Чтение онлайн

Но зачем?

* * *

Эллиот всю ночь не спал. Он гадал, как прошла встреча с пастором Мари и не мог избавиться от ощущения, что за ним следят, что каждое его движение тщательно изучают.

Он пролистал свои книги по сверхъестественному и нашел все, что смог, о демонах и одержимости. Некоторые из найденных им сведений слегка обнадеживали. Он все еще внимательно изучал одну из книг, когда зазвенел дверной звонок. Он этого ожидал.

– Заходите!
– крикнул он.
– Дверь не заперта!

Он услышал, как открылась и закрылась дверь, затем раздались шаги Райана, идущего по коридору.

– Придвинь стул, - сказал Эллиотт.
– Я почитал кое-что. Хорошая новость в том, что одержимый человек почти всегда выходит из этого невредимым. А вот люди вокруг него страдают. Одна из теорий о том, почему демоны вселяются в людей, заключается в том, что они хотят посеять в окружающих безнадежность, сомнения в их вере. Это именно то, что эта штука пыталась сделать с Мари.

– Вы прочли что-нибудь о том, как от них избавиться?
– спросил Райан.

– Похоже, единственный способ - экзорцизм. Обычно его проводит католический священник. Католики, судя по всему, имеют опыт в таких делах и справляются с ними немного лучше, чем протестанты, хотя я читал и о нескольких протестантских экзорцизмах. Еще одна вещь - демоны лгут. Они смешивают ложь с правдой, чтобы запутать и напугать. Это заставило меня задуматься. Люди, которые приходили вчера к Мэдди, определенно были из правительства, но то, что эта штука сказала тебе о том, что она дает им советы по поводу войны, может оказаться вовсе не правдой. Может быть, они просто изучают эту штуку, понимаешь? Может быть, они заперли ее в этом доме, чтобы понять, как она устроена.

– Так это не обязательно значит, что тварь помогает им в войне?
– предположил Райан.
– Что бомбы - это жертвы?

– Не обязательно. Но нам невозможно это проверить. По крайней мере, без разговора с этими людьми, а это также невозможно.

Райан опустился в кресло.

– Я не мог писать вчера вечером. Со мной такого еще никогда не случалось. Я набросал всего несколько абзацев. Не мог сосредоточиться. И до сих пор не могу. Я могу думать только об этой штуке. И у меня такое ощущение, что... она наблюдает за мной.

– Я тоже. Но я думаю, что мы придаем ей больше значения, чем она имеет. Мы испугались, Райан. Она уже напугала нас, выбила из равновесия. Этого она и хочет.

Они некоторое время молчали. Эллиот продолжал читать открытую книгу, лежавшую на столе перед ним.

– Я пошел навестить маму, - произнес Райан.
– Я хотел увидеть ее перед тем, как... То есть, если то, что сказала эта штука... Я просто хотел увидеть ее. Я сказал ей, чтобы она не принимала наркотики. Она разозлилась и выгнала меня.
– Его лицо слегка сморщилось, и он на мгновение прикусил нижнюю губу.
– Я просто хотел помочь. Она даже не представляет, что ее ждет.

– И ты тоже, Райан, - сказал Эллиотт.
– Как я уже говорил, демоны лгут. Задача этой твари - говорить через маленькую девочку так, чтобы люди впадали в отчаяние, теряли надежду и сомневались в своей вере. Насколько мы знаем, все, что она тебе сказала - ложь.

Сев на стул, Райан спросил:

– А что насчет парня, который избил ребенка, а потом покончил с собой?

– Как я уже сказал, демон смешивает правду с вымыслом. Вот здесь написано.
– Он указал пальцем на абзац в раскрытой перед ним книге и прочитал его вслух.
– Демон будет разбрасывать правду среди множества лжи, правду, которую можно доказать, тем самым завоевывая доверие своей жертвы.
– Он закрыл книгу и скрестил руки на ней.
– Ты расскажешь мне, что случилось с проповедником?

– Сначала эта тварь натравила на него Мари, - ответил Райан.
– Та пыталась его задушить. Мне пришлось ее ударить. Потом эта штука показала преподобному Томлину что-то. Я не знаю, что именно. Он закричал и упал. У него случился сердечный приступ. Мари недавно позвонила в больницу. Он умер сегодня утром.

– Боже, - выговорил Эллиот, откидываясь на спинку стула.

– Что мы будем делать, мистер Грейнджер?

– Ну, Райан, печальная правда в том, что мы ничего не можем сделать. Я имею в виду, что мы не можем позвонить в полицию и сообщить о одержимости. На самом деле, если мы умные, мы никому не станем рассказывать эту историю. Такие истории приводят к тому, что людей называют сумасшедшими.

Телефон Эллиота зазвонил, и он снял трубку.

– Алло?
– Через несколько секунд он сказал, - Да, он здесь.
– Затем посмотрел на Райана.
– Хорошо, Мари, я так и сделаю.

Положив трубку на место, Грейнджер произнес:

– Это была Мари. Она хочет, чтобы ты пришел домой.

Райан вздохнул и медленно встал.

– Что такое?
– спросил Эллиотт.

– Просто думаю, не позвонила ли она, чтобы сказать, что умерла моя мама.

– Надеюсь, что нет, Райан.

После того как мальчик ушел, Эллиотт вернулся к своим книгам.

* * *

Печаль на лице Мари выдала ее, еще прежде, чем она произнесла слово. Она подала Райану персиковый пирог и молоко за обеденным столом после чего сказала:

– Мне позвонили по поводу твоей матери, Райан. Боюсь, у меня для тебя плохие новости.

Он услышал ее слова, но в то же время увидел внутреннее убранство той унылой маленькой комнаты в мотеле. Увидел Филлис, лежащую на спине в лифчике и трусиках, с рвотой, стекающей по щекам. У него сжался желудок.

– Она умерла от передозировки, Райан, - произнесла Мари.

Райан смотрел на свой нетронутый пирог. Мари взяла его за руку и сжала ее.

– Мне очень жаль, Райан, - вымолвила она.
– Могу я чем-то тебе помочь? Хочешь, я позвоню в магазин? В таких обстоятельствах я уверена, что они найдут кого-нибудь, кто заменит тебя сегодня.

Райан медленно покачал головой.

– Нет, я пойду на работу. Я хочу пойти на работу.

– Хорошо, если ты так хочешь. Но если тебе нужно поговорить или что-то еще, пожалуйста, дай мне знать, ладно?

Он кивнул.

– Да, хорошо.

Когда Райан ехал на велосипеде на работу, он позволил горячему летнему воздуху высушить слезы на его лице.

* * *

Райан показывал Карил, как Кент хочет, чтобы завернутые бутерброды были выложены на полке с едой.

– Ты в порядке, Райан?
– спросила Карил, когда они доставали сэндвичи.

Сначала он ничего не ответил.

– Потому что ты выглядишь очень грустным, - добавила она.