Чтение онлайн

Слезы, наконец, иссякли. Глаза побаливали, зато туман в мыслях развеялся. Ярослав встал, оперевшись на могучее плечо витязя. Заметил, что тот тоже вытирает лицо тыльной стороной ладони.

— Горе большое, Ярослав, только жить дальше всё равно надо, — мягко сказал Добромир, — с ужина немного каши осталось, пойди, поешь.

— Не хочется.

— Знаю, что не хочется. Нужно. Нам всем теперь силы потребуются, если хотим Кощея победить.

В потухших глазах юноши блеснул огонёк.

— Да. Смерть его непременно надо сыскать.

— Сперва поешь хоть немного.

— Горицвет не рассёдлан…

— Я сам о нём позабочусь.

Ярослав с сомнением покачал головой.

— Он может не позволить. Люди его сильно обидели.

— Позволит, уговорю. Я же в деревне вырос, лошадиные повадки хорошо знаю. Поймёт твой рыжий, что я зла не сделаю. Ужинай спокойно.

Ярослав чувствовал неловкость оттого, что перекладывает на другого заботу о своём коне, но несколько шагов, которые пришлось пройти до тлеющего костра отняли последние силы. Их едва хватало на то, чтобы удержать в руке ложку да зачерпнуть каши. Ел через силу, не ощущая вкуса. Горицвет вроде не возражал против того, что его чистит малознакомый человек, ни разу не послышалось недовольного всхрапывания. Вот и хорошо. Страшно хотелось спать, свинцовая тяжесть давила на веки. В конце концов, устав ей сопротивляться, парень свернулся калачиком, закрыл глаза. И сразу погрузился в сон, словно в тёплую воду нырнул. Не проснулся даже когда Добромир подошёл и подложил под голову спящего седло вместо подушки.

— Поспи, — тихонько сказал витязь, — утром горе отступит.

Когда Ярослав проснулся, солнце было уже высоко. Сел, потянулся, расправляя плечи.

— С добрым утром, — послышался голос Добромира, — я уж думал тебя будить.

— Доброе утро.

— Ну, как ты? Полегче стало?

Ярослав прислушался к себе. Чёрная тоска, вчера тисками сжимавшая сердце, не дающая дышать, отступила. Хотя до конца она видимо не уйдёт никогда.

— Да, легче. Спасибо тебе.

— Вот и хорошо, — завтрак давно готов, подкрепись, — послушай… Ты уверен, что с Горлицей ничего плохого не случится? Все-таки попытка бежать.

— Думаю не случится. Отец сейчас наслаждается тем, что подверг меня наказанию хуже смерти. Пока срок, данный на раздумье, не кончится, ничего царевне не грозит.

На самом деле Ярослав не был в этом уверен, но зачем давать богатырю лишний повод для тревоги?

— Раз так, надо кощееву смерть добывать — произнёс Добромир, — ну-ка, давай вместе думать над загадкой. Ты можешь подробнее герб описать?

— Зачем описывать? Моё седло клеймом помечено, а это как раз изображение герба.

Ярослав задрал крыло седла, и богатырь увидел небольшой аккуратный рисунок: высокая гора с дубом на вершине, змей, обвивший подножие кольцами тела. Добромир поскрёб в затылке.

— Где же тут отгадка? Картинка как картинка. Гора, змей, дуб… Может, смерть Кощея на горе спрятана? Вот на такой, где дуб растёт на вершине?

— Так близко? В Железных горах? — засомневался кощеев сын, — не слишком ли легко найти? Хотя с другой стороны, за тем, что далеко спрятано, труднее уследить. Надо ехать в горы и самим смотреть. Вот только как мимо Змея пройти?

— Ты как хочешь, а я не верю, что на Змея управы найти нельзя. Вон, у самого Кощея Бессмертного и то смерть есть, а слуга не может быть сильнее хозяина. Справлюсь со стражем.

— Угу, если Булат позволит, — фыркнул юноша.

— Причём здесь Булат? — удивился витязь, — как это он не позволит?

— Очень легко. Испугается и встанет. А то вовсе развернётся да назад поскачет. Коню до чужой любви дела нет, ему жить хочется.

Богатырь задумался. Верно, жаль коня-то.

— Булат, почуяв Змея, может попросту не подойти к мосту, — продолжал кощеев сын, — а если даже получится одолеть стража, деревенский тяжеловоз не слишком подходит для узких горных тропок.

— Другого-то коня всё равно нет.

— Будет, — сказал Ярослав, — я тебя повезу.

— Ты, — изумился витязь, — ты готов меня на своей спине нести?

— А что особенного? — пожал плечами юноша, — я резвее и выносливее обычных лошадей, хорошо знаю Железные горы, в конском облике не раз по скалам тамошним прыгал.

— Но ты же человек всё-таки. Неудобно как-то.

— Брось. Ведь не ты меня заставляешь, а я сам предлагаю. Решайся, время дорого.

— Да, времени у нас мало, это ты верно говоришь, — согласился Добромир, — только как же с лошадьми быть? Бросить тут, а ну как волки или нечисть какая-нибудь захочет ими полакомиться?

— Мы не в лесу их оставим. Выведем на дорогу, пусть там пасутся. Булат сможет если что вернуться обратно к Разумнику, а Горицвет за ним пойдёт. Ведь если нам с тобой не повезёт, то кони уже не понадобятся.

— Раз так, поедем, — кивнул богатырь, — видно нет у нас другого выхода.

Сборы не заняли много времени. Ярослав двинулся шагом по лесной дороге. Нести на себе закованного в доспех воина было с непривычки тяжеловато, но довольно скоро жеребец приноровился к тяжести. Остановились только раз, чтобы проститься с лошадьми. Добромир похлопал Булата по шее.

— Прости, друг, что так получилось. Только со мной тебе будет куда опасней, чем без меня. Ждите нас оба, глядишь, дождётесь, — в последний раз погладил серого, и вскочил на спину Ярослава.

— Выше нос, брат. Мы теперь вдвоём, и никакой враг нам не страшен. Вперёд!

Ветер донёс запах, приводящий на память раскалённый металл, и Ярослав невольно пристал. Теперь, когда из царского сына, пусть и опального, юноша сделался отверженным изгнанником, запах огненной реки казался особенно зловещим, пугающим. Да ещё змей-сторож. Если бы только можно было поговорить с Добромиром! Теперь он начинал понимать Истислава, рискнувшего изменить состав зелья, дающего облик зверя ради возможности сохранить речь. Истислав. Тоже причина для беспокойства, а заодно мук совести. Пропадёт ведь пёс один, с горем наедине. И почему уезжая из царства, он, Ярослав, ни разу не оглянулся?

— Далеко ещё ехать? — прервал размышления коня богатырь.

Жеребец помотал головой: «Нет». Прикинул ещё раз, можно ли проскочить потихоньку. Вздохнул. Нет, немыслимо. Копыта, хоть и некованые, даже по сухой земле стучат, а уж по каменному мосту прозвучат как барабанная дробь. По всему выходит, что нужно к драке готовиться.

Вот и мост показался. Ярослав перешёл на шаг.

— Ишь ты, вода красная, — вполголоса произнёс Добромир, — и камни красные. Расскажешь кому, ведь не поверят. Подобрать бы такой камушек, да домой привезти, можно вместо горна в кузне использовать. Хотя нет, остынет, наверное, вдали от реки. Или…

Конец фразы заглушило громкое шипение, будто на раскалённое докрасна железо плеснули водой. Витязь вздрогнул от неожиданности, жеребец присел на задние ноги. Всадник толкнул его каблуком в бок.

— Не робей, богатырский скок! Мощный голос ещё не сила. Эй! — выкрикнул во всю силу лёгких, — кто здесь прячется? Покажись!

Колыхнулась поверхность воды, высунулась змеиная голова. Маленькие чёрные глазки уставились на пришельцев, из пасти высунулся и сразу спрятался раздвоенный язык, змей словно бы облизнулся.