Чтение онлайн

Вернешься, значит, на пепелище.

– Время ограничено, помните. Слышал, идет охота на вашу голову наемниками из Либертаса. Будь поаккуратнее, – Кали широко усмехнулся и, развернувшись, захромал к выходу.

Я кивнул стражникам. Те схватили калеку, прогремев доспехами, и потащили прочь.

Вокруг меня горел целый мир. Не доверяй никому, сколько раз нужно было это повторять? Доверие – зло. Люди – расходный материал для власти. Будь то чародей, старый друг, да кто угодно. Давайте начнем новую революцию, давайте допустим кучку колдунов к власти, пусть Фелабелль сгорит в войне с магами, что борются за место под солнцем. Не дождетесь. Любое восстание пресеку с корнем, вырву из земли голыми руками, но не допущу драконов, разрушения семейных устоев и не потеряю себя. Клянусь.

Ривер

Мы пересекли бурелом, Несса сидела на плечах и молчала. Обиделась, как я и думал.

Я тоже был не самым общительным братом. Я размышлял о Лесе и его пугающем волшебстве. Сколько еще магического таит в себе этот мир и сколько всего сокрыто от нас, людей?

Под ногами хрустел снег, солнечные лучи пронизывали облака и слепили глаза. Зимой приходилось щуриться от света, его всегда было больше. Когда мы снова ступили в чащу – повалил снег. Белые хлопья путались в волосах, плясали на легком ветру и медленно опускались на ветки зеленых сосен. Несса приподнялась и, приоткрыв рот, начала ловить снежинки языком. Ей нравилась эта игра. Хотел бы я быть на ее месте, не плестись по сугробам, а сидеть на плечах, пробовать снег на вкус и не думать о прошлом.

"И куда ты пойдешь? Думаешь, сможешь от меня сбежать, маленький ублюдок?" – слова отца тянули меня назад. Чем меньше я говорю, тем больше проваливаюсь в воспоминания. Свобода заканчивается там, куда ты ее не допускаешь. Я буду в плену родительского дома, пока не позволю себе его пережить. Пережить не физически, нет – пережить в голове.

Я знал, что однажды не смогу его игнорировать, и меня окунет туда, как в ледяную воду на озере, окунет и затянет под лед. И тем не менее, даже зная об этом, я продолжал избегать воспоминаний. Как будто всё это было не со мной. С кем-то другим.

"– Не трогай! Я убью тебя, обещаю, убью!"

– И с кем останется Несса, если ты это сделаешь?"

Он часто приходил поговорить во время нашего путешествия. Той ночью я словно забрал их с мамой с собой, хотя и решил отказаться навсегда. Отсечь. Не вышло, видимо, раз их голоса продолжали звучать в любую метель и буран. Проклятый я. И сам себя проклял.

Помню тот день ярче любого в своей жизни. Я тогда уже все решил. Решил, что уйду. Заберу сестру, сделаю так, чтобы никто меня не нашел. Сделаю что-то со своей жизнью, начну менять мир, хотя бы по чуть-чуть, по кусочками его пересобирать. Отомщу и избавлюсь. Освобожусь.

Это был наш последний совместный завтрак. Несса, еще совсем маленькая, сидела на коленях матери. Одинокая бутылка вина стояла посреди стола и переливалась внутри алой кровью. Он говорил об армии, о том, как она меня исправит. О том, что если я пойду и сдохну на войне – семья встанет на ноги, а я, мразь такая, не хочу для них счастья. Хотя и обязан. Всю жизнь сижу на их шее. Жру их еду. Пью их воду. А для семьи ничего не делаю. Он говорил, что сдаст меня еще до обеда. Скажет, что я готов. Скажет, что снова крал на рынке. Много чего он тогда говорил, и язык его заплетался от спиртного, а взгляд – затуманенный и злой – прожигал насквозь. Я просто устал терпеть. Устал и хотел жить.

Я уходил из дома плакать, а когда вернулся – увидел Нессу с разбитой губой.

А дальше… дальше было то, что произошло. И все. Я вдруг понял, что это не закончится. Пришло осознание, что, если я не возьму нож, его возьмут мои дети или дети моих детей. Когда-нибудь колесо споткнется. Слетит с оси. И все закончится не так, как должно. Уж лучше я разорву невидимые цепи, чем окончательно покроюсь грязью.

И я не жалею. Совсем. Как бы тяжело мне не было сейчас – всё лучше, чем раньше. Пока за спиной растут крылья, а руки свободны от оков – магия видима. Мир видим. А значит, я живее, чем был.

– А ты знаешь, что они за нами наблюдают по ночам? Ты им нравишься, – спрашивает Несса. Вздрагиваю от неожиданности. Мысли о прошлом отлетают куда-то на границы сознания, захлопывают за собой двери и запирают их на девять замков.

– Кому нравлюсь?

– Чащобникам. Они мне, пока ты спал, сказали, что ты извинялся. Я прощаю. Сказали, что тебе надо идти дальше. Ари ты понравился, сказали.

Слабо улыбаюсь. Если я понравился великой чародейке – это хорошо. Значит, лес все-таки выпустит нас. Значит, надежда есть, и весна обязательно наступит.

– Хорошо. Прости меня. Я вчера погорячился, правда. А еще я звезды видел, представляешь?

Несса возмущенно бьет меня пяткой по груди, хмурится и кричит, распугивая ворон:

– И меня не разбудил?! Какой ты после этого брат?!

– Заботливый. Не хотел мешать тебе спать. Я же не чащобник, чтобы будить тебя в ночи.

Девчонка сложила руки на груди и фыркнула. Я представил, как сморщился от злости ее нос и рассмеялся. Когда Несса злилась – становилась похожей на крошечного сердитого зверька с маленькими острыми зубками.

– Если ты видел звезды, значит, скоро мы придем в Ходр. Я там буду есть самые сладкие пряники? – Несса спрятала нос в мех шубки и мечтательно зажмурилась.

– Да. И имбирные пряники, и яблоки в карамели. Все как у всех детей. Может, подружишься там с кем-нибудь, – улыбнулся я. Злость прошла, внутри разливалось приятное тепло и спокойствие. Хотелось перестать быть сильным и стать просто старшим братом.

– Дружить нельзя, пока ты работаешь. Это ведь опасно.

– Знаешь, если мы взаправду выживем и попадем в Ходр – я тебе все разрешу. Только если ты не будешь рассказывать своим друзьям обо мне. По рукам? – спрашиваю. У нас действительно было такое правило насчет друзей. Несса – моя слабость. Если кто-то узнает, чем я занимаюсь, и начнет угрожать мне, используя сестру, боюсь, я сломаюсь.

– По рукам! – Несса восторженно захлопала в ладоши и подпрыгнула на моей шее. Что-то в ней хрустнуло, и я тихо ойкнул. Но не отбирать же у ребенка радость? – Это значит, я смогу не спать ночью и ходить гулять куда хочу?

– Посмотрим. Об этом мы не говорили, – слабо улыбаюсь. Подловила же, хитрая плутовка.

Снег хрустел под ногами, рассыпался как сахарная корочка, пылил зимой. Вот только она больше не казалась мне жестокой и сердитой. Это была не смерть, а затишье. В зиме скользило волшебство звездных ночей, и даже ледяной ветер сменился легкими южными порывами. А может, так приближалась весна и Великая охота.

Мир меняется от твоего отношения к нему. Вот что я понял. Если думать, что реальность хочет тебя убить – так и будет. Мир станет жестоким и беспощадным. Он сделает всё, чтобы забрать из тебя жизнь. Но стоит только повернуться к нему лицом и сказать: "Я твой урок принимаю. Я с тобой согласен и вижу, что ты хочешь мне счастья" – так и будет. Все зависит от силы твоей мысли. Наверное, я должен благодарить Лису, что та помогла обрести надежду. И звезды высыпали на небо мириадами созвездий, и сестра нашлась целой и невредимой, и путь перестал казаться бесконечным, и даже зима стала теплее. В конце концов, мы находимся в Заговоренном лесу, здесь ткань мироздания тоньше, чем где бы то ни было, и мир как глина – лепи что хочешь.