Чтение онлайн

— Конечно, Эдвард.

— Мы позвоним тебе, — эхом отозвался Роберт, вывел Лили из отеля и усадил в такси.

Семь часов Лили терпела схватки дома в относительно комфортной обстановке. Роберт массировал ей спину и заставлял правильно дышать в перерывах, но потом боль стала настолько сильной, что Лили уже не могла терпеть без обезболивающего. В десять часов Роберт взял из спальни заранее собранную сумку, и они поехали в госпиталь, где Лили быстро направили в родильное отделение, прикрепили к животу датчик для диагностики состояния ребенка и сделали эпидуральную анестезию. Боль от схваток сразу стала слабее, и они вдвоем смогли наконец-то немного передохнуть.

На следующий день, через сутки сильных схваток и сорока пяти минут потуг, врачи протянули Лили ее ярко-розовое счастье весом четыре килограмма. Она первый раз держала сына на руках и, рассматривая его крошечные пальчики на ножках, мягкие волосики, слегка прикрывающие ушки, грудь, поднимающуюся и опадающую при каждом вздохе, плакала от усталости, облегчения и… да, от счастья.

— Дорогая, ты сделала это, — сказал Роберт, гладя ее мокрый от пота лоб. — Ты родила замечательного малыша.

Вернувшись на террасу, Лили увидела, что все женщины собрались вокруг марокканского столика. Рядом стояла Слоан Хоффман, которая определенно была королевой этого часа.

— Вот и она, — сказала Слоан, заметив приближающуюся к ним Лили. — Я только что рассказывала девочкам, что благодаря твоей за-а-а-мечательной статье уже продала свой «Путеводитель по местам развлечений», а телеканал «Фуд нетуорк» хочет попробовать меня в получасовом шоу, основанном на книге.

— Правда? И все это только за сегодня? — спросила Лили.

— Да, мэм. Еще звонили из «Тудей шоу», но Эми считает, что мы должны соглашаться только на эксклюзивное интервью с Опрой.

Лили взглянула на Эми, и та кивнула.

— Мы уже договорились о телефонных переговорах на завтра с ее редакторами. Хотелось, чтобы шоу вышло за неделю до книги.

— И я обязательно сама прослежу, чтобы тебя пригласили на коктейльную вечеринку, — сказала Слоан.

— Но не на ужин, — прошептала Ди, обращаясь к Морган.

Лили сама когда-то была самой желанной и популярной гостьей, а потому знала, что существует четкое разделение между приглашенными на ужин и теми, кому остается довольствоваться коктейлями до или после основного празднества. Лили еще не могла претендовать на ужин, но, если уж на то пошло, список гостей второй категории — это тоже неплохо.

И она решила пропустить комментарий Ди мимо ушей.

— А как твой муж отреагировал на статью?

— Ты что, не знаешь? — захохотала Морган.

— Мы в любом случае собирались расходиться. — Слоан пожала плечами. — Но сейчас по крайней мере общественное мнение на моей стороне. Я не говорила, еще звонили из редакции «Шестой страницы». Они собираются назвать наш развод «разводом года», — радостно добавила она.

Боковым зрением Лили заметила, как Кейт де Сантос одним глотком осушила бокал шампанского.

Остаток дня женщины провели, обсуждая места недавнего отдыха и «маленькие пустячки», которые они собираются попросить у Санты в этом году. К концу вечера они выпили добрую половину ящика шампанского. Кейт, которой алкоголь особенно ударил в голову, спускаясь вниз, чуть не упала на лестнице. Потеряв равновесие, она схватилась за перила и выпустила из рук пакет с подарком. Сам подарок — пресс для бумаги в форме сердца из бутика «Баккара» — угодил в литографию Шагала, украшающую противоположную стену, и разбил стекло в раме.

Лили побежала вниз, чтобы проверить, как там Кейт, пока другие мамочки ахали на верхней площадке лестницы. Провожая ее до выхода, Лили, к собственному удивлению, почувствовала облегчение, оттого что на следующей неделе не она, а кто-то другой будет объектом для обсуждения и насмешек. Очень скоро Лили узнает, что ходили разговоры, будто брак Кейт обречен, и история с хрусталем из бутика «Баккара» только сильнее разожгла эти слухи.

Глава 19

В декабре Нью-Йорк превращается в сказочный город. Окна универмагов оживают и становятся похожи на прекрасные иллюстрации к сказкам. В холлах офисных зданий, украшенных гирляндами и свечами в высоких подсвечниках, высятся рождественские ели. Квартиры превращаются в маленькие бутики подарков, торгующие всем — от французского натурального мыла до детской одежды из Португалии.

Во вторник после детского праздника у Морган в марокканском стиле неожиданно позвонила Верушка Кравиц и пригласила Лили на вечеринку покупок к Рождеству в свой суперсовременный пентхаус на площади Колумба.

— Ты отлично проведешь время, — пообещала она.

— Звучит привлекательно. И когда она состоится?

— Сегодня вечером.

«Сегодня вечером?»

— Я должна узнать, не занят ли Роб.

Наступило молчание: они обе знали, что Лили оказалась в списке гостей в последнюю секунду.

— Большое спасибо, что пригласила нас. Для какого…

Лили собиралась поинтересоваться, в какой благотворительный фонд будут направлены собранные средства, но Верушка перебила ее:

— Дорогая, я должна с тобой попрощаться. Звонят из ресторана выездного обслуживания. — И она повесила трубку.

Лили считала, что вечеринка организована с благотворительной целью (пусть даже скрывалось, с какой именно), и поэтому пришла в шок, выяснив на следующий день, что деньги предназначались не фонду, а поставщикам этого праздника, и в итоге осели на их банковских счетах на Каймановых островах.

И все же первое, что заметила Лили, переступив вместе с Робертом порог квартиры Верушки, было не лицемерное поведение самых известных филантропов города, которые пытались получить прибыль для себя, а огромная, восьмиметровая, пихта в гостиной. Дерево было украшено длинной блестящей тесьмой цвета платины и гирляндами огней. Зеленые ветви сгибались под тяжестью дизайнерской бижутерии, которая заменяла игрушки, а на верхушке, где должен быть традиционный ангел или звезда, сияло камнями ожерелье.

— Вот это дерево! — Роберт обнял Лили за талию. — А где же омела?

— Забудь об этом, — прошептала она, и он легонько поцеловал ее в губы.

— Я пойду искать бар. Тебе принести что-нибудь?

— Шампанское, если есть, или бокал вина. — Лили проводила мужа взглядом, пока он не исчез за белой мраморной колонной.

Снова повернувшись к волшебному дереву, она дотронулась до длинной сережки с фальшивыми камнями, похожими на рубин и бриллиант. Сережка выглядела лучше, чем все фамильные драгоценности, которые она бережно хранила.