Чтение онлайн

Маг поднял на неё глаза. Надежда насторожилась внутри, точно собака, но крепли и опасения. Чем дальше, тем больше Лонси подозревал, что торговка немного не в себе. Жжёт свечи среди соломы, открывает лавку ни свет ни заря, зовёт случайных прохожих играть. Не моется. Она даже не спросила, не хочет ли Лонси что-нибудь купить. Конечно, если она готова заплатить ему за какие-нибудь достойные услуги, это большая удача в его положении, но…

— Не бойся, — сказала она, вновь прикусывая мундштук. — Тебе ведь нечего проигрывать.

— Что? — прошептал Лонси.

— Нечего проигрывать, — повторила торговка. — Ничего и не проиграешь.

Лонси помялся.

— Я с радостью развлеку вас, госпожа, — сказал он, решив хотя бы разузнать для начала побольше. — Но… я не знаю правил.

Она засмеялась. Смех был низкий, как у мужчины.

— Это-то и хорошо, — сказала она. — Что за интерес играть с тем, кто знает правила?

Лонси не понял её, но подобные неловкости умел вежливо заминать.

— Вы предпочитаете играть на интерес или ставить что-нибудь? — спросил он.

Женщина перекинула трубку с одной стороны рта на другую.

— Я обычно ставлю интерес, — ответила она. — Мало кто играет на деньги или вещи.

Лонси потёр лоб в смущении, которое было наполовину притворным.

— Прошу прощения, госпожа, — сказал он, — но что же поставить в ответ? У меня ведь действительно ничего нет.

Женщина рассмеялась снова, открыто и добродушно; Лонси даже невольно улыбнулся. Мало-помалу легче становилось на сердце. Со смутным удивлением он осознал, что совершенно не хочет спать, соображает ясно, голова больше не болит, а кости не ноют.

— Глупый, — сказала женщина почти ласково, — да разве я хочу что-то выиграть? Я просто поиграть хочу. Ты сюда забрёл случайно, усталый, и играть согласился не в своё удовольствие, а только ради меня. Я это ценю. Чего бы тебе хотелось? Выбирай. У меня есть всё.

Лонси смущённо обвёл взглядом полки. Конечно, товаров у толстухи множество, но всё это бесполезная рухлядь. Ему сейчас нужна звонкая монета, а торговля тут вряд ли идёт бойко, и неловко просить денежную ставку, если сам ничего не ставишь в ответ…

— Э-эй, — сказала женщина, благодушно посмеиваясь. — Я же сказала, что играем на интерес. И коли уж ты согласился играть, то выбирай настоящий интерес.

— Как это? — недоумённо спросил Лонси.

Женщина встала. Заколыхалась необъятная юбка, замигали фонарики на полках, повернулось вокруг своей оси чучело птицы под потолком.

— Чего ты хочешь? — спросила она. — Чего тебе не хватило, когда раздавали дары? Что сделает твою жизнь радостью?

Голос её прогрохотал, как отдалённый гром, и показалось, будто в лавке стало темней. Лонси почувствовал, что у него затекла спина. Хотелось в уборную.

— Вы хотите сказать — о чём я мечтаю? — робко спросил он. В том, что женщина — сумасшедшая, он уже убедился. Безумная толстуха, которой хватает ума содержать лавку, то ли гадательный салон, то ли магазинчик ненужной мелочи; должно быть, у неё иногда случаются приступы, но она безобидна, и поэтому её не помещают в лечебницу. Понятно, отчего дети редко навещают её, хотя конечно, это всё равно очень дурно с их стороны.

— Как угодно, — сказала сумасшедшая. — Может, и так. Ну?

Лонси кусал губы. Не слишком-то ему хотелось раскрывать душу перед невменяемой торговкой, но подходящей изящной лжи на ум не шло, а мечта его была проста, так проста и обыкновенна, что и сказать не стыдно. То, чего не хватило Лонсирему Кеви, когда раздавали дары…

…«Что я здесь делаю? — внезапно подумал он в изумлении. — Что я говорю? Зачем это я?»

Не стоило отвечать, не стоило продолжать этот разговор, свернувший, как сам Лонси недавно, в дикие закоулки, но женщина смотрела пристальным насмешливым взглядом: казалось, что-то тёмное исходит из её глаз и сгущается тенями в углах комнаты. В сумраке оживали и искажались маски — разевали рты, таращили пустые глазницы; мерцала, плыла и ползла вверх по стенам странная роспись. Лонси запоздало понял: он уже говорит то, что подумал.

— Я хотел бы быть сильным магом, — сказал он.

Женщина ударила ладонью по столу, с довольным видом наклонилась к Лонси. Глаза её азартно сощурились, жирно намалёванные губы раздвинулись в улыбке. Тяжёлый запах немытого тела наплыл, словно ударил по лицу, и Лонси стоило громадного труда не отшатнуться.

— Сильным? Очень сильным? — полуутвердительно повторила она. — Самым сильным?

«Сильнее Оджера Мерау», — подумал Лонси и вдруг с диким стыдом понял, что произнёс это вслух.

Женщина улыбалась. Жёлтые зубы покрывал мутный налёт. Вонь делалась нестерпимой.

— Это хорошо, — сказала женщина и положила свою трубку на подставку. — Потому что мои мальчики совсем испортились. Ты очень кстати, Лонсирем.

«Я не говорил ей своего имени», — вспомнил Лонси, но удивляться было уже бессмысленно, да и не мог он больше удивляться: в глазах всё плыло и заволакивалось тенью, тень, как дым, ползла в мысли, и сердце его было в тени. Нечто подобное он испытал, когда смотрел на доктора Тайви во время совещания у принцессы, но то чувство ни в какое сравнение не шло с теперешним: теперь он словно отделился сам от себя, и новый Лонси нёс с собой прежнего словно поклажу, никак не будучи связан с ним.

— Я рад послужить вам, — сказал он. — Госпожа, но хотя бы как начать игру, вы мне объясните?

— А что тут объяснять? — удивилась она. — Это всякому известно.

— Да? — переспросил Лонси; кажется, он совершенно разучился удивляться. — Я, наверное, проиграю, — подумал он вслух.

— Я не проигрываю, — подтвердила женщина с улыбкой.

— Жаль, — проговорил Лонси и поторопился извиниться: — простите. Всякому хотелось бы исполнения своей мечты…

Женщина расхохоталась. Теперь в её оплывшем, как свеча, лице, не было и намёка на душевную болезнь.

— Что ты! — сказала она. — Никак решил, что мне интересно отыграть у тебя собственную ставку? Глупый! Зачем мне скупиться? Нет.

И она подошла к нему вплотную, показавшись ещё выше и толще, чем вначале. Заглянула в глаза, точно высмотреть хотела что-то на самом их дне. Лонси подташнивало от запаха её тела и дыхания, но он терпел.

— Нет, — повторила толстуха. — Сначала я дам тебе то, что ты хочешь, а потом поиграем. Так-то, Лонсирем, Маг Выси.

Сердце Лонси вздрогнуло и остановилось.