Чтение онлайн

– Ой, что это?
– воскликнул кто-то.

– Тише, не кричите! Мы проделали дыру в стене.. . Кто хочет бежать, может выпрыгнуть.

Люди зашевелились. Шмулик почувствовал, что его отпихивают в сторону. Кто-то попробовал зажечь спичку.

– Погаси огонь, сволочь!
– угрожающе прикрикнул на него парень, стоявший возле отверстия.

– Люди, не прыгайте, пожалейте нас! Немцы нас всех убьют, запротестовал было кто-то в темноте. Сильные пальцы Хаима ухватили Шмулика за локоть.

– Прыгай, Шмулик, нечего ждать.

– Прыгай, парень, - поторопил его еще кто-то.

– Не могу.

– Прыгай, тебе говорят. Боишься?

– Не могу оставить маму.

Рука Хаима отпустила его локоть.

Шмулик увидел, как Хаим прильнул к пролому. Удар ветра в лицо - и фигура мгновенно исчезла во мраке ночи.

После Хаима и его жены прыгнули еще двое мужчин.

– Шмулик, сынок!

Мальчик почувствовал теплую руку матери.

– Мамаша, не держите его. Пусть парень попробует спастись.

Шмулик увидел немолодого мужчину, стоявшего все время сбоку, в стороне от общего волнения.

– Прыгай, парень, - повернулся мужчина к Шмулику, - матери ты ничем не поможешь, а свою молодую жизнь, может, и спасешь.

Шмулик молчит, только сердце его гулко стучит в груди.

– Мамаша, - продолжает мужчина, - поторопите сына, а то будет поздно.

Горячие слезы покатились по рукам мальчика. Мать обняла сына, крепко прижав его голову к своей груди.

– Прыгай, сынок, прыгай. Может быть, он прав...

– Мама, - прошептал Шмулик, - мамочка моя...

Вдруг кто-то подтолкнул его сзади. Вот он, уже в проломе. Сильный толчок в спину, и ноги его отрываются от пола. В лицо ударил поток свежего холодного воздуха. От оглушающего грохота закружилась голова,

Когда Шмулик открыл глаза, первым его впечатлением была жгучая боль в левом колене и в локте. Ощупал больные места - на пальцах липкая жидкость.

– Кровь! Зато живой!
– обрадовался он. Ночь. На небе полная луна. При ее свете Шмулик увидел, что он лежит на краю насыпи. Поодаль чернеют сосны и ели. Где-то прокричал петух. Залаяла собака.

– Лес, - сказал себе Шмулик, - и недалеко село или хутор. Что если кто-нибудь попадется мне на дороге? А где те, что прыгнули передо мной? Куда делся сапожник Хаим?

С трудом поднявшись на ноги, мальчик попробовал шагнуть, без цели, только бы сдвинуться с места. Но боль отдалась во всем теле. Он опять ощупал разбитую ногу: горячая.

Лишь бы не заболеть! Он должен быть сильным и здоровым.

Шмулик понимал, что идти вдоль пути опасно. Нужно спрятаться в чаще леса. На опушке, близ полотна железной дороги, деревья были спилены. Обходя пни, Шмулик углубился в лес.

Лес становился все гуще, все меньше попадалось пней. Темно - хоть глаз выколи. Время от времени подает голос ночная птица, оглушающе квакают лягушки.

"Не залезть бы в болото" - с опасной подумал Шмулик, осторожно ставя ногу на кочку.

Высокая лесная трава путается в ногах. Сосны и ели сменились лиственными деревьями с густой кроной. Шмулик понял, что сухой сосновый бор остался позади и что впереди болота.

Ему вспомнились рассказы, которые приходилось слышать в детстве о болотах, засасывающих людей бесследно.

Шмулик очень устал, с трудом передвигает ноги. Голова будто свинцом налита. Усевшись на землю под раскидистым деревом, он прислоняется головой к стволу и тут же засыпает.

Проснулся он от странного ощущения, что кто-то есть рядом с ним. Открыл глаза. Хотел было вскочить и бежать, но не мог двинуться с места. За ночь раненая нога распухла. Волоча ее за собой, Шмулик пополз в заросли папоротника.

Солнце уже высоко стояло в голубом, без единого облачка, небе. Внутри у Шмулика все горело от голода и жажды. Уже полтора дня у него во рту не было ни крошки.

Запах спелой малины раздразнил его аппетит. Шмулик осмотрелся вокруг, и у него заблестели глаза. На ветках кустов покачивались от легкого ветерка спелые темно-красные ягоды.

Собравшись с силами, Шмулик ползал от куста к кусту. Хватает руками ветку, наклоняет ее к самому лицу, губами собирает душистые ягоды и жадно глотает.

Неожиданно до его слуха донесся звук приближающихся шагов. Мгновенно голод и жажда забыты, и мальчик прячется в густые кусты.

– А вдруг уже заметили ? Тогда нет смысла прятаться !

Голоса слышны все громче. Ясно, люди приближаются к его укрытию. Вдруг он весь напрягся: кажется, он услышал еврейские слова.

По телу пробежала нервная дрожь. Догадка подтвердилась: действительно, рядом евреи. Может быть, это те, которые спрыгнули с поезда, ищут здесь убежища?

Шмулик пополз вперед, на голоса. Среди деревьев он увидел серый пиджак и затем всю фигуру сапожника Хаима.

Будто кто подтолкнул его, Шмулик вскочил и бросился вперед.

– Хаим, Хаим!
– радостно воскликнул он, забыв об осторожности.

Действительно, это Хаим и с ним один из его компании. Мальчик протянул руки, желая обнять старого знакомого, но его остановил мрачный взгляд сапожника.

– Чего орешь? Ты здесь не дома!
– хриплым голосом одернул его.

– Хаим, как хорошо, что я тебя встретил. Был совсем один, - продолжал мальчик уже тише, и протянутые его руки упали.

– Хорошо, хорошо... Каждый из нас тут одинок. Даже если соберется тысяча евреев, все равно будем одинокими.

Шмулик посмотрел на суровое лицо сапожника и спросил дрожащим голосом:

– Хаим, а где твоя Хана?

Лицо Хаима перекосилось от боли.

– Нету... Под колесами поезда...

– Ой, - вырвалось у Шмулика.

– Не жалей, парень... Скоро все встретимся на том свете.

Оба замолчали. У Шмулика одно-единственное желание: не оставаться одному в лесу, избавиться от одиночества, быть в обществе людей, евреев... Некоторое время идут молча бок о бок.

Хаим останавливается, смотрит на мальчика, с трудом волочащего распухшую ногу, отводит глаза в сторону и цедит сквозь зубы: