Чтение онлайн

Когда Нодан пришел к ней, девушка с трудом смогла открыть глаза, сон сковывал ее, она вновь и вновь проваливалась в темно-серое небо. Но когда юноша стащил с нее покрывало, Роза стала судорожно отбиваться. Ее единственная сорочка висела на улице – сушилась. Индейцы почти не носили нижнего белья, и девушка сегодня спала в короткой нательной рубашке. Нодан же бестактно вытащил ее из постели и теперь пытался одеть.

Роза пыталась быстрее одеться и спрятаться от него, но запуталась во множестве завязок на рубашке и штанах, и Нодан стал ей помогать, поторапливая. Юноша стоял к ней слишком близко и от его присутствия Розе казалось, что в вигваме нечем дышать.

— В горах будет прохладно, — сообщил он, беря с собой мокасины с пухом, что Вабана сшила для Розы, и шерстяной плед.

***

Белые горы, горный перевал Пинкам, штат Нью-Гэмпшир,

Июнь 1848 года.

За первые несколько часов пока они добирались по подножья и поднимались по пологому склону, Роза успела устать и сбить ноги. Нодану пришлось сбавить шаг, подстраиваясь под девушку. Он обвязал ее за пояс веревкой, и Роза была уверена, что он сделал это, чтобы она не убежала, но когда вид деревни стал открываться из-за густых веток высоких сосен, она поняла, что не знает, в какую сторону идти.

Когда солнце стояло в зените, Нодан сделал небольшой перерыв, позволяя Розе отдохнуть. Он достал ей немного вяленого мяса и маисовых лепешек, а так же ключевой воды. После привала они вновь продолжили путь, и гора становилось все более покатой, трудной. Роза просила останавливаться все чаще, но Нодан давал ей воды и гнал дальше. К счастью, им не пришлось карабкаться, на это у Розы точно не было сил. Нодан хорошо знал тропинки, легкие переходы и дорога для него не было испытанием, как это было для белой девушки. К вечеру индеец, наконец, остановился и сообщил, что тут они будут ночевать, так как до вершины таким темпом они до заката не доберутся. Роза благодарно упала на землю и сказала, что больше не поднимется. Нодан собрал немного хвороста и развел костер.

— Еды у нас немного, Нодан пойдет кругами, возможно, он сможет подстрелить какую-либо дичь.

— Хорошо.

— Но ты пойдешь с Ноданом, — добавил он сурово.

— Роза почти не может стоять на ногах.

— Нодан не хочет, чтобы Кохаку сбежала.

Роза тяжело вздохнула. Сейчас она и шагу ступить не могла, не то, что бежать. Но Нодан был тверд в своем решении, и ей пришлось снова подниматься. К счастью, юноша вскоре углядел зайца и, быстро вскинув лук, точной стрелой поразил животное.

— Ты метко стреляешь.

— Это будет наш обед.

Розу передернуло, она смотрела на тушку с отвращением, ей не приходилось видеть, как убивают и разделывают дичь.

— Роза не будет это есть.

Нодан рассмеялся, резким движением он вспорол зайцу пузо и стал выковыривать кишки и легкие. Внутренности плюхались на землю, и Роза нервно схватилась за рот, ей казалось, что ее сейчас вырвет.

— Нодан спрячет мясо под землю на ночь, а утром сам поджарит. Ведь Кохаку не умеет готовить.

***

Когда стемнело, воздух стал холодным, ледяным. Роза пыталась согреться у костра, но это слабо помогало. Хотя она не выспалась, она не представляла, как можно уснуть в такой холод. Нодан же спокойно чистил шкурку убитого кролика, словно не замечая холода.

— Мне очень холодно, — призналась она, — можно ли добавить веток в огонь?

— Нам надо будет подкидывать дров всю ночь, не сжигай все сейчас, к утру будет еще холоднее.

Девушка со стоном вздохнула.

— Еще холоднее?

Нодан утвердительно кивнул. На его лице мелькнула улыбка, словно индейца забавляло, что Роза замерзнет тут насмерть. В отблеске костра блеснули его белые зубы. Он отложил мертвого кролика и поднес окровавленный нож ко рту. Горло Розы сдавило спазмами, когда Нодан облизнул кровавое лезвие.

— Расскажи мне что-нибудь, — произнес он, поигрывая ножом в руке, — так тебе будет теплее.

Роза невольно сжалась. Нодан хотел ее историй, а его устрашающий вид сейчас говорил только об одном: не угодишь мне – прирежу. А рядом никого: на мили лесные трущобы и пологие склоны. Роза нервно сглотнула, а индеец подсел к ней, усиливая ее тревогу.

— О чем мне рассказать? Роза так много говорила про Бостон для Кины, что, кажется, рассказала все, что знала.

Нодан положил ей руку на плечо, и она почувствовала резкий запах крови. Внутри все застыло. Холод ее более не тревожил - ее тело превратилось в неподвижную ледышку.

— Просто говори, Кохаку, — велел он голосом, требующим повиновения.

— Говорить? — Роза нервно хихикнула. Ей нужно срочно было придумать что-то приятное. Волшебное. Такое, чтобы жестокому индейцу пришлось по душе. — У тебя есть мечта?

— У Нодана? Не знаю, — он расслаблено положил ей голову на плечо: кажется, юноша пытался показать ей свою расположенность, но Роза от прикосновений чувствовала лишь ужас, растекающийся по всему телу.

— А у Розы есть, — сказала она, стараясь дышать спокойнее. Девушка стала вспоминать свои приятные наивные фантазии, которые согревали ее одинокими ночами и избавляли от страхов, когда она была ребенком. — С детства хотела, чтобы у меня был свой салун. И… — она на минуту замолкла, прислушалась к его реакции.

— Дальше, — сказал он требовательно.

— И Роза хотела, чтобы туда мог прийти любой, совершенно любой человек, и чтобы даже для черных был уголок. Хотела, чтобы люди встречались там, мирно беседовали и не думали о войнах и о плохом. Чтобы важные бизнесмены попивали виски и курили сигары, скромные леди делились впечатлениями о прочитанных романах, дети покупали бы печенья и рисовали мелками на грифельной доске. Чтобы индейцы могли продать там свежую добычу и выпить чашку чая, а чернокожие рабы могли бы поделиться советами, как лучше выполнять свою работу. И чтобы не было споров и ссор, никто бы не вспоминал о ненависти и вражде. Роза подносила бы им чай со свежеиспеченным печеньем и читала библию. А на вырученные деньги Роза бы отправлялась в путешествия и помогала людям: обездоленным, больным и страждущим. Ведь любое доброе дело зарождает любвь в сердце. И после того как Роза поможет людям, каждый из них поможет еще кому-то, и так рука помощи протянется по всему миру, люди станут теплее относиться друг к другу, ценить жизнь. И больше не будет войны… ты меня слушаешь?

Нодан засопел и удивленно поднял голову, вырванный из сна.

— Конечно, но ты спи, Кохаку. Тебе отдохнуть надо…

***

Роза проснулась от громких трелей соловьев, что решили устроить соревнование на полянке. Девушка лежала рядом с тлеющим костром, от которого еще шло тепло. Со спины ее обнимал Нодан, и тело его было намного жарче, чем засыпающие угольки. Роза осторожно выбралась из его объятий, желая размяться и сходить в туалет, но отойдя на пару шагов, она почувствовала, как что-то сильно дернуло ее за поясницу – она все еще была привязана. Этот толчок разбудил Нодана, он приподнялся, удивленно смотря на девушку, которая судорожно пыталась развязаться, и вскочил на ноги.