Чтение онлайн

– Яви силу свою, та, что служит мне!

Ноги её оторвались от земли. И она обратила страшное лицо на съежившегося Нехинета. Меч выпал из его онемевших рук. Он с ужасом взирал на царевну, которая заговорила хриплым низким голосом:

– Ну что же ты, Сатт? Еще совсем недавно ты тайно желал смерти дочери Арахна. Что мешает тебе убить ее сейчас, когда она сама угрожает твоей жизни?

Закрыв лицо руками, и опустившись на колени, он низко поклонился Немферис.

– Прости, госпожа.

Она расхохоталась.

– Прости? Просто – прости? Как легко! Ты забрал у меня то, что больше не принадлежит тебе! Верни амулет!

– Нет.

– Нет?!

Неведомая сила оторвала Нехинета от земли и, подержав так, швырнула о камни. Страшный хохот раздался вновь, когда он, очнувшись, приоткрыл глаза. Тело его вновь повисло в воздухе.

– Все это слишком просто для такого, как ты, Сатт. Я покажу тебе то, что никогда прежде не видели глаза служителя Хепес. Смотри!

Он рухнул вниз, и под ним разверзлась земля, обнажив бездну, полную тьмы.

– Смотри, Сатт! – понесся за ним жуткий голос. – Смотри.

Из темноты, что стремительно мчалась ему навстречу, проступили кошмарные образы демонов. Раздались вопли радости и ликования:

– Иди, иди к нам! Мы давно ждем тебя, Нехинет!

– Нет! Нет, госпожа! – он отчаянно замахал руками. – Останови это, Немферис, я молю тебя! Останови!

Мерзкие твари устремились за ним, протягивая костлявые руки, пытаясь схватить его. Многим это удавалось. Грязные, острые когти вонзались в плоть, разрывая ее. Но Нехинет все продолжал падать, с пронзительным ужасом глядя вниз, где шевелилось, пробуждаясь, нечто огромное, уродливое и зловонное, источающее зло каждой порой.

– Тебе не уйти от господина духов Бебаи!

– Спаси меня, госпожа! – истошно закричал он. – Я отдам тебе амулет!

Все исчезло мгновенно.

Тяжело ударившись о камни, Нехинет затих. Опустившись, Немферис подошла к нему и заглянула в лицо.

– Очнись.

Он открыл глаза:

– Благодарю, госпожа.

Царевна выглядела прежней. Только глаза еще сохраняли блестящую черноту.

– Зачем ты противишься мне, жрец? Ты слаб.

– Я слаб. Прости, госпожа, – он пошевелился, поднимая руку и глядя на глубокие порезы. Следы демонов. Теперь он снова мог чувствовать боль, обычную, человеческую. И к нему вернулся страх, тот страх, который не ведом демонам.

– Они близко, Нехинет, – голос Немферис стал мягким. Влажные глаза смотрели прямо в душу. – Всегда помни об этом. Уже давно ты сбился с верной дороги, и тот путь, что избран тобою, ведет прямиком в когти безобразных существ. Не случайно они оставили на теле твоем эти страшные метки. Они ждут тебя, Нехинет. Теперь ты смертен. Амулет вернул жизнь, но не уничтожил проклятья. Ты слаб, как никогда. Ни демон, ни жрец – запутавшийся человек, утративший веру. Чего ты хочешь?

– Не знаю, госпожа.

– Я не госпожа тебе, Нехинет. Амулет у тебя.

– Возьми его, – он снял с окровавленной шеи заветный камень. – Возьми, – но глаза его вдруг снова наполнились паническим ужасом, но обращены были не на царевну. Поджав ноги, Нехинет лихорадочно задергал ими, пытаясь отползти дальше и только сильнее прижимаясь к скале, стискивая и прижимая к груди холодный амулет.

Немферис обернулась, тоже почувствовав опасность.

Бурлившие воды злого Аургуса взорвались, выпуская сущностей, зависших над поверхностью на расстоянии локтя. Струи потоками лились с них, а когда вода спала, испуганные люди увидели четырех жрецов Ахвэма.

– Вызывая тех, кто должен находиться вне земли, ты нарушаешь Равновесие, Немферис. Это стало слишком опасным, поэтому, мы сочли нужным вмешаться, пока ты не натворила непоправимых бед. Хефнет предупреждала тебя, Немферис! – Стражи говорили одновременно. Голоса их звучали словно из-под воды, но были необыкновенно благожелательны. – С момента исхода в небытие Кхорха, равновесие добра и зла стало колебаться. И твои усилия, дочь Арахна, перетягивает чашу весов. Остановись, Немферис! Загляни в сердце – желает ли оно того, к чему стремится твоя гордыня?

Царевна поднялась, и, вскинув голову, проговорила:

– Я дочь своего Отца. Я жрица Улхура, так же, как и моя мать. И я обязана идти к своему богу – так велит мне моя душа.

– Твоя мать была княжной Энгаба, погибшей в скорбях на чужой земле, среди чужого народа, наследницей которого ты теперь являешься. Услышь нас! Услышь зов крови! В твоих руках находится предмет, слишком важный и ценный для народов Сульфура. И в твоей власти распорядиться им во благо … либо во вред всем нам. То, что затеяла ты – обернется страшной бедой для тысяч людей.

– Я отдана Темному. И ничего уже нельзя изменить.

Жрецы замолчали, склонив головы. Лица их стали печальны.

– Ты бросаешь вызов самой себе, Немферис, - грустно сказал один из Стражей. – Внутри тебя идет непрестанная борьба, исход которой неведом даже тебе самой.

Сердце царевны дрогнуло. Голос и лицо жреца показались знакомыми. Она отступила, растерявшись и с тревогой всматриваясь в него.

– Твое сердце видит лучше глаз, госпожа, - вновь заговорил он. – Я лишь хочу, чтобы ты доверилась ему. А я не оставлю тебя, как обещал когда-то, помнишь?

Горечь и боль, внезапно вернувшись, заполнили душу Немферис. Горячие слезы проступили на глазах. Она снова чувствовала себя одинокой. Как в день смерти матери. Как в тот день, когда ушел Ларенар.

– Нет. Я больше ничего не помню. Все решено. И решено не мной одной.

– Пусть будет так, госпожа. Пусть будет так. Ты сама сказала это. Но запомни – об этом твоем решении я вынужден рассказать тому, о ком ты вспомнила сейчас, и кого обвинила. Он будет знать, что ты идешь в Улхур.

– Не в нашей власти остановить тебя, Немферис, - снова сказали жрецы одновременно. – Но в наших силах вмешаться в ход событий, происходящих на земле. Мы долго скрывались. Теперь, и наше время пришло. Ты идешь в Улхур? Что ж, иди. Под Арбошем уже льется кровь. Твои братья сеют смерть. Мы, жители Маакора не можем оставаться в стороне.

Царевна оглянулась. Скалистый берег не был пустым, как раньше. С камня на камень карабкались, перебираясь ближе, многочисленные обитатели топей.