Чтение онлайн

Младшая Сестра вопросительно взглянула на Неле, и та почувствовала, что у неё горят уши. «Никакого зла не случилось оттого, что я не сказала правду, — напомнила себе Неле. — Зло бы от правды случилось», — но стыдно всё равно стало. Старшие Сестры поодаль снова начали переглядываться и многозначительно хмурить седые брови, хотя знать ничего не могли и решать тоже.

— Не беспокойтесь об этом, Эмеллат, — твёрдо сказала Акридделат. — Это моё дело.

Госпожа Айет даже закашлялась, проглотив окончание фразы. Теперь она смотрела на Неле почти с ужасом, и горянке хотелось провалиться сквозь землю.

— Мы… — выдавила медик, — можем немедленно выписать госпожу… Юцинеле. Курс лечения уже окончен.

— Так и следует сделать, — сказал господин Ярит. — Джесен, добудь-ка быстро паровик. Нужно отвезти молодую госпожу к нам. Не тревожьтесь ни о чём, Неле, мы будем очень рады принять вас гостьей.

Рыжий, ражий Джесен выскочил за дверь, едва не сбив с ног рвавшихся наперерез секретарей — юношу и девушку в священнической одежде.

«А что же Мори? — с нахлынувшей внезапно тоской подумала Юцинеле. — Если он снова спросит меня? Он ведь думает обо мне. Он мне хотел помочь…» Младшая Мать и её муж всё решали легко, как решают люди, свыкшиеся со своей большой властью. Акридделат и впрямь стояла вровень принцессе Лиринии, а то и повыше. У неё случилось к Неле какое-то важное дело, о котором, кажется, никто, кроме неё, и не знал. Дело это было больше самой Неле и её судьбы…

— Письма, — говорила Младшая Мать. — Полуофициальная форма. Просьбы… прибыть для личной аудиенции… Её царскому величеству Лумирет. Его императорскому величеству Морэгтаи.

Неле вздрогнула, услыхав знакомое имя. «Величество? — повторила она мысленно. — Неужели императора Уарры так же зовут?», — но до императора Уарры ей не было дела, и она вернулась к своим раздумьям.

— Госпожа Айет, — тихонько проговорила она, — а если придут и спросят Цинелию, ответите ли, что Младшая Мать меня приютила?

— Если Младшая Мать соизволит разрешить, — шёпотом ответила та. — Госпожа Леннерау… вы скрывались у нас от кого-то? Вы в опасности? Господин Дари как-то вовлечён в это? Ох, не отвечайте, простите моё любопытство, я понимаю, что это не шутки…

Неле закрыла глаза.

Вскоре вернулся Джесен.

Неподалёку от кафедрального собора, на берегу Серебряного залива, стоял просторный, окружённый садом особняк господина Ярита. Красивый, видный был дом — бело-золотой, украшенный лепниной, с высокими окнами в тонких переплётах. В саду цвели розы и журчали фонтаны, прекрасные статуи скрывались в кустарнике, качались качели маленькой Янеллет. Внутри же дома было ещё красивей. Здесь и ночью, и днём царила прохлада. Ясный свет дробился в цветном стекле маленьких ширм, на лёгкой мебели красовались истефийские покрывала, вышитые занавеси колыхались под ветерком. Много было диковинок — собранных господином Яритом или присланных разными людьми в подарок Младшей Матери. Юцинеле долго рассматривала вазы и веера с Восточных островов. На них изображалось всё то, о чём она слышала от Данирут — люди с огромными глазами, крылатые драконы и прекрасные демоны, все в золоте и самоцветах.

Светло и дивно было вокруг.

Неле ела тоска.

…День, ночь и ещё день прошёл перед тем, как Младшая Мать возвратилась из храма. Горянка не торопила время. Она полагала, что важный разговор займёт несколько часов, а потом Акридделат передаст дело тем, кто должен им заниматься. Так было с принцессой Лиринией, так будет и сейчас. Юцинеле мыслила здраво и отнюдь не переоценивала свою значимость. Раз за разом получалось, что сильные люди использовали её для своих целей, но их взгляды обращались к Юцинеле вовсе не потому, что она была сильна — скорее наоборот. Отец послал её в Ройст как бесполезного полувоина. Лириния выбрала её как поддельную принцессу. Наверно, и для Младшей Матери она была кем-то ненастоящим. «Я ведь даже и для Мори ненастоящая, — с грустью думала Неле. — Именем я чужим назвалась и судьбу придумала… Что за доля моя такая!»

Арсен и Джесен носились по городу из конца в конец, показывались в доме на пару минут, а потом снова спешили куда-то. Горянка не могла взять в толк, чем они заняты. Судя по озабоченному виду, с которым они перекидывались словами с отцом, братья проводили лето не в праздности. Сам господин Ярит день-деньской сидел в своём кабинете за бумагами, а если исчезал, то обнаруживалось это, лишь когда он возвращался — с усталыми глазами и усмешкой на тонких губах. Слуги прилежно трудились; Юцинеле предложила помощь кухарке, но строгая рескидди отослала её. Одна Янеллет, маленькая Неле, была беспечна — бегала по саду и дому, пела, мешала работать отцу. Узнав, что мама вышла из затвора живая и здоровая, девочка неожиданно успокоилась и ждала её домой терпеливо, без грусти.

Потом приехала Акридделат.

В окно Неле увидела, как господин Ярит обнимает и целует свою жену, и улыбнулась с печалью. Сыновья Акридделат и Нерсена стали взрослыми, а любовь их не состарилась. Женщины Древнего Юга оставались красивыми невестами в том возрасте, в котором горянки дряхлыми старухами ложились в землю. «Наверно, это из-за крови демонов, — думала Неле. — Рескидди смешались с бессмертными, и поэтому живут долго, не старясь».

Мягко ступая по белому песку дорожек, Младшая Мать шла к дому. Янеллет вылетела из дверей и с пронзительным криком кинулась ей на шею. Акридделат рассмеялась, подбрасывая её в воздух; поймал дочь уже господин Ярит и посадил ту себе на плечи. Был вечер. Ало-золотая дорожка протянулась от солнца по водам Джесай, закатный свет наполнил улицы. «Красиво», — думала Неле, дивясь, отчего так пусто у неё в груди.

— Здравствуй, Юцинеле, — сказала ей Младшая Мать.

Таянка поздоровалась и поклонилась. Господин Ярит, щекоча хихикающую Янеллет, унёс дочь наверх, в спальни. Акридделат проводила их взглядом.

— Я уже просила у тебя прощения, Неле, — сказала она, — так что сейчас, пожалуй, лучше будет сделать другое. Ты наверняка о многом хочешь спросить. Спрашивай — я отвечу начистоту. Только пройдём сперва в кабинет.

Идя за нею, Неле усмехалась уголком губ. Все-то считают, что ей очень интересны их дела. Нет бы сразу говорить, что она должна сделать и как изменится после этого её судьба. Можно подумать, что-то ещё может занимать человека… Аллендорцы мудры, а рескидди ещё мудрее, но, кажется, в великой их мудрости простые вещи им непонятны. Иное дело горцы. Никогда отец ничего Юцинеле не объяснял — зато приказывать он умел.

Младшая Мать задёрнула зелёные шторы и села в кресло с высокой спинкой, пододвинув его к серебряной статуе Арсет. Неле думала устроиться на полу, но Акридделат указала ей на другое кресло. Горянка послушно опустилась в него и сложила руки на коленях.

— Я слушаю тебя, — сказала рескидди.

Юцинеле помолчала.

— Госпожа Младшая Мать, — начала она, решив быть прямой. — Вы лучше сразу скажите, что я сделать должна. А если спрашивать можно, то я бы спросила, как сделать лучше и что будет потом. Когда господин Маджарт в Ройсте объяснял Лонси про магию, я ничего не поняла. Меня этому не учили. Так что если дело сложное, я и без рассказов обойдусь.

Акридделат прикрыла глаза, задумчиво коснулась пальцами губ.

— Славно, — сказала она; нетрудно было понять, что всё это с точки зрения Младшей Матери совсем не славно. — Жаль, ты не перескажешь мне, что говорил Лонси господин Маджарт…

— Доподлинно не перескажу, — согласилась Юцинеле. — А так-то помню. Он про магическое лето объяснял, про Каэтана и Воина Выси. Как мы Воина разбудили, так его тени у нас забрали и в Ройст отвезли, к принцессе Лиринии, потому что я принцесса ненастоящая.

Чем дальше Неле вела речь, тем шире раскрывались глаза Акридделат. В конце концов горянка смутилась и смолкла. Она полагала, что Младшая Мать всё это и сама знает.

— Продолжай, — глухо приказала первосвященница. Хотя лицо её стало суровым, Неле почувствовала облегчение: с приказами ей было проще, чем с дозволениями.

— Началась весна магии, — основательно сказала таянка. — Все знают, что скоро после этого начинается война. А воевать никто не хочет. Вот и решили в Ройсте, чтобы Воин Выси не пробудился, отправить к его усыпальне не Лиринию, настоящую принцессу, а меня, и не настоящего мага, а Лонси. А Воин взял, да и всё равно проснулся. Тогда его сразу в Ройст увезли, чтобы к принцессе Лиринии он привык, слушался её и воевать не пошёл. А нас с Лонси послали в Рескидду — подальше от Воина. Но решили, что этого мало, и на вокзале подменили нас тенями, бумаги наши тоже подменили. Потом всё по сказанному было — заболела я, а Лонси пропал…