Чтение онлайн

Любая жизнь - бесценна. Это главная истина рода Кагамицукири, из которого происходил Кимэй. И хотя его перерождение было уже давно, но это он помнил и старался следовать. Будучи ками и будучи ками школы Сошу это ему удавалось не всегда, но, во всяком случае, Кимэй делал все от него зависящее, чтобы свести вред к минимуму.

"Любая жизнь… - подумал Кимэй, возвращаясь из воспоминаний.
– И моя тоже. Даже такая. Но что мне делать со всем этим?"

Он не знал. У него теперь были крылья, сила и свобода. То, чего ему не хотелось никогда. Он был счастлив, живя так, как жил. Казалось, что делает он благородное дело, когда Инстинкт говорил "убей". Теперь же он не может вернуться к ками. А может ли он остаться?

В дверь осторожно постучали. Кимэй приподнялся, бросил взгляд на догорающую свечу, а потом разрешил войти. Тихо, точно призрак, в комнату вошла Вивиан. Аромат ее сладких духов разлился по комнате, странно успокаивая. "Как будто родитель пришел", - некстати подумалось Кимэю, но слишком уж похожими были ощущения.

–  Ты не спишь еще.

Она не спрашивала. Она говорила так, будто точно знала. Кимэй кивнул. Вивиан затворила за собой дверь и прошла вглубь комнаты.

–  Давай окно откроем, ветер дует с моря, поэтому затекать в комнату не будет. Правда, от шума это не избавит, зато запах свежести искупит все.

–  Я не против.

Вивиан улыбнулась. Подошла к окну и распахнула его, отдернув занавеску. Остановившись, она долго всматривалась в дождь, который теперь стучал совсем громко, и молчала. Думала о своем, но ее думы не были легкими - брови все норовили нахмуриться, а губы плотнее сжаться. Наконец, она вздохнула и повернулась к следившему за ней Кимэю.

–  Ты как?
– было в ее голосе что-то такое теплое. Он снова подумал о том, что дорог ей, но почему и когда стал таким, никак понять не мог.

–  Хорошо, спасибо, - ответил Кимэй, а потом все же признался под ее внимательным взглядом.
– Но все же странно себя ощущаю. Не плохо, нет, - поспешил уверить ее он, чтобы не волновать, - просто необычно. И мир кажется каким-то другим, будто все снится. Или раньше все снилось, а теперь я проснулся. Не знаю…

Вивиан слабо улыбнулась и опустилась на край кровати.

–  Это пройдет, Кимэй. Ты теперь дома. Здесь никто не причинит тебе вреда или не заставит тебя делать то, что ты не хочешь. Просто чувствуй сердцем и доверяй нам…

В ответ он пожал плечами. И чтобы ничего не говорить о своих сомнениях с этой женщиной, которая как-то умудрилась стать ему близкой, отвернулся к окну. В темноте изредка вспыхивали молнии, но уже далеко - гроза уходила. Правда заключалась в том, что он был не в состоянии вот так просто отринуть свое прошлое, но и то, что ему предлагали, не мог взять тоже. И как хорошо, что сейчас от него не требовали никакого выбора - он бы просто не смог его сделать.

–  Тебе нужно поспать, Кимэй. Не волнуйся, я побуду рядом.

Он закивал и лег в постель, ощущая, что суета дня наконец-то решила оставить его, и теперь он может спокойно отдохнуть. Но только он прикрыл потяжелевшие веки, как услышал крик, наполненный болью и невыразимым отчаянием. Кимэй сразу же подскочил, а сон, начавший подкрадываться, развеялся, как дым. Его взгляд столкнулся с не менее взволнованным взглядом Вивиан.

–  Это Гоэн, - произнесла она глухо.
– Он зовет нас. Случилось что-то страшное…

Не желая терять ни мгновения, они поспешили на зов. Кимэй чувствовал себя настолько взволнованным, что между лопаток чесалось. Путь оказался не длинным - они пробежали всего несколько коридоров, оказавшись перед открытой дверью. В воздухе отчетливо пахло кровью и страхом. Рефлексы, отточенные годами, сработали раньше сознания, поэтому Кимэй без предупреждения ворвался в комнату. То, что он увидел, поразило его.

Вначале он не поверил. Подумал, что та девушка, которая лежит на полу с кровавой пеной на губах и окрашенной в алый сорочкой, никак не может быть самой Прародительницей. Но Гоэн, застывший с растопыренной хищной лапой с острыми, выгнутыми, как у коршуна, когтями, одними губами произнес ее имя, чем развеял все сомнения. Перед ним лежала умирающая Идзанами…

–  Спаси ее, Кимэй, - голос Принца стал хриплым, похожим на воронье карканье, крылья растопырились, роняя на пол горсть перьев, а потом беспокойно окутали его фигуру, будто защищая. Сам Гоэн раскачивался, переступая с ноги (лапы?) на ногу, вид имел безумный, раскаявшийся и паникующий.
– Спаси ее…

–  Я постараюсь, - Кимэй не стал терять ни мгновения и склонился над Эхиссой. Она лежала, запрокинув голову, прикрыв глаза, из которых лились слезы, слабая и на вид уже почти мертвая.
– Вивиан, помоги мне! Воды принеси и уведи господина Принца.

Кимэй почувствовал, как паника, подступившая к горлу, готова прорваться, чтобы затопить сознание, но усилием воли прогнал ее. Подхватил Эхиссу на руки и перенес на разворошенную постель. Он боялся, что не сможет наложить нужную кей, или что она будет работать неправильно.

–  Делай же что-нибудь!
– взвизгнул Гоэн, точно подметив, что Кимэй колеблется.
– Делай!

–  Вивиан! Уведи его уже.

Девушка тронула Гоэна за плечо. Он грубо сбросил ее руку, уничтожительно посмотрел на нее и быстрым шагом покинул комнату. За захлопнувшейся дверью послышалось отчаянное: "Кимиясу!"

Кимэй больше не колебался. Он проворно, сам удивляясь этой легкости, выдернул из потока нить Сейкатсу, и быстро преобразовал ее в кей, накладывая на особенно серьезные раны. Другая нить уже серебристой, похожей на вязь букв, змейкой ползала по телу Эхиссы, доставляя информацию о повреждениях.

–  Я не могу умереть… - прошептала Эхисса.
– Не дай мне умереть.

–  Молчите, - ответил Кимэй, не отвлекаясь от своего дела. Но это не помогло.

–  Я страшное совершила. В Желтой стране меня не простят… Я не хочу в Ад, понимаешь?

Кимэй не слушал ее, а если бы и слушал, то решил, что она несет какой-то бред. Повреждения слишком сильные, а Эхисса сама по себе слаба. Тут не только рассудок помутится.

–  Я усыплю вас, если не будете беречь силы. Мне бы очень этого не хотелось, потому что тогда некоторые виды регенерационных кей станут неэффективны, - пробормотал Кимэй, между делом.

–  Просто не дай мне умереть.

Кимэй плотнее сжал губы в недовольстве. Он этим и занимался! Так зачем она ему мешает?

–  Не дам, успокойтесь, - произнес он и ощутимо придавил кей. Кровать прогнулась и затрещала оттого, что вес Эхиссы увеличился из-за кей почти в десять раз. Она это почувствовала, попыталась открыть рот, чтобы что-то произнести, но ничего не вышло. Лечебные путы держали крепко. И придавливали, точно гранитным камнем. Кимэй удовлетворенно кивнул и принялся дальше колдовать над ее телом. Работы было много, а специальная медицина помогала плохо. Нужны будут лекарства. И бинты. Много трав и удача. Последнего, пожалуй, понадобится больше всего.