Чтение онлайн

–Мы занимались по-настоящему достойными делами! Не “летающими по дому вещами”! Мы спасали по просьбе королей целые государства от голода. Останавливали войны решая проблемы, из-за которых они возникали. Успокаивали дикий пыл обезумевших армий и тех, кто их вел, – она остановилась отдышаться. – И спасали от смерти просто тех обычных людей, что работали ради других на износ. Излечивали от ран королей, заставляли исчезнуть болезни королев. В те времена, это было приятно. Чувствовать себя таким… Богом, наверное. Мы могли все, когда те, кого мы имели полное право считать нашими питомцами, не имели ничего. Мы видели обычных людей зверушками, сидящими на цепи, когда мы… Нам, тем, с кем Дар все же Связался, не приходилось мучиться. Нам не пригодилось грызть металлические звенья, стачивая свои зубы.

За нас это делал Дар… Мы могли все и наши возможности прекращались лишь в нашей голове, не способной придумать больше ничего, что возбуждало бы наши умы. Деньги, здоровье, влияние и власть – все, что интересовало нас раньше, было теперь “холодным” и незаметным для нас. И мы решили пойти к ним. Раскрыться людям. Обычным людям, которые со временем не просто начали принимать, что мы действительно можем все, чего бы они не захотели.

Они начали этого бояться…

Джессамина вздохнула, старательно пытаясь обойти кровь и боль, которую все же пришлось в их истории все равно было немало.

–И тогда их страх привел сам к себе. Они начали бояться, что мы станем использовать их, даже несмотря на то, что мы раскрылись им как раз ради обратного. Они начали бояться того, что прольется кровь, отомстить за которую они уже не смогут. И тогда… Тогда началось то, что не могло длиться долго. Костры, преследования тех, кого знали в лицо. Скрыться от людей никогда не было проблемой. Проблемой стала “первая секунда”. Мы жили с людьми чересчур долго. Мы доверяли им, потому что доверяли своим силам. Однако, если помнишь, границы возможностей тех, с кем Связывался Дар, состояли не только в его голове.

–Но и в том, как близко с человеком Связался Дар…

Джессамина почувствовала самый большой стыд перед самим собой. Она знала, что девочка должна была после этого спросить.

Знала, что самую главную ее тайну раскрывать она просто не имела права…

Однако…

–Я бы спросила, почему спустя три года после того, как Он Связался со мной, наша Связь стала еще крепче, чем раньше, но не буду…

Джессамина облегченно вздохнула, даже не пытаясь этого скрыть.

–Потому что сейчас ты впервые начала рассказывать нашу историю настолько открыто, – она взяла ее за руку еще крепче, чем раньше. – Нашу историю. Пускай, никто из моей Семьи даже не знает обо мне. Но…

Джессамина улыбнулась, понимая какие слова сейчас будут сказаны.

–Но я уверена, – рука сжалась еще крепче. – Что рано или поздно мы же сможем жить, как Род жил раньше. Так, как было описано в книгах, что я читала целых три года. Вместе… Не боясь ничего и никого. Вместе, а не разбежавшись подальше друг от друга. И тогда обо мне узнают. Тогда, возможно, найдется хоть кто-то, кто сможет наконец дать мне ответ, почему Дар все ближе и ближе ко мне…

Джессамина продолжала улыбаться, хотя после этих слов в груди ее сердце заколотилось как бешеное.

–А теперь продолжай. Я хочу услышать о проблемах с людьми до конца.

Джессамина вспомнила, на чем она закончила и…

–Да, Джесс, нашей проблемой оказалось излишнее доверие к ним. К обычным людям, которых мы не считали способными что-то сделать против нас.

–Но ведь…

–Я знаю, о чем ты. Мы не могли умереть просто из-за пробитого мечом сердца или сожженного на костре тела. Жизнь, та единственная сила, дарованная всем нам, конечно же уходила после этого. Жизнь всегда чутко понимала, когда она обязана исчезнуть, чтобы не нарушать правила этого мира, но с нами был еще и Дар. Другая Сила. Не Жизнь, которая была с нами всегда, а нечто другое. Нечто пришедшее совсем не отсюда…

–Но ведь даже после смерти Дар все равно позволял существовать.

–Конечно. Пускай, лишь на добром слове, но все равно позволял. Когда Жизнь уходила, человек больше не имел права голоса в Связи с Даром. Как ты помнишь по древним писаниям, исчезая, Жизнь уходит будучи главным козырем. Жизнь – это Сила, стоящая на стороне человека. Дар же… Дар пришел в этот мир, чтобы просто посмотреть на него нашими же глазами. Глазами тех, кто знал этот мир вдоль и поперек. После того, как исчезала Жизнь, Дар лишь давал шанс показаться ему полезным или хотя бы не вредным, после чего Он давал выбор.

–Кто-то умирал, – загадочно прошептала Джессика.

–А кто-то соглашался на Его новое предложение. Жить дальше.

По лицу Джессики ее мать поняла, что последнее было лишним.

–Хотя “жить” – чересчур. Существовать. Существовать без Жизни внутри. Одна Сила покидала нас, когда другая оставалась. Та, которая была Связана лишь с единицами…

–Но ведь ты говорила, что люди все же смогли нанести вред Роду.

–Да, и нанесли. И не зря я спросила тебя о том, как сильно Дар любил Связываться с нами по-разному. С кем-то, чей быт Он видел интересным, Он Связывался как можно ближе. В чьей-то голове Он слышал чересчур дерзкие мысли и самые смелые пожелания и Ему было интересно с этим человеком. Он хотел быть к нему ближе. Человек становился Ему важным, а значит, и просьбы, которые он просил выполнить, могли быть все более поразительными. Однако с кем-то, кто был интересен Ему лишь на время, кто-то, чья жизнь в итоге казалась Ему скучно, Он Отвязывался или разрывал Связь вообще. Подло и дерзко, но это Его право. Когда уходила Жизнь, больше у человека права голоса не было.

–Но…

–Но я хочу сказать, что ты, Джессика, не сможешь этого понять. С тобой Он всегда был Связан очень крепко. С тобой Дар всегда стоял очень близко. Его холодный голос слышался громко и четко…

–И порой, даже громче моих же мыслей, – девочка опустила взгляд вниз. – Но почему Он…

Этот вопрос девочка не имела права задавать также, как и думать над ним. Джессамина была готова раскрыть свои тайны.

Но тайны девочки – нет.

Она знала, почему Дару понадобилась девочка и объяснить это она ей просто не могла…

–Ты хочешь поговорить о себе или все же довести речь о нашей Семье? О давних проблемах с людьми, после которых мы перестали им открываться? – она ударила по главному козырю. – Хочешь узнать, почему справиться с людьми оказалось легко, а с Ними… А с Ними мы не можем справиться до сих пор… Хочешь?

Девочка все еще держала взгляд на асфальте, по склону которого они поднимались вверх по горе, и ответила лишь тихим кивком.

–В таком случае, тебе стоит продолжить задавать вопросы. Но уже правильные, дорогая. Подумай над тем, что хочешь узнать еще. Скоро ты станешь совсем взрослой, и, если ты захочешь стать свободной от нас с Хлоей, держать тебя я не смогу. А значит, именно сейчас тебе стоит начать познавать свою историю. Ту, рядом с которой и близко не стояли обычные люди. Сейчас – я готова тебе начать рассказывать о той правде, детали которой скрывала от тебя, как только ты почувствовала себя всемогущей. Прошло уже три года и ты начала понимать, раз вся твоя Семья прячется от кого-то, это не значит, что все ждали именно твоего вмешательства. Больше ты не считаешь себя богом этого мира, когда получила возможность… Общаться, считай, с этим богом. Возможность чересчур заметных для Них просьб.

Она помолчала, а Джесс продолжала ждать, думая над тем, о чем еще хотела узнать раньше.

–К тому же, учитывая, что эти просьбы Дар выполнит… – она подержала дочь в тишине еще с минуту, которую сама потратила на то, чтобы отдышаться от усталости, пронзившей все ее слабое тело и только после этого вернулась снова.

–Я предчувствую, что скоро вопросы польются на меня целой рекой, а значит, мне стоит поторапливаться в истории о людях, – Джессамина вернулась в разговор окончательно, в первую очередь, потому что вернула дыхание в норму. – Мы жили бок о бок с обычными представителями человеческого рода чересчур долго, чтобы некоторые из нас не переместились жить в их замки или дворцы. К тем, кто ими и владел. А значит, когда это началось, они были первыми, кто получил удар от обезумевших от страха обычных людей, посчитавших весь Род и Семью опасной для их жизни. И, к несчастью, эти люди были самыми влиятельными. Теми, кто не приходил в одиночестве в отдельные замки представителей Дара, служивших им, а теми, вместо которого приходила целая армия.