Чтение онлайн

– Мы ведь идем в уединенное место, да? Не прими за звездную болезнь, но будет ужасно, если Роберто увидит в газетах мои фотографии с другим мужчиной, – смущенно призналась Розанна.

– Конечно. В честь тебя мы идем в итальянский ресторан. – Эби отперла дверь своего «Рено 5». – Не самое изысканное место, но паста там прекрасная. Садись.

Эби преодолела оживленную Эрлс-Корт-роуд и свернула налево, на Фулхэм-роуд.

– Повезло, – сказала она, уверенно паркуя машину перед маленьким рестораном.

Тот оказался набит под завязку – посетители сидели за грубыми деревянными столами, наслаждались пастой и пили вино из кувшинов.

– Напоминает папино кафе, – с тоской сказала Розанна.

Эби помахала двум мужчинам, сидящим за столиком в углу. Один был полноватый и лысеющий, в очках с роговой оправой. Розанна предположила, что это Стивен, ее поклонник. Второй – очень красивый, с темными волосами и веселыми синими глазами.

– Генри, дорогой, – Эби расцеловала лысеющего мужчину в обе щеки и повернулась к его спутнику. – Стивен, я же обещала привести ее? – Она улыбнулась Розанне. – Он не верил, что ты сегодня придешь. Розанна, позволь представить твоего величайшего поклонника!

– Стивен Пито. Большая честь познакомиться с вами, миссис Россини! – застенчиво улыбнулся он, пожимая ей руку.

– Так, освободите место для слоненка, – сказала Эби и попыталась как можно дальше отодвинуть стул, стоявший рядом со Стивеном.

Розанна покраснела, пытаясь втиснуться между стулом и столом.

Стивен заранее позаботился о напитках для дам – красном вине для Эби и воде для Розанны. Потом они изучали меню и заказывали еду, параллельно слушая рассказ Генри, биржевого маклера, о грандиозной и крайне выгодной сделке, которую вчера заключила его фирма.

– Ты тоже работаешь в Сити? – спросила Розанна у Стивена, который сидел с ней рядом.

– Нет, все не настолько серьезно. Я торгую искусством. Начинал в «Сотбис», в отделе Возрождения, а теперь работаю в галерее современного искусства на Корк-стрит. Пытаюсь набраться опыта, прежде чем начинать свое дело.

– Ясно. Боюсь, я ничего не знаю про искусство…

– Интересно! Когда я вижу, как ты поешь, у меня возникает ощущение, что я рассматриваю очень редкую картину. Понимаешь, ты пробуждаешь эмоции… Среди оперных певцов это большая редкость, как и среди художников.

Розанна привыкла к лестным словам, но в устах Стивена они звучали с особой теплотой и казались гораздо более искренними.

– Какая у тебя любимая опера? – спросила она.

– Сложный вопрос. Я поклонник Пуччини, мне нравятся все его работы. Думаю, если бы все-таки пришлось выбирать, я бы ответил – «Мадам Баттерфляй». В прошлом году я слушал ее в Нью-Йорке, с твоим участием. По-моему, это было идеальное исполнение!

– Спасибо, – ответила она, – хотя некоторые сказали бы, что я еще слишком молода и не могу придать роли правильных эмоций и вокальной глубины.

– По-моему, чушь! По сюжету Баттерфляй вообще пятнадцать лет. Режиссеры не думают о публике, – вздохнул Стивен. – Прости, если прозвучит грубо по отношению к твоим коллегам, но сложно поверить, скажем, в болезненно красивую Виолетту из «Травиаты», когда ей за пятьдесят и она весит сто килограммов!

– Хочешь сказать, примерно как я сейчас? – хихикнула Розанна. – Я пела партию Мими в Ковент-Гарден на шестом месяце беременности.

– Я видел – и никогда бы не подумал, – галантно ответил Стивен.

– Все благодаря продуманному костюму, – признала Розанна.

Официант на мгновение прервал беседу – он принес к столу тяжелые тарелки с едой.

– Розанна, как скоро должен родиться малыш? – спросил Генри, когда тот ушел.

– Примерно через три недели.

– К этому моменту твой муж вернется?

– Да. А как вы познакомились со Стивеном? – спросила она, желая сменить тему.

– Мы вместе учились в школе. Стивен всегда был умником и получил стипендию в Кембридже, ну а мне пришлось довольствоваться юридическим факультетом Бирмингема, – с готовностью объяснил Генри и поднял в сторону Стивена бокал.

Розанна начала понемногу расслабляться. Приятно было оказаться в компании, где темы для разговоров не ограничивались оперой! Но когда они пили кофе, Розанна беспокойно заерзала в кресле. Стивен сразу это заметил.

– Ты в порядке?

– Да, спасибо. Просто сейчас сложновато подолгу сидеть в одной позе.

– Конечно. Хочешь поехать домой?

– Думаю, да, мне пора.

– Как жаль! Я надеялся на продолжение вечера, – игриво заметил Генри.

– Может, вы с Эби продолжите, а я отвезу Розанну домой? – предложил Стивен. – Мне тоже нужно выспаться. Завтра я лечу в Париж на экспертизу картины.

– Нет-нет, Стивен, не беспокойся. Я возьму такси, – сказала Розанна.

– Ерунда! Эби сказала, ты живешь в Кенсингтоне. Я тоже. Никаких хлопот!

– Тогда ладно. Очень мило с твоей стороны!

– Я с радостью.

Розанна достала из сумочки кредитную карту.

– Мне нужно расплатиться.

– Исключено! Мы с Генри разделим счет, – ответил Стивен, подзывая официанта.

Когда они оплатили счет, Розанна встала и позволила Стивену помочь ей одеться, а потом компания покинула ресторан.

Эби открыла машину, и Генри сел на пассажирское сиденье.

– Пока, милая! Завтра созвонимся.

– Пока, Эби! – Розанна помахала им вслед.

– Сюда. Тут недалеко, – Стивен повел Розанну в переулок. – Боюсь, транспортное средство может оказаться для тебя не совсем привычным. – Стивен показал на ржавый «Фольксваген»-«жук» и открыл пассажирскую дверь. – Не красавица, но никогда меня не подводила.

Они расселись по местам, и Стивен завел мотор. Машину наполнил голос Розанны, поющей арию из «Мадам Баттерфляй».

– Ой, прости… Так неловко! Я слушал по дороге сюда. – Стивен спешно вынул кассету.

– Что это за запись? – спросила Розанна.

– Думаю, твоя первая.

– Но это не лучшая версия. В прошлом году мы с Роберто записали новую, и она нравится мне гораздо больше.

– Значит, обязательно куплю ее, – улыбнулся Стивен.

– Не нужно, у меня много экземпляров дома. Могу дать.

– Правда? Было бы ужасно мило с твоей стороны!

– Не вопрос. Считай это моей благодарностью за ужин, – ответила Розанна, когда они повернули на ее улицу. – Я живу вон там, слева от того дерева. Когда в следующий раз увижусь с Эби, передам ей кассету.