Чтение онлайн

Оставшись за столиком в компании Уилла, Лили взяла у официанта бокал дешевого вина и сняла ободок с оленьими ушами, который надела в начале праздника. Она испугалась, что муж никогда не простит ей исключения из клуба. Он злился на нее даже больше, чем в тот день на парковке, когда она не смогла разделить его восторг от нового «порше». Джозефин снова сумела воспользоваться ситуацией и сыграла роль спасительницы, выставив Лили эгоисткой. Как она могла допустить, чтобы это случилось снова? Лили принялась собирать вещи — она не могла больше находиться на этом празднике, — но не успела надеть пальто, как заметила Верушку, которая направлялась к ней прямо через крошечную танцевальную площадку. Она была очень раздражена.

— Почему ты мне так и не перезвонила? — недовольно поинтересовалась Верушка, скрестив руки на груди отчего ее круглые золотые браслеты громко зазвенели.

— Ты мне звонила?

— Трижды с самого утра! Не возражаешь, если я присяду?

— Пожалуйста. — Лили отодвинула стул. — Рождественское печенье? — Она протянула Верушке маленькую красную тарелку из пластика. В таком модном заведении посуда могла быть и получше!

Верушка покачала головой и взяла Лили за руки.

«Ну вот, начинается».

— Дорогая, у меня прекрасные новости.

— Правда?

— Джерри прочитал статью о нашей вечеринке покупок и твой по-о-трясающий материал, который вышел сегодня утром. Антисемиты, собравшиеся в этом теннисном клубе, в свое время отказали и ему — только не говори никому об этом. Как бы там ни было, он считает, что ты за-а-мечательно пишешь. И поручил своим журналистам в «Таунхаус» написать о тебе, — растягивая слова, сказала она.

«Таунхаус», журнал о светской жизни, волшебным образом появлялся в холлах самых известных небоскребов Ист-Сайда. В определенных кругах считалось обязательным читать его. Каждый месяц в нем публиковали материал о самой популярной красавице или влиятельной паре.

— Он хочет, чтобы твоя фотография была на обложке.

— Но, Верушка…

— Считай, это моя маленькая благодарность. — Она подмигнула Лили и встала. — Пеппи Браун свяжется с тобой, чтобы назначить время съемки, а потом кто-нибудь из редакторов позвонит насчет интервью.

То, что муж Верушки хотел видеть фотографию Лили на обложке «Таунхаус», — отличная новость. Но Лили беспокоилась, как на это отреагирует Роберт, и чувствовала себя еще более подавленной. Она надела пальто и собралась уходить. Роберт разговаривал в баре с незнакомой пожилой женщиной. Она понимала, что муж не желает ее видеть, но нужно предупредить о своем уходе.

— Извините, что перебиваю вас, — обратилась она к женщине, лицо которой было неестественно гладким для ее возраста, а щеки — пухлыми, как у голландской молочницы. — Роберт, у меня ужасно болит голова. Ты сам заберешь коляску и Уилла, или мне отвезти его домой?

— Можешь забрать его, — быстро ответил он, не глядя ей в глаза.

Лили удалось усадить малыша в коляску и войти в лифт, не расплакавшись. Уилл тоже оставался спокойным. Но как только она вышла на Пятую авеню и направилась в сторону Медисон, в глазах у нее появились слезы.

«Роберт прав: я не подумала о последствиях. Станет ли эта статья последней соломинкой в наших отношениях? Сможет ли Роберт простить меня?»

Лили искала в сумке упаковку носовых платков, как вдруг услышала шаги за спиной.

— Подожди секунду! — Холодный ветер развевал полы пиджака Роберта, его шелковый галстук был перекинут через плечо.

— Что ты делаешь здесь раздетый? Ты ведь простудишься, — пробормотала Лили, смахнув слезинку.

Он взял ее за локти, притянул к себе и посмотрел прямо в глаза.

— Хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Ты поступила глупо и безответственно, но все равно я люблю тебя. Просто пообещай, что будешь рассказывать мне, над чем работаешь. Если это как-то может повлиять на нашу жизнь, мне следует знать заранее.

— О, Роберт, я обещаю. Больше никогда, даю слово. — Лили почувствовала такое облегчение, что ее голос задрожал. — Я совсем не хотела, чтобы тебя выгнали. Даже представить не могла, что такое случится.

— Я знаю. Именно поэтому ты должна была сказать мне. Твоя статья спровоцировала огромный скандал. Ты даже не представляешь…

— Но где же их чувство юмора?

— Лили, у этих людей его просто нет.

— Тогда зачем тебе вообще нужен этот клуб?

— Ох, не знаю… Возможно, потому, что самые влиятельные люди в городе регулярно ужинают там. Или потому, что мой прадед был одним из его учредителей, — с сарказмом произнес он. — Лили, мне казалось, ты понимаешь, что я хожу туда вовсе не потому, что обожаю махать ракеткой. Признаюсь честно, я бы ни капли не сожалел, если бы мне вообще больше не довелось сыграть в теннис.

— Но почему тогда ты злишься, что тебя исключили?

— Потому что у моих партнеров по игре отличные связи. Любой из них мог бы помочь мне найти хорошую работу или по меньшей мере договориться о собеседовании.

— Роберт, мне очень жаль, но, честно говоря, я не верю, что это возможно.

Он покачал головой и вздохнул:

— Я знал, что ты так скажешь.

— Ты все еще злишься.

— Переживу. — Он дрожал на холодном ветру. — Подожди меня, я схожу за пальто. Ладно?

Лили смотрела, как муж бежит к отелю «Шерри Нидерланд» за пальто, а когда он скрылся за углом, принялась рассматривать витрины «Крейт энд Баррел». Глядя на блестящие венки и столы, украшенные к Рождеству, она почувствовала, что ее захватила праздничная атмосфера.

«Роберт по-настоящему любит меня. И моя фотография появится на обложке „Таунхаус“».

Глава 22

В понедельник Лили позвонила Пеппи Браун, дама средних лет, редактор журнала «Таунхаус». До Лили доходили слухи о ее снобизме, переходящем все границы: однажды она отменила уже готовый материал, узнав, что его героиня живет в съемной квартире. А еще она имитировала неестественный британский акцент, который должен был скрыть ее говор уроженки Алабамы из рабочей семьи.

Как и предполагалось, Пеппи сразу дала Лили понять, кто здесь главный.

— Мы приедем в среду днем, — сообщила она. — Твоя квартира должна блестеть, вегетарианские закуски обязательны. У Серены Басс можно заказать неплохой салат с обжаренным фенхелем. Наша команда его очень любит.

В ужасе от того, что ей придется раскошелиться и заказать закуску из дорого ресторана, Лили пробормотала:

— И сколько у вас в команде человек?

— Восемь плюс-минус еще несколько.

— А не слишком поздно заказывать еду у Серены Басс?