Чтение онлайн

– Ещё что-то?

Он немного подумал:

– Я, когда жил у матери, участвовал в работе службы помощи при Теневой лиге. Я очень бы хотел, если будет время, продолжать эту работу.

Я усмехнулась:

– Ты входишь в Теневую лигу?

– Да, моя прошлая ами была помощницей Великой ами Лимунийки. Практически все её дела вели мужья. Я был принят в Теневую лигу, как только моей старшей дочери исполнилось пять лет. Теперь, надеюсь, буду принят в совет.

– Дела вели мужья, при том, что она была садисткой?

– Ну, да…. можно так сказать. Но тогда я считал её просто чуточку грубой.

– Понятно, – откровение про Теневую лигу очень даже полезная информация. – Ещё что-то?

Он смущённо улыбнулся:

– Я, кажется, люблю тебя! Ты такая сильная, правильная, внимательная… Твоя нелюбовь теплее и ласковей любви, которую я когда-либо знал! А ещё я бы очень хотел, пусть даже со стороны, увидеть, как ты умеешь любить…

Блин! Я обняла Элни крепче. Ладно, я постараюсь помнить о том, что ты мне муж, а не работник. Постараюсь быть хоть иногда по-настоящему ласковой… А ещё я, наверное, уже пну себя сильно и научусь узнавать всё о своих мужчинах сразу, а не когда меня кто-нибудь простимулирует к этому, или мир неожиданно рухнет… Лучше знать!

Роджер:

Пойло было отвратительным. Но я залпом выпил третий стакан. Хотелось забыться. Хоть как-то вырваться из этой слизкой гадости, куда я сам себя окунул.

Передо мной появился Раверстон:

– Празднуешь? Тибиран вызывает.

Старик сидел в кресле, замотавшись в одеяло, и кашлял.

– Роджер? Раверстон? Заходите.

Он внимательно осмотрел меня придирчивым взглядом:

– Что, налакался уже? – потом усмехнулся. – Пытался обмыть своё крещение без товарищей?

Крещение? Генерал усмехнулся и выудил из-под стола бутылку чего-то крепкого.

– Садитесь, давайте.

Он разлил нам с Раверстоном по полному стакану и маленькую стопку себе, мотивируя: «Стар я уже совсем».

– Ну, за успешную операцию и за твоё посвящение, Роджер.

Портвейн был тоже так себе. Старик поплотнее укутался в одеяло:

– Мир у нас сейчас вокруг лживый, изворотливый, а таких парней, как вы, способных играть по его правилам, у меня раз-два и обчелся.

Раверстон хмыкнул:

– Может, звание Роджеру дашь? Вроде как на капитана заработал?

Старик усмехнулся:

– Капитана? Нет, Раверстон, капитан мне сейчас с такими данными не нужен. Мне нужен командор. Генерал-командор хочет иметь при штабе департамент по всяким делам с неолетанками, – он повернулся ко мне. – Вот ты, Роджер, туда и поедешь. По неолетанкам ты спец, и с ситуацией, я уверен, справишься. Теперь точно уверен! – Он опять разлил портвейн по стаканам. – Так что с внеочередным повышением по званию тебя, парень.

Марика:

Настроение было довольное и радостное: утром в парламенте прошёл закон, который я проталкивала уже почти год, а после обеда принесли официальное приглашение на совет Великих.

Две мои планетки протектората готовились выйти на стабильный уровень самообеспечения. Идея с сельхозработами дала свой результат. Хотя желающих покарать меня за неё было предостаточно. Ещё бы, я дала неимеющим источника дохода ами по куску земли, который они должны обрабатывать собственными силами. Для удобства переставив туда же их домики. Большинство таких семей живёт в сборно-разборных домиках одной известной фирмы.

А критика была в том, что эти участки чересчур большие, чтобы обрабатывать их в одиночку, да и в такой близи от дома очень быстро приходит идея пристроить к этому делу всё своё многочисленное семейство. Лично я ничего страшного в работающих тринадцатилетних дочерях не вижу. Хоть что-то полезное делать научатся.

Растения, выданные под такую посадку, были как раз теми, за которыми требуется внимательный ручной уход. А значит, и цена урожая довольно высока. Кроме того, я запустила в эту систему большое количество неолетанских овощей и фруктов, планируя больше не закупать их у Перлиады, а наоборот, начать экспортировать.

Поток мигрантов на мои планеты с принятием сельхоззакона сначала уменьшился, за дарма кормить я не собиралась, а потом снова вырос до прежнего уровня. Пусть не бесплатно, но я-то, в отличие от остальных, реально кормлю.

В кабинет заглянул Архо:

– Марика, можно к тебе?

Я улыбнулась:

– Заходи.

Он присел, обнимая мои коленки. Потёрся о них носом:

– Марика, я поговорить хочу. Не подпускай, пожалуйста, Элни к Рино.

Оппа!

– С чего это?

– Он его рядит, как куклу, заколки какие-то на волосы цепляет, бантики завязывает. Рино, конечно, ребёнок совсем, и не понимает пока ни черта. Но он парень и даккарец. А твой Элни из него девку растит.

Я вскипела:

– Ты решил указывать мне, как растить сына?

– Марика, он не виноват, что отец его здесь бросил. А я – его дядька. Что я, по-твоему, должен спокойно смотреть, как мальчишку уродуют?!

– Я же сказала тебе, что не собираюсь отдавать сына Даккару, а в моём мире мальчики носят бантики.

– Марика, он – даккарец!

Я аж рыкнула:

– Архо, я сейчас на тебя самого бантики одену, чтобы не смел со мной спорить! Будешь показывать племяннику правильный пример. В моём доме мужчины могут носить бантики и точка!

Я подняла его за подбородок. Кажется, он до крови губу закусил. Блин, что я делаю? Он пытается спорить со мной, это хороший показатель выздоровления, а я его возражения ногами запинываю. Блин! Нельзя ему больше здесь оставаться. Я обломаю его под себя, сама не заметив. Надо его уже возвращать Даккару.

Уже почти три месяца прошло. Состояние его более-менее. Ко мне привязан пока сильно, и приглядывать за ним надо. Но это решабельно. А так вон – и спорить со мной уже пытается.

Роджер:

Прошло две недели с тех пор, как, стремительно получив новое звание, я отбыл в штаб генерал-командора, в качестве главы департамента по связям с Арнелет.

В Костры я прилетел по приказу генерал-командора организовывать переговоры Ацунав с неолетанками-работорговцами. Мысль, что ближайшие недели две буду дышать нормальным воздухом, а не синтезированной химически массой под дешёвым куполом, который теперь стал для меня постоянством, радовала.

На время своего пребывания здесь я разложил себе стол в кабинете Раверстона и теперь готовил бумаги на завтрашнюю встречу.