Чтение онлайн

— Одного волоска, сэр, или одного ногтя вполне достаточно. Он наш, сэр.

Гоблин продолжал свой дикий танец, а Немой всё так же скалился. Все они — лунатики в бреду, это точно.

Капитан подумал ещё немного.

— Сами мы с этим не справимся, — он вышагивал по залу. — Нам нужен один из Поверженных.

Один из Поверженных. Действительно, наши трое колдунов — это же наши бесценные ресурсы. Они должны быть в безопасности. Но… От этой мысли у всех прошёл мороз по коже. Один из мрачных сторожевых псов Леди. Один из этих чёрных господ здесь? Нет..

— Только не Хромой. У него на нас зуб.

— При мысли о Меняющем у меня мурашки ползут.

— Ночная Ящерица ещё хуже.

— Откуда ты знаешь, чёрт побери? Ты его никогда не видел.

— Мы справимся с этим, Капитан, — сказал Одноглазый.

— И вся родня Кочерги облепит тебя, как мухи лошадиный навоз.

— Ловец Душ, — предложил Лейтенант. — Он всё-таки наш хозяин, не больше и не меньше.

Предложение было принято.

— Свяжись с ним, Одноглазый. И будь готов пошевеливаться, когда он будет здесь, — сказал Капитан.

Одноглазый кивнул и улыбнулся. Ему просто не терпелось. В его изворотливом уме уже толпились замысловатые непристойные сюжеты.

Вообще, в эту игру должен был поиграть Немой. Но Капитан отдал это дело в руки Одноглазого, потому что Немой не смог бы совладать с ситуацией из-за своего упорного нежелания разговаривать. Этого Капитан и побаивался.

Немой возражать не стал.

Кое-кто из местных у нас в крепости — шпионы. Благодаря Одноглазому и Гоблину мы узнали, кто именно. Одному из них, который ничего не знал о волосах, мы позволили сбежать, предварительно напичкав его информацией о том, что мы пытаемся создать в Розах собственную шпионскую сеть.

Имея немногочисленный отряд, приходится действовать хитростью.

У каждого правителя есть враги. Леди — не исключение. Сыны Белой Розы — повсюду. Если кто-то чем-то недоволен, то Кочерга — как раз тот самый парень, к которому такие люди попадают. Он борется за всё, чего хотят люди во все времена: за свободу, независимость, правду, права… Все субъективные иллюзии, вечные лозунги и слова. Мы попадаемся на приманку этих слов. Мы признаём иллюзии и отрицаем материю.

Никто не спешит назвать себя злодеем, есть только полчища святых-самозванцев. Историки рассудят, кто из них плох, а кто хорош.

Мы отреклись от титулов. И мы сражаемся за деньги и мифическую гордость. Все эти политика, этика, мораль здесь совершенно ни при чём.

Одноглазый связался с Ловцом Душ. Тот уже был на подходе. Гоблин сказал, что Ловец просто завывал, ликуя от радости. Он унюхал шанс поднять свой флаг на башне и добить Хромого. Поверженные ссорятся и клевещут друг на друга хуже, чем избалованные дети.

Зима ненадолго сняла свою осаду. Наши люди и местная обслуга принялись за расчистку крепостных дворов. Один из местных исчез. В главном зале Одноглазый и Немой самодовольно посматривали из-за своих раскрытых карт. Кочерге рассказали именно то, что он хотел.

— Что там происходит, на стене? — спросил я.

Элмо возился с различными приспособлениями, собираясь выворотить из зубчатой стены здоровенный каменный блок.

— Что вы собираетесь делать с этим камнем?

— Небольшую скульптуру, Каркун. У меня новое хобби, — сказал Одноглазый.

— Ладно, не рассказывай. Эта чушь меня не интересует.

— Ну хорошо, как хочешь. Я собирался позвать тебя отправиться вместе с нами за Кочергой. Ты бы мог сразу занести всё это в Анналы.

— С упоминанием о несравненной гениальности Одноглазого?

— Такой отзыв был бы вполне заслуженным, Каркун.

— Тогда Немой достоин целой главы, да?

Он зашипел. Потом заворчал и ругнулся.

— Будешь играть?

Их было только трое. Один из них — Ворон. В тонк интереснее играть вчетвером или впятером.

Я выиграл три раза подряд.

— Слушай, а у тебя случайно никаких дел нет? Удалить бородавку или ещё что-нибудь?

— Ты же сам попросил его поиграть, — сказал солдат, который наблюдал за нашей игрой.

— Тебе что, мухи нравятся, Масляный?

— Мухи?

— Превращу в лягушку, если пасть не закроешь.

На Масляного это не произвело никакого впечатления.

— Да ты и головастика не сможешь в лягушку превратить.

Я заржал.

— Сам напросился, Одноглазый. Когда объявится Ловец Душ?

— Когда доберётся сюда.

Я кивнул. Поступки и действия Поверженных не имеют никаких видимых причин или взаимосвязи.

— Хитрец. Сколько он уже проиграл, Масляный?

Масляный только глупо улыбнулся.

Ворон выиграл следующие два кона.

Одноглазый зарёкся рассказывать. Слишком важна была причина его истинных намерений. Наверное, так оно и лучше. Непрозвучавшее объяснение не может быть подслушано шпионами.

Шесть шкур и известняковый блок. Что за чёрт?

Целыми днями Немой, Гоблин и Одноглазый трудились над этим камнем. Я как-то случайно забрёл в конюшню. Они позволили мне понаблюдать, но на мои вопросы в ответ раздавалось только их рычание.

Капитан тоже иногда просовывал в дверь голову, пожимал плечами и возвращался к себе. Он занимался тем, что так и эдак прикидывал планы весенней кампании, когда все силы Империи будут брошены против бунтовщиков. В его комнатах было просто не повернуться из-за гор различных донесений, отчётов и карт.

Мы намеревались взяться за Кочергу, как только позволит погода.

Может быть, это и звучит жестоко, но большинству из нас нравилось то, чем мы занимаемся, а Капитану — больше, чем кому-либо другому. Это отличная игра — состязаться с Кочергой в уме и сообразительности. Капитан не смотрит на сожжённые деревни, смерть, голодающих детей. Так же, как и Кочерга. Две слепые армии, которые видят только друг друга.

Ловец Душ пришёл глубокой ночью, появившись из снежной бури, которая была ещё хуже той, в которую попал Элмо. Ветер бился о стены крепости и угрюмо завывал. У северо-восточного угла снега нанесло столько, что он почти переваливался через крепостную стену. Дровяной склад и сеновал оказались под угрозой. Местные говорили, что это была самая жестокая буря за всю историю.

Его превосходительство, Ловец Душ, прибыл. Его стук в ворота перебудил всю крепость. Взревели трубы. Забили дробь барабаны. Против ветра донеслись пронзительные крики часовых. Они не могли открыть ворота.

Ловец Душ перебрался через стену по снежным наносам. Он грохнулся во двор, почти скрывшись в глубоком рыхлом снегу. Таково было величественное прибытие одного из Поверженных.

Я поспешил в главный зал. Одноглазый, Немой и Гоблин были уже там. В тишине весело трепыхался огонь. Появился Лейтенант, потом Капитан. Вместе с ним подошли Элмо и Ворон.