Чтение онлайн

— Но… вы, господин суперманипулятор…

— Я, — сказал тот снисходительно, как ребёнку, — должностное лицо.

…Лонсирем Кеви, дипломированный маг с практикой в Ройсте, опустил взгляд и поплотней взялся за шершавый, влажный от пота повод. Лошадь помахивала хвостом, отгоняя слепней; вся её шкура дёргалась разом, будто была чем-то отдельным от неё. В начале пути это немного пугало, но теперь Лонси привык. «В конце концов, — подумал он, — в конце концов, ведь ничего не должно случиться… вообще ничего. Произведены расчёты… специалистами… я должен поступить в соответствии с указаниями. И тогда ничего не случится».

— Нет никаких духов, Неле, — сказал он со вздохом. — И Солнце — это звезда, вроде тех, что видны ночью. Просто она очень близко. А горы появляются от того, что два громадных острова сталкиваются друг с другом, и камень образует складки…

— А куда мы тогда едем? — не без интереса спросила Неле. — Жачем будить духа, ешли его нет?

Маг устало хмыкнул, разглядывая вновь показавшийся лесок. Тропа стала шире, и горянка даже придержала лошадь, чтобы ехать рядом с Лонси и заглядывать ему в лицо.

— Это не дух, — сказал он. — Это человек, некогда ставший функциональной точкой-ретранслятором реликтового излучения недифференцированной первичной магии…

И прикусил язык.

«Блажной», — со всей определённостью выражали черты Юцинеле.

Неожиданно для себя Лонси обиделся.

— Это очень сложно объяснить, Неле, — сказал он покровительственно и строго. Вышло не очень внушительно, потому что у него ломило спину и чувствовал он себя не на высоте. — В особенности… кому-то вроде тебя.

— Почему?

— Потому что ты… необразованная.

— Это как? — искренне озадачилась горянка. — Это что жначит? Что-то магичешкое?

Лонси засмеялся, скрывая облегчение. Иногда с Неле бывало весело…

— Нет, — сказал он мягко. — Это значит, что ты многого не знаешь, мало что видела в жизни. Сложного объяснения ты не поймёшь, а простое будет слишком длинным.

Неле шумно выдохнула, ссутулившись. Глянула на мага, который всё пытался устроиться половчей: неуклюже вертелся в седле, мучая себя и лошадь.

— Ешли рышью, то тут уже ближко, — сказала горянка после долгого молчания. — Но ты рышью ехать не умеешь. Поэтому говори длинно. Потому что я уже говорила.

Лонси покосился на неё и отвёл лицо.

«Ну почему? — в который раз мысленно спросил он. — Почему я? Почему не кто угодно другой… почему мне всё время так не везёт?»

Почему он, Лонси, всё время попадает в какие-то немыслимо абсурдные ситуации? Вот, к примеру, едет верхом по местам пустынным и диким, весь в царапинах от колючек, со стёртым задом и больной спиной, и рассказывает щербатой дикарке, которая читать-то толком не умеет, про священное писание арсеитов и чуть ли не про теорию Большого Взрыва… То есть кто-нибудь другой, какой-нибудь авантюрист от науки, наверно, получил бы при этом большое удовольствие. Лонсирем Кеви не был авантюристом. И никто из его предков не был авантюристом. Но отчего-то ни один лихой сорвиголова не оказался в нужный момент в нужном месте, чтобы его заменить…

А самое забавное — если во всём этом есть что-то забавное — то, что просвещением Юцинеле он и должен был заниматься всё время пути.

Наставник, искушённый во многих магиях.

И царственная дева.

О да.

В своё время Лонси был примерным студентом и умел дословно запоминать прочитанный текст. За это над ним смеялись, но за способность так же быстро и точно запомнить начертанную схему — уважали. В библиотеке Маджарта пригодилось первое.

«Царственная дева в сопровождении искушённого во многих магиях наставника преодолеет путь от дверей своих покоев до дверей, ведущих к месту сна Меча Выси; отныне жизнь её будет посвящена Пути, что явится залогом силы и неизбежной победы. Да будет мир с ними и нами». И словесная формула заклинания — без намёка на схему. Тот, кто писал манускрипт, был человеком до безумия осторожным. Схема известно упрощает задачу, и даже там, где речь шла о Пятой магии, подвластной единицам, составитель руководства предпочёл перестраховаться. Восстановить заклятие по описанию — задача для профессионала высочайшего класса.

Для государственного суперманипулятора.

Это он должен был ехать на серой кобыле по тропе среди злых кустарников, он, лысый как колено господин Маджарт, и сопутствовать ему должна была престолонаследница принцесса Лириния, а не Юцинеле, дикое отродье дикого горского вождя. Но легендарные силы — это проблема, с ними крайне трудно работать, и говоря откровенно, ни Аллендор, ни Уарра совершенно не нуждаются в их вмешательстве.

Даже наоборот.

— С чего начать? — уныло спросил Лонси, уставившись в небо.

— Шначала, — незамысловато посоветовала Неле.

— Хорошо, — Лонси развёл руками и едва не потерял повод. — Попробую проще. В мире есть пять магий… Нет, не так. Магия — это особая сила. Я сам — маг, но я мелкая сошка. Если представить, что магия — это вода, то я вроде головастика в луже. А есть моря и океаны.

Неле, обернувшись к нему, посмотрела внимательней. Лонси перевёл дух и облизнул пересохшие губы. Всё-таки удивительно красивые у горцев глаза. Они красивый народ, таянцы, судя по тем, которые встречались Лонси в Ройсте. Грустно видеть, как мало природа уделила Неле этой красы.

— Магия управляет движением мира из прошлого в будущее. Она придаёт смысл времени, — воодушевившись, ляпнул Лонси.

Тут же он сконфузился: обещал ведь объяснять просто. Зачем наивной горянке учёное любомудрие? Неле морщила лоб, пытаясь понять. Носом, впрочем, крутить не стала. Понаблюдав за нею, Лонси немного успокоился и дал себе слово больше университетских конспектов наизусть не зачитывать. Особенно перед Неле.

Лошадь прядала ушами, отгоняя овода.

— Это шудьба, што ли? — негромко спросила девушка.

Маг, уже набравший в грудь воздуха, замолчал и молчал долго.

«Они могут быть мало осведомлены об истинной природе происходящего, — говорил магистр, — но это вовсе не означает, что они глупы. Различие между цивилизованными людьми и дикарями заключается вовсе не в интеллектуальном превосходстве первых. Более того: тому, кто всерьёз так думает, лучше не покидать своего кабинета в Ройсте или Аньяре».

— Может, и так, — наконец, негромко сказал Лонси и подумал, что образование получил действительно превосходное. Потом он подумал, что с огромным удовольствием не покидал бы кабинета в Ройсте или, на худой конец, в Аньяре, но выбора у него не было. Лицо государственного суперманипулятора — сухое, острое, без бровей и ресниц — вновь, точно въяве, встало перед глазами. «У нас нет выбора», — сказал господин Маджарт, и хотя мгновение спустя он добавил, что господин Кеви, конечно же, волен отказаться от предложения, тот отлично понял, что отказа не подразумевалось. Хотя бы потому, что господин Маджарт, умнейший человек помимо того, что великий маг, не стал бы тратить драгоценное время на того, кто мог отказаться…

Юцинеле ждала.

Лонси решил отложить размышления.

— В природе всё происходит по кругу, — сказал он. — Весна, лето, осень, зима, опять весна… Магия — это тоже природная сила, и в ней тоже всё происходит по кругу. Только год магии гораздо дольше: много сотен лет. Природный год — это взаимодействие тепла и холода. А магический — двух мировых начал, Выси и Бездны. Я не буду объяснять, что это такое, это очень сложно…

На лице горянки не дрогнула ни единая черта, но Лонси всё равно почувствовал себя неловко.