Чтение онлайн

Они проехали от силы три версты, когда впереди замаячила развилка. Опять пришлось останавливаться. Надо было решать: сворачивать или править прямо. Направо - Пелинор. Места знакомые, но мы это уже проходили. Прямо - герцогство. Если на границе нет егерей - вполне подходяще. А если они там есть? То-то! На восток дорога уходила, круто забирая в сторону от тракта. Туда совсем не хотелось, разве в случае крайней необходимости. И Местырь, - что сильно настораживало, - домой не шибко рвался.

– Какие будут предложения?
– спросил Шак, перекинув вожжи через колено. Из вороха манаток выполз помятый собака, скрипнув зубами, подсунул под бок мягкий сверток. У Сани за спиной шевельнулась Цыпа.

– - Что молчите?
– поторопил Шак.

– - А хрен его знает, - запустил Саня любимую тятину поговорку.

– Можно попробовать - в герцогство, - предложил собака.
– Найдем проход в границе и - вперед, пока Ариевы полководцы не расчухали, что на здешнем участке хранитель ласты склеил.

– - Другие мнения есть?
– спросил Шак.

Никто больше не отозвался. Апостол подхватил вожжи и уже тряхнул, когда охнула Цыпа.

– - Что?

Курица высоко подняла над головой пораненную руку. По смуглой коже быстро стекал целый поток крови.

– - Ты обо что порезалась?
– удивился кот.

– - Быстрее!
– крикнула девушка.
– Сворачивайте куда-нибудь. Впереди егеря.

Санька еще удивлялся, а Шак уже круто развернул повозку в сторону восточного порубежья. Кот собирался крикнуть, мол, давай на запад, но куда там! Шак уже был далеко впереди - не докричишься.

Брусчатка скоро кончилась. Прекратился жуткий колесный грохот, зато пошла тряска на ухабах. Солька громко вскрикнула. Саня не обратил внимания. Сколько гнал, выворачивал шею в сторону предполагаемого появления егерей. И дождался!

Его телега подкатила к густым кустам на опушке леса, когда на тракт вырвался авангард егерей. Они шли лавой. Саня визгнул, кони рванули и вскоре уже надежно отгородились он неприятеля зеленью.

Но останавливаться, да просто попридержать взмыленных коней, простаков не было. Шак погонял стоя во весь рост. Саня скрючился на облучке. Он кот, а не боевая лошадь. Ему не зазорно и поопаситься.

Сколько они так гнали? Но вот Шак начал притормаживать. Саня едва успел натянуть вожжи, иначе налетел бы на его повозку. Передовая телега выкатила на поляну. Кот стал рядом. Апостол перегнулся с облучка.

– - Цыпка, покажи.

Курица подняла забинтованную руку. Повязка промокла кровью. На тряпке выступила алая роса.

– - Я тебе голову оторву, - пообещал Шак курице, но тут же переспросил?

– - Нас не заметили?

– - Нет, - отозвалась Цыпа.

– - Будем делать привал?

Сане бы тоже не мешало отлежаться. За побегом позабыл о стонущем животе. А тут вспомнилось, так что кубарем улетел с облучка в кусты.

Когда вернулся, Фасолька бродила по краю зарослей и срывала с верхушек высоких зеленых метелок желтые соцветия.

– - На, - протянула она целую пригоршню лепестков коту.
– Ешь прямо сейчас.

Цветочки оказались на редкость противными на вкус. Но сжевал, куда деваться. Подтянулись остальные. Только Местырь исчез.

– - Где пленный-то?
– вяло спросил собака.

– - Тебя за ним присматривать отряжали, - сварливо отозвался кот.

Собака закашлялся и не ответил. Санька понял, что ему стало хуже, подскочил, подставил плечо, помог забраться в телегу, накрыл теплым одеялом.

– - Шак, может, правда - привал? Смотри, Эд едва дышит.

– - Потерпишь еще чуть-чуть, Эдди? Надо найти хоть какую-то воду. Иначе лошади падут.

– - Потерплю, - прохрипел собака - не впервой.

Они шагом проплутали чуть не до вечера. Кони заметно слабели и начали спотыкаться. Собака черно ругался, Солька натужно всхлипывала. Только курица хранила молчание. Саня иногда на нее посматривал. Цыпа сильно побледнела. Иногда она задремывала, но на ухабе вскидывалась и начинала таращить глаза. Шак еще несколько раз переспрашивал, про егерей. Выходило - оторвались почти чудом.

– - Слушай, я не понял, - тихонько спросил Саня у дриады, - за что Апоостол на Цыпку наорал?

– Она специально себе руку порезала. У нее тогда на миг предвиденье появляется. Только порез должен быть глубоким, чтобы много крови... Шак уже давно ей запретил так делать, вот и раскричался.

Озерко, но не обрамленное опасной красной растительностью, а самое обыкновенное явило себя, когда солнце уже начало клониться к закату. Они, может, и не наткнулись бы на него, да из частого осинника донесся человеческий крик. Как ни устал Саня, а ломанулся.

Местырь завяз по пояс на топком берегу и орал во все горло. Кот, не долго думая, согнул высокую березку. Человек дотянулся и по ней вылез на сухое.

– - Тебя какая нелегкая понесла в болото? Вон же, рядом, песчаная отмель.

– - Волки, - клацая зубами выговорил Местырь.
– Загнали.

Не зря, стало быть, собака поминал в своей ругани дальнюю родню. Постарались серые, не дали беглому уйти.

– - Ну, что?
– подступил кот к человеку, - сам дальше будешь пробираться, или с нами пойдешь?

– - С в-в-вами.

– - Ага, давай. Шак, небось, ждет не дождется, а уж Господин Дайрен-то как рад будет.

– - Он кто?

– - Кто, кто?

– - Дайрен ваш, который - чистый волк.

– Это ты, мил человек ошибаешься. Господин Дайрен - собака. Но подозреваю, волки у него в родне действительно ночевали.

– О! Пропажа.

Эд сидел, привалившись к дереву. Шак успел распрячь и на пару с Цыпой водил лошадей по поляне.

– - Видишь ручеек, - показал он Сане.
– Лошадям должно хватить, а мы уж как-нибудь...

– - За кустми целое озеро.

– - Кони не пройдут.

– - Я прорублюсь.

Саня кинулся к телеге и выпростал из-под мешков ножны. Топором мелкий зеленый от влаги осинник пришлось бы рубить до завтра, мечом он только старался не цеплять землю. А если и попадало, стряхивал влажные комья и шел дальше.

Лошади прошли, осторожно ставя копыта между острых пеньков. Следом протащился, едва переставляя ноги Эд. Саня с Местырем замыкали шествие.

– - Ты зачем сбежал?
– спросил кот у человека.