Чтение онлайн

В ручье отражался кусок голубого неба. Флавий не сразу понял, что это значит, а поняв, дернулся как от удара. Утро. Уже утро. Сегодня утром он должен был встретиться с Ренатой. А когда? На рассвете? Или позже? Он уже опоздал! Опоздал! Упустил свой шанс!

Флавий навис над ручьем, упираясь руками в глинистый берег. Рассмотреть себя не получилось, в воде виднелось только отражение всклокоченной головы, коричневое на ярко-голубом фоне. Да, не лучший вид для встречи с Ренатой.

Он отряхнул одежду, пригладил ладонями мокрые волосы и потащился к назначенному месту. По дороге говорил с Магдой. В последнее время он часто с ней разговаривал. Слышал ответы, видел лицо. Сейчас оно было встревоженным и печальным.

— Племянница Ансельма! Да, вот с кем надо связываться! — говорил Флавий, возбужденно размахивая руками. — Сколько подобных девочек и мальчиков попадалось мне в столице! Еще не жившие, глупые как щенята. Им всё легко, они словно огорожены от миры невидимой стеной щитов. Такой человек сам станет своему нексуму щитом от мира. А еще — источником живой воды. Куколка, напитанная жизнью по самую маковку.

Магда хмурилась, молчала.

— Ты же знаешь: это невозможно, — продолжал он, имея в виду, что ее не заменить. — Это только поддерживающая терапия. Мне это необходимо. Нам это необходимо. Неужели ты хочешь, чтобы я сейчас свалился к тебе? Неужели тебе будет легче? Даже если и будет — подожди. Я хочу еще пожить. Я все равно никуда от тебя не денусь.

Магда не откликалась. Она пропала, пока он пытался ее убедить. Флавий озирался, ища ее среди деревьев. Он стоял на опушке леса, впереди сквозь голые ветви сквозили поля. Зачем он здесь? Куда шел? Ах, да!

Его ждали. Рената подлетела, встревоженно трепыхаясь — во взгляде столько жалости, что у Флавия вскипела желчь. Он сглотнул горькую слюну и улыбнулся своей новой вечной любви. Будущей. Подержал за предплечье, приветствуя. И увидел ее руку на своем рукаве, замаранном мокрой землей и пеплом. Именно увидел, не почувствовал. Это его напугало: неужели и правда мертв?

Подошла Уирка. Когда Флавий пожал ей запястье, она крупно вздрогнула — и тут же улыбнулась, словно извиняясь за несдержанность.

Флавий не слишком удивился, что Рената позвала на подмогу кузину. Его больше насторожило бы, приди она одна.

— Мы нашли тебе место, где пожить, — сказала Рената. — Договорились с хозяином. За тобой станут ухаживать. Ты будешь свободен.

— Место? — переспросил Флавий.

— У твоего знакомого. У Гисли. Тебе там будет хорошо. Безопасно.

Флавий хмыкнул. Вот же бестолочь. Сейчас нигде не безопасно, особенно для него. Но к Гисли отчего бы не пойти? Да он пойдет куда угодно. Даже если завлекут в засаду — какая теперь разница?

Флавий поднес руку Ренаты к губам. Надо собраться с силами. Сейчас всё зависит от того, как он поведет себя с этой красивой дамой. Сердце болезненно дернулось. Нет, он жив еще! Он встряхнулся, оглядел кусты, небо над оврагом. Теперь он всё видел ясно. И Ренату с Уиркой — обе чистенькие, тепло одетые, встревоженные. Ни дать ни взять девочки из хорошей семьи встретили в лесу приведение. Или этого… оборотня, вот. Уирка что-то совсем тощая. Если Рената взяла ее для охраны, то она просчиталась. Она сама скорее завалит Флавия. Какое тело! Д-да… А он и не будет сопротивляться.

— Мне… Трудно сосредоточиться, — сказал Флавий. — Прости, госпожа, тебе придется повторить сначала.

Она коснулась его плеча.

— Пойдем с нами. Мы договорились с бондом Гисли… Ты помнишь Гисли? Он отдает дом… баню. Тебе. Живи сколько хочешь, никто не потревожит. Только еду будут носить.

Флавий кивнул. Живой ли, мертвый — а помыться не мешает. Вот насчет еды… Интересно, а сможет ли он теперь есть? Внутри как будто все смерзлось. Боги, может, он правда уже мертвый и разлагается?

— Ты согласен? — спросила Рената. — Идем?

— Куда? — удивился он.

И увидел на ее глазах слезы. Ну вот. Еще немного, и она решит, что он не стоит заботы.

Тут Уирка дернула его за руку:

— Давай мешок. Давай, понесу.

Повесила мешок себе за плечи, подхватила Флавия под руку и потащила из оврага в лес.

Флавий навалился на нее, стараясь давить в меру — опора все-таки хлипкая. Это мелкое хулиганство приятно развлекало. Он висел на Уирке и думал о Ренате. Если давить на жалость, можно уговорить ее на многое. Даже, наверное, на кор нексум. Не сразу, конечно. Кто свяжется с сумасшедшим? С умирающим? Но если постепенно обрабатывать… Встреча за встречей, нежные разговоры, робкие прикосновения, влюбленные взгляды… Она согласится. Правда, на это могут уйти недели. А у него считанные часы. Эх…

— Вчера он выглядел лучше! — пожаловалась Рената Уирке.

Та спросила у Флавия:

— Когда ты в последний раз ел?

Флавий попытался вспомнить. «Да я постоянно что-то жевал. То сухари, то кору. Я набит корой, как дупло совушки. Сейчас уже вряд ли что-то влезет».

— Трудно сказать…

— Ясно. Ну, Гисли позаботится о бульоне. Он и пива тебе обещал… Помнишь, какое у него пиво?

«Что ж ты, мразь, не сдохла? — думал Флавий, косясь на Уирку. — Нет, ну почему жизнь несправедлива только ко мне?»

Некоторое время он переживал внезапный приступ ненависти — не столько к конкретной Уирке даже, а вообще к этой шлюхе-судьбе. Приступ выжрал из Флавия все силы, он обвис в руках Уирки и некоторое время вообще ни о чем не думал.

Опять ему худо, и опять острый локоть упирается в бок. Сколько можно тащить его к Гисли? Вон, уже трава растет. И куда делись лыжи?

— Ты дорогу к Гисли знаешь? — спросил Флавий.

Да, уже весна. Что-то случилось там, у Гисли. Что-то с Магдой. Ее ранили? Ведь это из-за нее было так… Он прислушался к себе и удивился. Плечо не болит. Только сердце что-то… того. И дышать трудно. «Когда умираешь, страшно. Дышишь изо всех сил — а воздуха нет». Как же долго они идут…

И тут Флавий вспомнил: Магды больше нет. Давно нет. Тогда зачем им к Гисли? Ах, да! Его же спасают.

Что-то сегодня совсем худо. Он умирает? Сходит с ума?

Нет, так дело не пойдет. Надо бы принять укрепляющего. В его положении годятся только сильные средства. От них будет хуже — но потом. Займем у наркотиков немного времени — чтобы не выглядеть перед Ренатой совсем уже безнадежным безумцем.

— Погодите. Мне нужно… лекарство.

Уирка вывернулась из-под его руки, скинула мешок на землю и отступила к Ренате. Обе они терпеливо ждали, пока Флавий смешивал порошки. Рената дала воды из своей флажки. Флавий влил в себя лошадиную дозу стимулятора по проверенному рецепту. С этим снадобьем люди сохраняют ясную голову даже во время оргий.

Он снова навалился на Уирку. Пусть тащит, раз взялась. В голове постепенно прояснялось, руки и ноги наливались силой.

Рената старалась подбодрить:

— За твой подвиг тебя оставят жить хоть на год. А потом проводят до Озера Ста Рукавов, найдут корабль до Ольми…

— Гисли хороший человек, — сказала Уирка. — Он хороший, а мы ему — такую подлость. За что?

— И я не знаю, — откликнулся Флавий.

А вот и озеро. Оно казалось небольшим, но Флавий знал, что всё его не обойдешь и за полдня. Узкий, с четверть мили, пролив соединял два широких плеса. Усадьба Гисли расположилась у одного из них, на высоком берегу. Флавия же привели к другому плесу, на низкий берег, в луга.