Чтение онлайн

Фу! Только и осталось, что о бабах думать. После господской постели, в которую по разнарядке водили, могло и вовсе от этого дела отвратить.

Игорь пока справлялся. Но особенного рвения за ним госпожа не заметила и по службе не двинула. Нюх - другое дело. Гигант! Кем мог быть в гарнизоне дикий инородец? Максимум - посыльным. А этот в разведку ходит наравне с нормальными людьми. Или взять Вика. Не отрабатывай он в постели за троих, фиг бы стал командиром гвардии.

* * *

– Клай, позови начальника гарнизона!

На троне, установленном в центре высокого подиума, развалясь, сидела плотная женщина, одетая в узкие кожаные штаны, расшитые камешками короткие сапожки и легкую, тоже расшитую, безрукавку. Шнуровка безрукавки немилосердно давила пышную грудь правительницы. Время от времени, она снимала петлю с очередного крючка. Груди становилось все больше.

Скоро совсем расшнуруется, - подумал Игорь, - и вывалит мне свое великолепие.

Не видел бабы три месяца, - девка в харчевне не в счет - опоили, - и не тянуло. Он так устал, что не на женские прелести смотреть, закрыть бы глаза и поспать. Но спать ему как раз и не давали - только начинал шататься, кололи слегка копьем под ребра. По коже на боку уже текло.

– - Не спи, красивый, замерзнешь!
– губы правительницы растянулись в тонкую алую нитку.

Игорь в очередной раз вынырнул из тяжелой как бетонная плита дремы. Какого еще ей надо? Он же все рассказал. Не все, разумеется...

Он чуть не повторил крамольную мысль вслух. Копье ткнулось в бок. Были бы руки свободны, он бы его перехватил, и так врезал стражнику...

Сдерживаемая дурнота накатила душным валом и скрыла очертания комнаты, подиума и царицы в сапогах.

– - Лей еще!

На Игоря обрушился целый водопад. Он чуть не захлебнулся, зашелся в кашле и только тут окончательно пришел в себя. Над ним склонился стражник, который орудовал копьем в зале. Игорь запомнил заячью губу мучителя.

Стену за спиной копейщика подпирал крупный мужчина и...

Курил!!!

Стражник ухватил Игоря за ворот, но неожиданно получил от полумертвого такого пинка, что оказался в другом углу. Мужик у стены зажал папиросу зубами и мгновенно принял профессиональную стойку. Побитый стражник слезно запричетал, на что получил тычок теперь уже от своего.

А Игорь заплакал. Подтянул под себя ноги, кое-как встал на четвереньки и ткнулся лбом в пол.

– - Ты припадочный?
– донеслось сверху.

– - Иди в жопу!

– - Повтори?!

– - Иди в жопу!!!

– - Так, братан, голову подними. Только я тебя ласково прошу, не дергайся.

Игорь тихонько начал распрямляться. По щекам катились слезы.

– - Я двадцать лет тут. Двадцать лет!
– Перед глазами плясал зажатый губами окурок.

– Оп-па! Вот так встреча.
– Чинарик шлепнулся на пол.
– А я - пять. Ну, вставай, братишка. Будем знакомиться.

Окон тут не любили. Их заменяли узкие щели у самого потолка, одновременно осуществляющие и приток тусклого света, и вытяжку миазмов.

У стены под окном распласталась широкая жесткая лежанка. Что жесткая, Игорь прочувствовал собственными боками. Правда, когда Виктор, - Вик по-здешнему, - разрешил на ней выспаться, озвучить претензии не успел. Как рухнул на, застеленные тонким одеялом, доски, так и проспал почти сутки.

Процесс возвращения к реальности был мучительным. Игорь поднимался как марионетка в руках пьяного кукольника. На вопрос, куда тут бегают, руки помыть, Вик кивнул в сторону низенькой дверцы. Удобства оказались незатейливыми. Из кувшина в углу Игорь плеснул себе в лицо теплой, застоявшейся воды.

– Садись, - указал Вик на табуретку возле стола.
– Хозяйка велела тебя отдельно опросить. У нас тут такого еще не было, чтобы со стороны герцогства инородец прибежал.

– - Инородец это я?

– Ну, да. А как вас, вернее нас, еще назвать? Люди это люди, нелюди это нелюди, а мы - не пришей кобыле хвост.

– - Много тут таких?
– поинтересовался очумевший от новой информации перебежчик.

– Вся гвардия. Есть - как мы. Есть совсем дикие. Если испытательный срок пройдешь, тоже окажешься.

– - А если нет?

– - Лучше тебе его пройти. Иначе - разговор короткий. Видел возле замка колья?

– - Я думал, это забор собираются строить.

– Ага. На каждый колышек по человечку, и взяться за руки. Такая загородка получится - охренеть. Если у Хозяйки настроение хорошее, может на виселицу отправить. Если совсем лучезарное - на плаху. Правда, с выдумкой. Один топор заносит, другой за волосы голову держит. Как только отделилась, он быстро ставит ее на сковородку с кипящим маслом. Голова еще минуты три глазами вращает. Не приходилось видеть?

– - Бог миловал.

– - Теперь запоминай: Бога ты последний раз помянул. Тут это не принято.

– - За ослушание - на кол?

– - Нет, на первый случай только яйца отрежут.

– Есть, которые до второго случая дожили?
– Игорь незаметно для себя перешагнул барьер первого ужаса и спрашивал даже с некоторой свойской наглецой.

– В гвардии нет, - в тон ему отозвался Вик.
– Мужик без яиц отправляется на полевые работы. Гвардейцы должны иметь весь набор в целости и сохранности. Хозяйка лично проверяет. Усек?

– - На смотру, что ли?

– - В постели. Ты как в этом плане, годный, или сразу тебя в отходы записывать?

– Если можно выбирать, я бы предпочел простой крестьянский труд. Свежий воздух, чистая вода...

– Уточняю, для новобранцев: полевыми работами называется ведение разведки в непосредственной близости от Границы, либо на самом рубеже. Потери: тысяча к одному. Я по крайней мере, только одного видел, который вернулся. Иногда находили, что от них осталось, но чаше - без следа.

– - Ексель-моксель! Кто это до такого додумался?

– А у нас на все про все одна выдумщица - хозяйка. К стати, обращаться к ней можно только: госпожа Рахна.

– - А к тебе - господин капитан?

– - Дома можешь: товарищ майор. А на службе - да, капитаном зови.

Из ларя с откидной крышкой, что прятался под свалкой оружия, Вик извлек кувшин и два глиняных стакана; достал завернутый в тряпочку кусок крупинчатого серого как графит хлеба.

– Закуска, - сказал криво усмехнувшись.
– Столовая для гвардейцев - свиней дома лучше кормили. Вообще с харчем плохо. Крестьян мало.