Чтение онлайн

— Нет. Это моя коза Афродита, — повторил привратник.

— Никакая это не коза. Это моя единорожка. Я её в лесу нашла. Если смеешь мне перечить, то покажи документ, что эта единорожиха твоя, — заорала я, пытаясь оттолкнуть наглеца от моей движимой собственности.

— Говорю же. Это моя коза. Какой документ?

— Хотя бы подтверждающий, что мой единорог — это ваша коза, — ответила я.

— Не нужен ей документ. У козы вымя есть. Вот, — он ткнул пальцем и подвинул ближе фонарь. — Её пора доить.

И тут я прозрела! Передо мной стояла однорогая коза. Второй рог, видимо, был сломан или его изначально не было вообще. Мало ли с какими дефектами рождаются козы.

— Египетский конь! — воскликнула я в замешательстве.

— Не конь это, а коза. Афродитушка, — забеспокоился сторож. — Пора доить.

— Так доите уже скорее. Не я же за вас это буду делать, — досадливо поморщилась я, представляя, что меня ждёт в академии.

Я направилась к воротам, осмысливая, что произошло. Леший — старый обманщик! Обдурил меня. Это точно он. Больше некому. Вот урод сосновый! Пенёк гнилой! Чтоб ты провалился сквозь землю, гад лесной! Чтоб тебе век солнца не видать!

Чтоб твой волшебный лес сгорел, а тебя отправили на пенсию! Чтоб твоя пенсия была ниже прожиточного минимума без дополнительных пособий и повышающих коэффициентов! Чтоб тебя также облапошили какие-нибудь лесные засранцы!

Напёрсточник! Шуллер! Аферист! Подарил мне вместо единорога однорогую козу. Чужую козу! Мошенник! Козокрад! Я мысленно покрывала бранными словами негодяя, поливала лешего бензином и поджигала вместе с волшебным лесом, распиливала бревенчатое тело старого корявого пня на мелкие части бензопилой.

Сегодня я постигла новую мудрость. Всякой нечисти верить нельзя. Корму теперь претензии предъявлять? Не лесу же!

1

Добралась до казармы абитуриентов и обнаружила, что дверь закрыта на замок. Час ночи всего! Они там с ума посходили? Почему закрылись? Стучала кулаком в дверь, потом ногами пинала безрезультатно. Прислонилась ухом к дверному полотнищу: внутри казармы тишина. Заглянула в замочную скважину: темно.

Обошла казарму со всех сторон. Все окна закрыты, даже форточки. Свет нигде не горит. Оно и понятно: все дрыхнут без задних ног. Одна я бездомная и неприкаянная брожу тут. Сегодня я вынуждена спать под луной. Луна этой ночью, кстати, огромная бледно-зелёная. В моём старом мире такой луны я отродясь не видала. Глядеть на неё грустно, прямо тоска болотная.

Легла спать на газоне напротив казармы. Проснулась с первыми лучами солнца, встала, попинала дверь казармы. Никто так и не открыл. В бешенстве пошла в приёмную комиссию ругаться. Какого хрена? Что тут вообще происходит? Почему меня не впускают?

Секретарь приёмной комиссии выпучила глаза и уставилась на меня, как будто я привидение какое-то:

— Мы думали, что вы сбежали в лес.

— И что? — в недоумении спросила я.

— И вас там съели дикие звери, — ответила женщина и печально закатила глаза, изображая зомби или что-то в этом духе.

— Не дождётесь! — заявила я. — Вот я. Стою тут перед вами живая и здоровая. Почему меня на ночь в казарму не впустили? Где мне теперь ночевать?

— Все непоступившие разъехались по домам, — сообщила секретарша. — Вы не прошли вступительное испытание. Вас неделю не было.

— Не правда. Я отсутствовала самое большее трое суток.

— Время в лесу течёт медленнее, чем здесь. Говорю же вам. Вас не было целую неделю. Вступительные экзамены закончились. Вас не приняли в академию.

— Быть этого не может. Я требую рассмотреть мою кандидатуру в индивидуальном порядке. Подам на апелляцию! Где председатель приёмной комиссии?

Ждать мага-председателя пришлось целый час. Наконец он соизволил явиться на своё рабочее место, глядя на меня, печально пожал плечами, сделал брови домиком, изобразил грустную гримасу сопереживания.

— Ничего не могу поделать. Вы не прошли вступительные испытания, Кора.

— Пожалуйста! Мне очень надо стать магом. Я хочу учиться в академии. Хочу научиться магии, — попросила я.

— В этом-то и проблема. Магии невозможно научить, — ответил председатель и печально развёл руками. — Нельзя научить колдовать. Можно научить колдовать хорошо. С магическими способностями рождаются, Кора. У вас этих способностей нет.

Сколько его ни уговаривала, он остался глух к моим просьбам, стоял на своём, отказался мне помочь, сказал, что немедленно вызовет извозчика и прикажет, чтобы меня отвезли домой.

Обратно во дворец ехала на телеге, запряжённой всего одной лошадью. Мужик держал поводья и всю дорогу дремал. Кобыла плелась медленно, словно сонная муха. Ехали с черепашьей скоростью. Дорога показалась бесконечной. Зато ни одно колесо не отвалилось.

В телеге, застеленной соломой, почему-то были рассыпаны перья и пух. Наверное, до меня в ней кур перевозили. Могли бы сообщить во дворец, чтобы прислали за мной карету. Пришлось бы пару дней подождать, зато ехала бы с комфортом. Но чёртовы академики не захотели, сказали, что некогда им со мной нянчиться. Пришлось ехать плацкартой.

Было обидно до слёз. Всю дорогу в голове крутилась строчка из революционной песни: «Тёмные силы нас злобно гнетут...» Никак не могла от неё отделаться.

2

В результате такой поездочки прибыли мы к месту назначения на несколько часов позже. К воротам подъехали перед самым рассветом. Во дворцовый парк телегу не впустили. Пришлось мне идти пешком в неприличное тёмное время по парку одной. Естественно, тут же нарвалась на неприятную встречу.

Ловиас Александр де Арконти прогуливался верхом на коне. Наверное, откуда-то возвращался. Он как раз спешился у главного входа во дворец и бросил слуге поводья.

И тут появилась я в измятом дорожном платье и с пухом и перьями в волосах, как индеец, точнее, индейка.

— О! Какая приятная встреча. Рад вас видеть, Кора! — воскликнул Ловиас. — Из какого курятника вы вылезли, дорогая?

Ненавижу этого напыщенного сноба!

— Прощальная вечеринка с перьями и подушками удалась. — соврала я и зачем-то добавила: — Поздравьте. Меня выперли из академии волшебников.

— Виват!

— Да ну вас совсем! Злой вы. Впрочем, вас оттуда выперли намного раньше. Кажется, даже диплом не дали и разжаловали в солдаты...