Чтение онлайн

Из-под тяжелых век атаман осмотрел своих людей и пришлых, наконец разлепил яркие губы:

— Что случилось, Ляков? Почему новые люди? С чем к нам пожаловали?

— Мы в ловушку угодили, Мархад, — отозвался старик. — Кочевых видимо-невидимо на нас навалилось. Чувяка сразу копьем прошили, мотоциклетка заглохла, а после и вовсе взорвалась, пока мы отстреливались. По счастью, эти вот парни на выручку пришли. Без них бы не отбиться нам. Ну и сюда помогли фургон прикатить. Наемники они, вот этот за старшего у них, Леваном звать. Без них нам бы совсем пропасть, а так спаслись. Я их в гости позвал, с благодарностью.

— Мотоциклетку потеряли? — Мархад покачал головой, и круглые красные щеки тряхнулись туда-сюда. — Ах, беда.

Он вздохнул, пожевал толстыми губами и стал разглядывать Левана, который до сих пор не отер запекшуюся кровь с лица и одежды.

— Мы люди простые, — изрек атаман, закончив осмотр, — и живем просто. Ты, Леван, и твои друзья — мои гости. За столом и поговорим. Так полагается, чтобы беседа добрая вышла: сперва покушать, а после дела обсуждать.

Говорил он вроде правильно, но в его речи слышались непривычные Левану интонации, чувствовалось, что этот язык Мархаду чужой, хотя выучился он хорошо.

Пришлым дали воды, и Леван смыл наконец чужую кровь, засохшую на лице. Потом их привели в большой зал на первом этаже. Вдоль помещения тянулся длинный стол, возле него стояли лавки. Ляков и остальные шли следом, бандиты вполголоса обсуждали новости. Всех беспокоило, что дикари заявились в большом числе и слишком обнаглели. Леван расслышал, как один сетует: раньше, мол, было достаточно припугнуть кочевых, пострелять малость, и они убегали, прихватив, конечно, что удавалось стянуть, а теперь неизвестно, как выйдет…

Расселись за столом, из соседнего помещения появились женщины с подносами.

— У нас тут по-простому, по-братски, — вещал Мархад.

Когда кто-нибудь из баб оказывался поблизости, он вытягивал руку и хлопал толстой ладонью прислугу по заду. Леван заметил, что некоторые при этом хихикают, другим не нравится, и они не боятся это показывать. Нет здесь страха, ох нет! Оттого и беспорядок, грязь кругом.

— Мы друг другу всё рассказываем открыто, честно, — продолжал атаман. — Вот ты, к примеру, у кого до сих пор служил?

— У Шарпана.

— Ну и как было? Не понравилось, раз ты от него сбежал?

— Не сбежал. Шарпан хороший хозяин, но под ним не подняться. Всё под себя гребет. Вот я и ушел от него. Хочу щедрого атамана найти.

— А, это верно, это ты верно придумал, — закивал Мархад. Молодая женщина в красной косынке поставила перед ним блюдо с вареным мясом. — Ты кушай, кушай. Хорошее мясо, с травами, с луком… Сана, почему бутылку не несешь?

Женщина в косынке улыбнулась. Она была из тех, которых шлепки Мархада вроде бы не обижали. Леван оценивающим взглядом окинул ее фигуру и залюбовался. Красивая женщина. Сана ему очень понравилась.

— Сейчас доставлю, сейчас.

Сана, даже не глянув на Левана, упорхнула, а Мархад, набив рот, снова заговорил:

— Я не такой, как Шарпан, я щедрый и добрый, я для людей ничего не жалею.

Леван кивнул — такие речи обычно предшествуют приглашению присоединиться к клану. Значит, беседа идет в нужном направлении. Потом на столе появилась брага в бутылях толстого стекла, оплетенных лозой; выпили, и Ляков стал рассказывать о схватке с кочевниками. Описывая появление Левана с приятелями, он не жалел красок, упомянул и о том, как Леван опрокинул всадника вместе с ящером и как один бросался на целые толпы дикарей. Кстати, число нападавших старик сильно преувеличил. Да это и понятно — иначе как объяснить, что угодили в засаду и не смогли отбиться сами? Завершил рассказ Хромой так:

— В этом сезоне, Мархад, нам непросто будет отбиться. Много кочевых нагрянуло. Та полусотня, с которой мы нынче схлестнулись, — это ж только разведка, за ними куда большая толпа валит, верняк!

Мархад слушал, качал головой, облизывал толстые пальцы. Сана принесла еще одну бутыль, уселась атаману на колени. Он нежно прижал женщину к круглому боку и кивнул на пустой стакан. Сана поправила косынку, налила Мархаду и себе тоже. Еще кое-кто из прислужниц присоединился к застолью, остальные стали зажигать лампы на стенах. Солнце село, близилась ночь.

— Вот что я скажу, — заговорил Мархад, одной рукой обнимая Сану и вертя стакан в другой, — если дикари осмелели, их нужно проучить. Биться будем. Это значит, мне понадобятся люди. Хочешь, Леван, оставайся у нас. Сам видишь — мы живем дружно, по-доброму. У нас хорошо. Верно, милая?

Он обернулся к Сане, та потянулась к нему, утонула ртом в густых черных зарослях бороды и влажно чмокнула в губы.

— Верно, Мархадушка, хорошо у нас!

— Так что приглашаю, дорогой, будь моим гостем, будь моим другом.

— Это хорошо бы, — присоединился к главе клана Ляков, — Леван сильный, смело сражался, а как стрелял метко!

Старик успел охмелеть, Дуля сидел рядом с ним и тоже, кажется, принял немало. Леван пока не решался напиваться. Мало ли чем дело обернется. Пока все идет гладко, но…

— Из чего стрелял-то? — небрежно поинтересовался Мархад. — Ах да! Твой карабин ящер укусил, помню. Ничего, приклад починим, будет как новый!

— А потом из пистолета! — сообщил Ляков. — Хорошо стрелял, метко!

— Из пистолета? — Мархад словно удивился. — Покажи свой пистолет, Леван.

Леван неторопливо вытащил «беретту» и протянул атаману рукоятью вперед. Он видел, что бородач опустил стакан и потянулся правой рукой под стол. Наверное, оружие приготовил. Не доверяет, значит. Ну, это не беда, на его месте так любой держался бы.

Мархад выпустил Сану, женщина встала, и Леван заметил, что она тоже держала наготове маленький серебристо блестящий пистолет, только не на виду, а прижав к боку — оружие зарылось в складки широкой юбки. И когда только успела вытянуть?.. От этой бабенки Леван ничего подобного не ожидал. Выходит, Сана — не простая служанка и годится не для одних только поцелуев и шлепков по мягким местам.

Пока Леван размышлял, что не все здесь так просто, как пытается изобразить атаман, Мархад разглядывал «беретту», вертя ее в левой руке, а правую так из-под стола и не показал. Наконец он заявил:

— Хороший пистолет! Очень хороший! Из такого приятно метко стрелять в диких кочевников. Я тоже как-нибудь попробую. Оставайся с нами, Леван, будем стрелять вместе.

А «беретту» бородач без всяких объяснений сунул в карман просторного полосатого халата, как будто так и надо было.