Чтение онлайн

Какой огненный взгляд у этого чурбака. Если так и дальше пойдёт, то он вспыхнет ярким пламенем и сожжёт меня и весь лес заодно. С обитателями волшебного мира всё не слава богу.

— Чего обиделся? Я так поняла, что у вас тут в лесу все без дипломов. Или ты исключение из правил?

— Не исключение, но могла бы быть со мной и повежливей, коли помощи у леса просишь.

— Так я же помощи у хозяина леса прошу, а не у тебя, пенёк трухлявый!

— А, может, я и есть хозяин леса? — проворчал обманщик.

— Слышь, старый пень! Ты чего городишь? Решил надо мной поприкалываться? — заорала я и пнула пень в бок, потому что его наглость вывела меня из себя.

В тот же миг земля содрогнулась. Пень увеличился в размерах. Стал просто громадным. Я отбежала от него подальше. И как раз вовремя! Пнище проклятущий выворотил свои огромные корни из почвы, пошевелил ими, словно затёкшими корявыми пальцами, и стал расти на моих глазах, пока не упёрся своей плешивой башкой в кроны сосен.

Передо мной стоял сам леший. Это бы и дурак понял. Я чуть от страха не умерла. Сердце в пятки ушло. На меня наезжал хозяин леса высотой с десятиэтажный дом и диаметром как две водонапорные башни.

— А теперь что скажешь? — грохочущим голосом, будто сотни падающих гранитных глыб, спросил леший.

— Египетская сила! Ты чего так распух? — заорала что было мочи я, стараясь докричаться до гиганта и не показать ему свой панический ужас. — Пеньком ты мне больше нравился.

— Дерзить мне вздумала? — загрохотал великан.

— Я пошутила! Пошутила! — оправдывалась я, вопя эти слова в своё оправдание, как ненормальная.

— С лешим вздумала шутить? — прогромыхал исполин.

— Боже упаси! Я же не камикадзе! С тобой шутить?! Да ни за что! Если бы я знала, что ты леший, разве стала бы я обижать пенёк? Он мне вообще-то нравился. Милый такой пенёчек. Старенький. Красивый даже. Не зря же я его выбрала. Удобный, как табурет, — извиняющимся тоном орала я.

Господи! Что я такое несу?! Сейчас этот деревянный утёс меня растопчет и будет по-своему прав. Я же не просто ему нагрубила, но и пнула. Сейчас он со мной разделается.

— Слушай, громила-леший! Я приношу тебе свои самые искренние извинения! Прошу тебя, не шевелись! Стой на месте! Ты вправе сделать из меня паштет, но это не принесёт тебе морального удовлетворения! Ты испортишь свою карму! Я тебе этого делать не советую! Бойся гнева вселенной. В следующей жизни ты можешь воплотиться в человека... В женщину, например. Ты же не хочешь быть маленькой, худой и слабой женщиной?!

— А кем в следующей жизни будешь ты? — заскрежетал исполин.

— Не знаю. Судя по всему, свой минус в карму я уже получила. Когда раздавали мозги, мне их не досталось, — продолжала унижаться я, надеясь, что великан одумается и сжалится надо мной. — Может, в следующей жизни буду лягушкой. Если повезёт, конечно.

Я скрестила пальцы за спиной, понимая, что не каждую жабу на болоте найдёт Иван-царевич. Не дай бог такое сбудется! Судя по тому, как мне в последнее время везёт, царевной-лягушкой мне точно не стать.

— Зачем звала? — прогрохотал леший.

— Хотела попросить тебя об услуге. Да видно, теперь уже поздно. Ты мне помочь не захочешь, — прокричала я.

— Чего тебе надобно? — грохочущий голос сделался почти миролюбивым, как мне показалось.

— Да в сущности ерунда. Для тебя это пара пустяков.

— Говори, что хотела.

— Мне нужен единорог. Можешь мне его подарить?

— Единороги свободны. Их нельзя подарить.

— Почему? Я же не прошу у тебя всё стадо!

— Стадо у коров. У коней табун.

— Вот я и говорю, что мне целый табун единорогов не нужен. Мне их кормить нечем. Я же не пастух. Мне нужен всего один единорог. Но только совсем не такой, каких я тут видела. Больших единорогов я боюсь. Можно мне маленького единорожка? Чем меньше, тем лучше.

— Таких единорогов не бывает. Зачем тебе?

— Чтобы этот чёртов вступительный экзамен в академию пройти. Ты мне его на время дай. Если не бывает, то наколдуй. Я тебе его после экзамена верну. Обещаю.

— Оказывается, ты ещё и обманщица, — подытожил исполин.

— Тоже мне! Честный выискался! Если ты такой честный и правду любишь, тогда зачем пнём прикидывался? — не выдержала и заорала я. — Или тебе врать можно, потому что ты леший, а простым смертным нельзя? Правдолюб сосновый!

Поняв, что совершила непоправимую ошибку, и сейчас меня настигнет справедливая кара и гнев лешего, я в ужасе зажмурилась. Но ничего не произошло. Хозяин леса молчал. Он меня не растоптал. На мою голову не упала сосна. Даже шишка не упала. Вместо ответа лешего услышала, как беспокойно и тревожно зашумел лес, и открыла глаза. Великана не было. Он куда-то исчез, словно растворился в воздухе.

— Ну, ты что? Ты где? Куда делся? Ой, да ладно тебе! Обиделся, что ли? — закричала я.

Никто мне не ответил. Волшебный лес подозрительно успокоился. Вдали куковала кукушка. Солнышко светило. Птички щебетали. Бабочки порхали с цветка на цветок. Я в отчаянии опустилась на колени в траву. Рядом со мной жужжал шмель. Божья коровка карабкалась по стеблю ромашки. Надоедливая муха норовила сесть мне на нос.

— Пошла вон, противная! — отмахнулась я.

1

Надо думать позитивно. Единорога мне леший не подарил, зато осталась цела и невредима. Всё-таки ловко я лешего обдурила. Как он в карму поверил! Боится старый пенёк прогневить вселенную. Жаль, что осталась без единорога. Вступительный экзамен провалила, теперь неизвестно что со мной будет. В армию отправят или замуж выдадут?

Сдаваться просто так без боя не хотелось. Весь остаток дня бродила по лесу, искала в траве следы от копыт мелких единорогов. Никаких следов не нашла. Даже экскрементов, похожих на конский навоз, нигде не увидела. Плюнула на всю эту канитель и решила, что пора возвращаться в академию магов. Меня там, наверное, уже потеряли.

Наелась земляники и малины. Пить хотелось страшно. Нашла ручей исключительно на слух, по журчанию. Напилась холодной воды, умылась. Посидела возле ручья, наслаждаясь прохладой, встала и пошла строго на север. По крайней мере мне так показалось. Без компаса север определяла только по мшистым стволам сосен.

Гарантии, что иду на север строго, не было. Леший, видно, меня покинул, даже из любопытства не следил, куда я иду. Его присутствия не ощущалось. Обиделся на меня пнище. Теперь его моя персона не интересовала. Даже если меня тут дикие звери сожрут, этот лесной гадёныш мне не поможет.