит с ним договориться? Я всегда считала, что лучшее средство – разговор, хотя это вряд ли. Разговоры Темочка не приемлет.

Или может тогда мне в роли каратиста самой выступить? Сейчас развернусь к нему, сострою гримасу пострашнее, кулаки к груди прижму и заору что-нибудь типа: «Банзай!« а он меня спросит: «Ты чего?» А я ему: «Ты не знаешь, с кем связался. Я занимаюсь карате уже десять лет. У меня черный пояс» А он испугается и убежит. Блеф, конечно, но я блефую хреново, так что этот вариант не прокатит. В реальности если я вдруг сейчас обернусь, я рискую ощутить себя в роли боксерской груши.

Неожиданно, одна из дверей отворилась, явив моему взору ванную комнату. Немедля я вошла (ввалилась) внутрь и задвинула защелку, а через долю секунды на дверь обрушился десятипудовый кулак медведя-Шера. Будь это обычный дом, не сомневаюсь, дверь бы тут же обрушилась, но здесь что стены – каменные, что двери – мощные деревянные в стальных обручах. Так что дверка не пострадала.

За дверью раздались какие-то шипящие звуки, Шер был недоволен и ругнулся. Наверное, опять мат-перемат, но хорошо, что мне не слышно. Хотя все еще страхово вылезать. А может тут весь день просидеть? И ведь даже телефона нет, чтобы вызвать подмогу. Вот что значит черная полоса.

– Открой, или хуже будет, – донесся доверительный, но пугающий голос Артема прямо из щелки для ключа.

– Сомневаюсь, – проблеяла я в ответ, не имея никакого желания сдаваться.

– Зря, – шикнул он.

Отвечать на это было нечего. Вообще, вся колода была в его руках, а я, подобно мышке, оказалась загнана в угол. Теперь лишь дело времени, когда его вальяжности настанет конец, и он решит меня сцапать. Да, сейчас между нами дверь, но не думаю, что это такая уж великая помеха.