Чтение онлайн

– Несмотря на несколько излишнюю медоточивость с вашей стороны, ваши слова действительно приятны. 

Реска, Реска… По крайней мере готова помочь. Вот только считаешь нас угрозой, а это уже лишнее. Сейчас нам крайне важно, что же в твоей чудесной головке может таиться. 

– Позвольте предложить вам руку. 

– Ах, Младший, как же это любезно с вашей стороны. 

Раз уж вступил Младший, да еще и с таким предложением – им точно нужна моя помощь. Попали в беду? Бред, этих двоих боятся, как корм боится Наймера, так что это либо война, но они пока не объяснили с кем, либо… Либо кто их знает, что у них на уме. Но чем раньше я это выясню – тем лучше будет для меня. Впрочем, Бониард тоже, скорее всего, попросит объяснить ему, что же нужно братьям. Ладно, что-нибудь придумаем, притом напустим побольше туману, в конце-концов братья никого и никогда не просят о помощи, а тут вдруг такой случай… Если правильно повести игру, то можно будет даже остаться в неплохом выигрыше, хотя в присутствии братьев «неплохой выигрыш» скорее означает «больше чем при своих». 

– Господа и дамы, прошу меня извинить, прибыли еще гости. Проходите в зал и располагайтесь. 

Ничего не понял из их диалога, кроме того, что они сюда не на войну пришли, и им нужна помощь Рески. Кого там принесло? Силы Ночи, Инк!!! Берегитесь, дамы. 

– Я рад вас видеть в добром здравии, Бониард. 

– И это взаимно, Инк. 

Вот уж действительно, пожалуй, первые слова в этот вечер, в которых нет ни капли Игры. Хотя нет. Есть, конечно. А-а-а… он углядел братьев у меня за спиной. 

– Сегодня воистину вечер редких, а потому дорогих гостей. 

Инк кивнул и скупо улыбнулся. 

– Дамы будут в восторге, как всегда. 

Значит - женщины есть. А как всегда – обозначает Реску. Но есть и кто-то кроме неё. 

– Чудесно. Я не сомневаюсь, что нам всем сегодня найдется занятие по душе. 

О чем это он? Подумаем… Он прибыл не по делу, а отдохнуть, но упоминание о душе – это братья. В чем можно не сомневаться в отношении братьев? Только в том, что раз уж они прибыли на вечер – значит у них есть очень серьёзное дело. Он не мог не почувствовать, что братья в полной силе. Они всегда ему нравились, а значит, он готов вступить в Игру на их стороне, если только он не будет их мишенью. Это все? Нет. Инк слишком опытен, чтобы отделываться такой банальщиной. Что еще? Реска? Кто-то из гостей? Слишком много вариантов, чтобы вычленить нужный. 

– Проходи в зал. Остальные уже там. 

– Прибыли все? 

– Ждем лишь Брена. 

– Как всегда. Впрочем, он за дверью. 

Бониард слегка позавидовал такой сенситивности. Брена даже в радиусе десятка метров он мог почувствовать разве что, находясь на пике силы, а Инк явно давно уже не питался. Или питался? Тогда почему он настолько пустой? Тоже интересный момент. 

– Брен, входите скорее. Я крайне рад, что еще один из старшего поколения наконец-то присоединился к нам. 

Еще один? Старшее поколение не так многочисленно теперь. Неужели братья? Точно они. Да еще и на пике силы, или очень близко к тому. Крайне не хотелось бы с ними встречаться, но что теперь сделаешь… Они уже наверняка почувствовали меня, да и уходить теперь было бы невежливо по отношению к Бониарду. Ну-ка… Реска. Инк. Наймер и братья. Остальные слишком слабы чтобы на них обращать внимание. Хотя, не обращать на них внимание опасно. Тем более, когда эти пятеро здесь. Из них всех, какое-то подобие союза у меня было только с Наймером, но не получилось… Нет уж, каждый сам за себя. 

– Благодарю за гостеприимство, Бониард. Вы учтивы как всегда. С вашего позволения я пожалуй присоединюсь к остальным гостям. 

– Разумеется.

Ночь – время, когда становится возможным невозможное. Время, когда тайны тоже живут своей жизнью, и могут показаться, а могут заползти в такую глубокую нору, что вытащить их оттуда не представится возможности никому. Время, когда Игра идет полным ходом, и случайная оговорка может стать причиной взлёта или краха. Ночь это больше, чем всё перечисленное. Ночь это жизнь. 

Но так же Ночь может стать временем покоя и сна. Временем, когда всё замирает и опустошается. Временем, когда либо едите вы, либо едят вас. И даже Дитя Ночи не могут отрицать, что Ночь больше и этого. Что Ночь – это смерть. 

Никто не понимает сути двойственности вещей так хорошо, как Дети Ночи, и никто кроме них не умеет так умело играть на этом.

Бладер покачал головой. Он столько сил потратил, чтобы найти эту парочку для своего нового приобретения, а тот сидит рядом и не проявляет к ним никакого интереса. Что же должно произойти, чтобы этот Мараин наконец-то начал питаться? Они орут друг на друга уже битых два часа, а он сидит и зевает. Зевает!!! Мда… Дело похоже совсем плохо. Его зевание означает, что энергия потихоньку утекает из него, а он не умеет её останавливать. 

– Ну и зачем, наконец, ты меня сюда притащил? Они ругаются, а мы подглядываем. Ты что, извращенец? 

– Тебе нужны силы, Дитя. Тебе нужна их ярость. Еще немного времени и их ярость… 

– И их ярость никогда не выльется наружу. 

Бладер в изумлении посмотрел на Мараина. 

– Объясни – потребовал он. 

– Это ругань. С яростью у неё мало общего. Скоро они устанут и прекратят. 

– Но тебе же нужна еда. 

– А как я буду есть то, что даже не представляю себе, ты об этом подумал? 

– Ну… 

Бладер уже неуверенно посмотрел на ругающихся. Если говорить по правде, он понятия не имел, как питаются Мараины. Его собственное питание было намного проще и понятнее. 

Мараин устало поднялся со своего места, потянулся и тихо сказал: 

– Пойду пройдусь… Здесь сидеть толку никакого. 

– Что!?! – возмутился Бладер. 

– Что слышал. 

И неожиданно для него, Мараин направился к ругающейся парочке. 

– Господа, не стоит употреблять таких слов. 

– А ты еще кто такой, чтобы нам указывать. 

– Ну пожалуй если кто-то и мог бы вам указать – то это я. 

– Не лезь не в своё дело, придурок. 

– Это невежливо с вашей стороны. 

– Да мне плевать, вежливо это или нет. Отвали. 

– А не то что? Вы сделаете мне больно? Врядли таким слабакам как вы, удастся это. Вы даже друг с другом разобраться не можете, не говоря уж о ком-нибудь другом. Вы всего лишь щенки, которые тявкают, но не кусают. Да и тявкать то вы не особо умеете… 

Мощный удар поверг Мараина на землю, прежде чем он успел договорить. Изумленный Бладер наблюдал, как Мараин, который мог походя раскидать дюжину таких буянов, прикрыл лицо руками и закричал: 

– Не бейте меня! 

Некоторое время удары сыпались только от одного, но чуть позже подключился и второй смутьян. Мараин, валяясь на земле, осыпаемый градом ударов, ухитрился извернуться, и ткнуть одного из нападавших в пах. У того перехватило дыхание, и чуть позже, когда он восстановил его, он накинулся на Мараина с удвоенной силой. Однако тот и не думал подниматься, и вместо этого провернул то же самое со вторым.